Рассказ №8901

     Как предупредить климакс. Предосудительные занятия в деревенской бане
     
     I.
     Я женился вскоре после окончания института на дочери нашей школьной учительницы. С Ирой мы были знакомы давно, ходили вместе в походы всем классом, пока учились в школе (мама брала её с нами) . Она была на три года младше нас, и никто из моих парней - одноклассников тогда не обращал на неё внимания. По-настоящему я заметил её, когда приехал на каникулы в свой родной город из Ленинграда, где уже, отслужив к тому времени в армии, учился в институте. Ирина расцвела, похорошела и многие парни на неё заглядывались. Как-то, участвуя в местном конкурсе красоты, она даже заняла призовое место. Для меня же она тогда была единственной, не имеющей себе равных. По окончании института я получил распределение в Ригу, которая тогда ещё была столицей Латвийской ССР. Ира, поступившая сразу после школы в институт, тоже сумела перевестись в столицу Cоветской Латвии. Так мы и начали свою семейную жизнь в общаге, заботливо выделенной нам моей организацией.
     В свой родной город мы, как правило, приезжали раз в год, летом, когда у Ирки начинались каникулы, а мне давали отпуск. При этом жили то у моих родителей, то у Иркиной мамы, Людмилы Сергеевны. Отец Иры умер, едва она закончила школу - сказалась его военная служба на ракетном полигоне в Казахстане.
     Я бы покривил душой, если бы сказал, что мне не нравилось жить у тёщи. Даже когда я учился у неё, у нас не было особых конфликтов. И когда она узнала о нашем с Ириной решении, была только рада. Я всегда выделял её среди остальных учителей нашей школы. Обаятельная, лёгкая на подъём, миловидная женщина спортивного сложения, она обладала завидным умом и сразу завоевала немалый авторитет среди нас, тогдашних школьников. От этого и во всех наших походах она была безусловным лидером, сумевшей за пару месяцев сплотить наш класс, превратив его в, безусловно, лучший во всей школе. Однако, что-то после нашего выпуска у неё там не заладилось, и классное руководство ей не давали, а нагрузку давали минимальную даже в условиях повсеместного дефицита учителей в школе.
     В то лето мы в первый раз вместе приехали в отпуск в наш родной город. Через несколько дней после приезда, нагостившись у родителей и совершив все визиты вежливости, я взял у отца машину, мы поехали с Ирой и её мамой в деревню к бабке Ирины, Ольге Фёдоровне. Жила она в деревне одна, хозяйство было у неё небольшое, и я был только рад такому времяпровождению на природе.
     После того, как радости от встречи поулеглись, и мы сидели на веранде за круглым столом, разомлев от угощения, Ольга Фёдоровна предложила нам организовать баньку. Мне, как единственному в семье мужчине, вменялось в обязанность принести дров и воды, а также затопить печь в бане, чем я и занялся.
     Заполнив водой все имевшиеся в бане ёмкости и затопив печь, я закрыл баню и сидел возле неё на лавочке, созерцая природу и вдыхая тягучий вечерний воздух. Подошла Ирина, присела рядом и спросила, таинственно улыбаясь:
     - Ты не против, если мы будем мыться втроём?
     Я сначала не понял вопрос.
     - Это с кем втроём? Вы втроём, с мамой и бабушкой?
     - Нет, мы. Ты, я и мама.
     Я смутился.
     - Так тогда в купальниках и плавках что ли?
     - Ну, как захочешь, можешь в плавках, хочешь - без. Чего стесняться-то? Здесь чужих нет, все свои. У нас так принято. Баня небольшая, пара надолго не хватает.
     Я замолчал, обдумывая сказанное.
     - То есть твоя мама меня не стесняется?
     - Да нет, стесняется немного, конечно, но это так, ерунда.
     В это время мама Иры, до этого что-то обсуждавшая с Ольгой Фёдоровной в огороде, шла к нам, неся запотевшую трёхлитровую банку берёзового сока из погреба. Она уже сменила летнее платье и босоножки на открытый хлопчатобумажный купальник и я невольно залюбовался её фигурой, не потерявшей к 43 годам своей привлекательности.
     - Ну как, баня готова? - весело спросила она, подойдя к нам.
     - Готова-готова. Уже прогрелась, - ответила Ирка и хитро улыбнулась.
     - А вы готовы? - игриво склонив голову, опять спросила Людмила Сергеевна.
     Я просто не знал, куда деваться от разнообразных чувств, заполнивших меня. Настолько неожиданно и бесстыдно и в то же время просто и бесхитростно был задан этот вопрос.
     - Людмила Сергеевна... - начал я, но осёкся.
     - Зови меня мама Люда или просто Люда и на "ты"! А то, как чужие, будто.
     - Ира сказала, что у вас все вместе моются...
     - Ну да, все свои ведь, что стесняться-то?
     - А можно я... в плавках буду мыться?
     - Хорошо, как пожелаешь. Давай и мы тоже будем в купальниках, чтобы ты себя неловко не чувствовал.
     Окончательно смутившись от того, что сунулся со своим уставом в чужой монастырь, я покраснел как рак.
     - У меня и плавок-то с собой нет, - пробурчал я, вспомнив про свои семейники.
     - Ну уж это-то совсем ерунда. Говорю же - здесь все свои, здесь никто никого не осуждает, любовь и мир в семье прежде всего, договорились?
     Сказано это было так просто и искренне с такой обаятельной улыбкой, что я тут же отбросил свои страхи и пошёл отлить в сортир на другой стороне огорода. Ирка, покачивая бёдрами и расстёгивая на ходу своё лёгкое летнее платьице, направилась в баню вслед за мамой.
     Возвращаясь из сортира, я встретил в огороде Ольгу Фёдоровну.
     - Ты уж прости её, сынок, одна она давно, намаялась, сердешная. Николай-то как помер, так не находит она себе места. Тяжело ей без мужика. Баба она справная, в дом кого попало не хочет вести - нормальных-то нынче и нет, алкаши одне... Ты уж пойми её, не обижай, коли что... Парень ты хороший, сильный, управишься с двумя-то...
     Тут я, наконец, просёк расклад и решил, что учитывая все обстоятельства, ситуация не такая уж и стрёмная, но к бане подходил на ватных ногах. Внутри горел свет, женщины о чём-то весело переговаривались.
     Раздеваясь в предбаннике, я заметил на вешалке все детали их гардероба и, чтобы не быть белой вороной, принял решение. Скинув остатки одежды, я оглядел своего дружка, отреагировавшего на все полученные вводные. "Дааа, дела", - подумал я. И вошёл в парилку, прикрывая ковриком причинное место.
     - Ну вот и молодец, - воскликнула мама Люда, оглядев меня с ног до головы, пока я прикрывал дверь.
     - Да он всегда у меня молодец, - поддакнула Ирка и в её голосе мне почудились ревнивые нотки, - Клади коврик на полог и садись рядом.
     Баню эту строил Иркин отец лет 7 назад. В то время любые архитектурные излишества на садовых и огородных участках могли повлечь немалые неприятности, поэтому в тесном пространстве бани он едва разместил печку и двухступенчатый полог, на верхней ступени которого сейчас лежала на животе мама Люба, а на нижней сидела, подобрав одну ногу, Ирка. Вид уже покрывшихся испариной двух красивых голых женщин, бесстыжая Иркина поза, непринуждённость обстановки, всё это привело моего дружка в очень живое состояние, что не осталось незамеченным женщинами.
     - Я же говорю, он у меня всегда молодец, - повторила Ирка свой комплимент, который вдруг приобрёл второй смысл, подвигаясь ко мне поближе кошачьим движением. Её длинные светлые волосы легли мне на плечо, а рука пробралась в пах и начала там своё действо, от которого я всегда просто таю. Но сейчас мы были втроём и ситуация отличалась от прежних наших с Иркой любовных игр. Поэтому полностью отдаться Иркиным умелым рукам я не мог.
     - Эй! Не увлекайся там, доярка! - повелительно-шутливо сказала мама Люда.
     Я уже понял, что стесняться-то в конце концов здесь нечего, мама Люда - своя в доску и никто никого не осуждает. К чему все эти дурацкие комплексы и условности?
     - Сделайте лучше оба мне массаж. Да, кстати, Ир, ты принесла веники с чердака?
     - Нет, забыла... , - растерянно пробормотала Ирка
     - Ну тогда марш, отправляйся за ними в дом!
     - Я сейчас, мам! И пописать ещё забегу!
     - Давай в темпе, я думала, они уж распариваются там в тазике.
     Остаться один на один нагишом с мамой Людой в было слишком неожиданно для меня и я слегка оробел.
     - Может, я схожу за вениками? - робко предложил я.
     - Да нет, ты не найдёшь, Ирка сбегает, а ты мне пока массаж сделай. Ирка говорит, что ты ей хорошо делаешь.
     Что правда, то правда. Если не уставши и в ударе, я действительно неплохо могу сделать массаж спины, ног. Но тут такое... Ну ладно, в конце концов, интересно, чем всё это кончится. И я склонился над Людмилой, лежащей на верхней ступени полога.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также: