 |
| |
| | - заорала моя мать и принялась лупить Свету. Вдвоём с Оксаной они сбили девушку с ног и повалив на пол. Таскали бедняжку за волосы и лупили по лицу и телу кулаками. Я было хотел кинуться к ним чтобы разнять. Но меня схватили сзади Михалыч с Витьком. Первый был зол на свою племянницу за то что она его больно долбанула ботинком по жопе. А Витёк откровенно ревновал Свету ко мне. Ведь она выбрала меня, а не его и это злило моего старшего брата. | | |
| |
|
| |
| | Аня тут же повиновалась, медленно и красиво опустившись на четвереньки и приняв эту такую волнующую позу. Юбка свалилась вниз, закрыв ее попу со спущенными трусиками, но Коля тут же исправил это упущение, высоко задрав ее и оголив круглые ягодицы девочки. В такой позе они широко раздвинулись сами собой, давая необходимый простор для действий. Однако Коля не торопился, так как его волновала уже другая идея. Он всегда был неравнодушен к девчоночьим ножкам, и частенько проводил время на уроках за тем, что подглядывал за ступнями самых красивых девочек в классе, особенно, когда они были в легких босоножках и прозрачных колготках. Пределом колиных мечтаний было полизать ступни какой-нибудь девочке... Сам Коля находил эти мечты странными и постыдными, держа их в глубоком секрете, однако, продолжал упоенно мечтать и, онанируя, обычно воображал себя ебущим какую-нибудь девчонку из своего или параллельного класса, а ее ножка при этом - у него во рту, а сам он упоенно сосет ее пальчики... Анины ступни также нравились Коле, и он часто исподтишка любовался ими, тем более, что Аня сидела в параллельном ряду парт, и это было легко осуществить, лишь невзначай наклонив голову и скосив глаза... Теперь она была полностью в его власти! | | |
| |
|
| |
| | Махмуд приставил свой средний палец к моим губам, поводил им по ним, засунул в рот. Я начал его посасывать. Он достал его, и попытался вставить мне в попу. Он не входил. Потом опять приставил к губам. Я отказывался его брать, ведь он был у моего заднего прохода. Но он с силой засунул его. Потом второй. Достал и начал всовывать в попу один палец. Он немного вошел и дальше не шел. Боли не было. Было немного неприятно. Потом он опять засунул мне в рот палец, побывавший в моей попе. Я подумал, что это уже слишком. Но вскоре его палец, пахнущий моим говном, погрузился в мой рот. Я почувствовал вкус собственного говна. На мгновение разум мой прояснился. Мне суют в рот мои же какашки. И я покорно их принимаю. | | |
| |
|
| |
| | Я разбудил жену и сообщив об отъезде стал собираться. чмокнув ее я уехал. Освободился я только к вечеру и поехал домой. хотел позвонить жене но телефон не отвечал. Приехав на дачу, я не застал ее дома-и пошел-спросить соседей, может они видели. Зайдя во двор, и подойдя к дому я увидел хозяина Максима Викторовича, который сказал что внуки пошли на лесной пруд, и вроде как жена пошла искупаться с ними. Я пошел туда. Подойдя к пруду я увидел вещи парней и летнюю сумку жены, но на месте их не было. я не стал кричать а тихонько пошел в сторону, где мне задалось были какие то звуки. Стараясь не шуметь я тихонько подошел и спрятался за дерево. | | |
| |
|
Рассказ №8837 (страница 3)
|
