 |
| |
| | Голубая блузка чудом держалась на ее груди упав с плеч.
| | |
| |
|
| |
| | С другой стороны - сильнейшее возбуждение от скорого непристойного и запретного, а от того и особенно сладкого, совокупления со своей несовершеннолетней дочерью. Совсем недавно, тоже самое я сделал и со своей 12-летней младшей девочкой, хотя и при совсем других обстоятельствах. Тогда я был вынужден это сделать. В этом случае все будет по обоюдному согласию. | | |
| |
|
| |
| | Дальше я плохо помню: мы выпивали, танцевали, помню, жена была уже без блузки - в лифчике и юбке, потом был тарантиновский фильм, что-то там про животик, я снял с жены юбку, чтобы показать, какой у моей жены красивый животик, она осталась в трусиках и лифчике. Они пошли танцевать, он откровенно трогал ее за попку, а потом сдвинул наверх лифчик и груди выпали он начал целовать соски: Больше я ничего не помню. Утром болела голова. Жена спала в другой комнате. Алексея не было, и больше я его никогда не видел. | | |
| |
|
| |
| | -Поэзия кончается, когда душа устает. Мы не бережем новые красивые вещи, и красивые чувства тоже. Вот если ты пойдешь в этих туфельках, которые я с тебя снимал, в футбол играть, сколько времени они тебе будут нравиться? Мы не бережем друг друга. Мы стесняемся красивых слов, красивых, благородных, поэтических отношений. Сильная, развитая, богатая душа устает нескоро. А вот скудная, убогая, мелкая и вовсе не сможет подняться до поэзии. Сама посуди... сколько времени чувак будет любить чувиху? Трахнет один раз, а потом станет новую чувиху искать. Так я думаю. | | |
| |
|
Рассказ №9002
|
