 |
 |
 |  | Запрокинув ее ноги к плечам я стал облизывать ее самое чувственное место, медленно перебираясь к сфинктеру. затем, взявшись за обе ее груди я резко вставил ей прямо внутрь. лицо ее съежилось, видимо была еще девственницей. на покрывало дивана полилась кровь, но это не важно когда ты имеешь такую пиздатую девочку и только что лишил ее девственности. пристроившись к ритму она начала стонать. это было уже близко к ней. она хотела этого. она почти кончала. вспомнив что она выпила абсента и после этого ничего на память ей не придет я скрутил ей соски. она заорала на всю квартиру и прикусила свою руку. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Она, перестала на него пристально смотреть. И, только, что открыв шлюз аварийного бортового отсека яхты, вновь вернулась назад. Сопротивлялась этому, как могла. Но, чем больше сопротивлялась, тем становилась сильнее одержимой этой неведомой силой. Силой, которая постепенно, но, верно сводила первого пилота звездной круизной туристической яхты "Зенобия" Джему с ума. Делая в этих диких греховных желаниях одержимой, и жаждущей своего Вика все сильнее и больше и жаждущей насилия. И уничтожения всего, что будет у нее стоять на пути. А главное, она хотела уже убить его. Почему, она Джема и сама не знала, но, с непреодолимой сексуальной одержимой страстью безумной любовницы, хотела убить его. Его Вика. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Наташа отводит одно колено в сторону, опускает руку и раздвигает губки, показывая мне их розовые лепестки. Потом поворачивается, забирается коленями на свой стул и задирает платье на спину, оголяя для меня свою нежную пышную попку. Руками она дотягивается назад и разводит ягодицы в стороны, демонстрируя мне свою промежность во всей красе: упругий бутончик ануса, нежные губки с приоткрывшимся входом, розовый капюшончик клитора. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Пожалуйста подойди ко мне сзади, еще ближе, обними меня своими руками покрепче за талию, я хочу чувствовать напряжение твоего раскаленного столба страсти своими упругими ягодицами. Да! Это неописуемо приятно ощущать его между двумя створками рая, куда непременно стремится любой на этой земле. Ты говоришь, что больше не можешь терпеть и хочешь пронзить меня, на это я отвечаю тебе только сорвавшимся вздохом с опухших, красных от возбуждения губ и всхлипыванием влажного персика от переполненности его твоим соком. Еще два конвульсивных толчка, и мы срываемся в бездну удовлетворенности... Там нам комфортно и уютно. Это состояние умиротворенности и счастья оттого, что ты находишься сейчас со мной и во мне! Не говори ни чего, я знаю, как ты любишь оставаться там, в моем сочно-ласковом и горячем местечке после нашего с тобой совокупления, оставаться там до тех пор, пока опять не наступит желание, и тогда мое лоно вновь обнимет тебя и исследует весь рельеф и каждую жилку твоего безумно красивого и распухшего от похоти фаллоса... Но мы не будем доводить себя до изнеможения, нет и это правильно, ведь человек выходя из-за стола должен ощущать легкий голод, голод который на следующий день даст нам еще больше чувственности и остроты. Я знаю, что расставаться всегда тяжело, но наша разлука будет недолгой, завтра мы опять встретимся на несуществующем свидании, которое происходит, увы, между строк... |  |  |
| |
|
Рассказ №9540 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Понедельник, 09/06/2008
Прочитано раз: 34232 (за неделю: 16)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Они сделали промежуточную посадку в Киншасе и уже на подлете к Южной Америке, Штольц сделал Монике еще одну инъекцию. Это было абсолютно необходимо, так как проблемы с ее доставкой совсем не входили в его планы. Манаус встретил их жуткой жарой и Штольц с тоской вспомнил о прохладе в салоне самолета. Его встречали. На взлетной полосе стоял джип, а рядом с ним высокий мужчина в темных очках, дочерна загоревший и одетый в мятую белую одежду. - Салют Альберто! - приветствовал его Штольц. - все готово? - Как всегда док, - ответил тот. - Вы не один? - Штольц только усмехнулся, взглянув на самолет, откуда пилоты осторожно выгружали еле стоявшую на ногах Монику. -Господи, док, сколько же она выпила, - ужаснулся Альберто, подумав про себя, что был бы очень не против, покувыркаться с этой крошкой в постели. За свою, весьма насыщенную жизнь, ему пришлось повидать достаточно большое количество женщин, но такое чудо видел впервые. Штольц, в ответ на его вопрос, только пожал плечами. Они не без труда загрузили в джип Монику, дорожную сумку с оборудованием и большой тюк с лодкой. Через час они уже перегружали все на легкий самолет стоящий у пристани и покачивающийся на поверхности воды на двух поплавках вместо шасси, и вскоре тот, оставляя на поверхности два пенистых следа, оторвался от поверхности и взял курс на верховья Тефе, оставляя под крылом зеленое лесное море...."
Страницы: [ ] [ 2 ]
Они не могли похвастаться выдающимися размерами своих бюстов, и то что они увидели, было за гранью их воображения. Она не знала что делать, а Штольц только посмеивался. Вдруг раздался властный голос, и Монику тут же оставили в покое. Штольц, взяв ее за руку, подвел ее к старому шаману. Вообще то он всегда отмечал у индейцев особое умение владеть собой, но здесь он впервые увидел, как у старика на лице появилось такое выражение, как будто он увидел привидение. Шаман вытянул руку по направлению к Монике и сказал, - У наших женщин тоже должны быть такие груди, в них много молока и наши дети будут всегда сыты и здоровы, мы будем просить духов об этом. - Что он сказал? - заволновалась Моника, и Штольц мгновенно перевел: - Он приветствует такую красивую гостью в своей деревне. Господи, что я несу? - подумал он. Моника изобразила на своем лице самую ослепительную улыбку, на которую была способна, и Штольцу пришлось снова придумывать, что сказать шаману, что бы объяснить, что ее так обрадовало. Почувствовав, что так можно и заиграться, Штольц объяснил, что Монику утомил перелет, и ей нужно отдохнуть. Ей для отдыха выделили ту самую хижину, из которой начинался путь в никуда. Штольцу вообще то было жаль эту красивую и такую доверчиваю глупышку, и он с досадой вспомнил что в том что она здесь, виноват Фогель, если бы не его идиотские опыты, то здесь была бы совсем другая. Штольц был абсолютно убежден в том, что богам наплевать, кого будут использовать в качестве барбекю эти любители жареного, и решил поговорить со стариком, он видел в деревне пару пленников, но тот был упрям как ишак. Он наотрез отказался заменить Монику кем нибудь другим. Единственное на что его сумел уломать Штольц, так это на значительное расширение биологических образцов. До сих пор ему приходилось довольствоваться только костной тканью. А в это время, ничего не подозревающая Моника, мирно дремала в хижине, поскольку Штольц не советовал ей появляться на людях без него. Слишком много желающих было потрогать и пощупать. Она не особенно огорчилась, когда он сказал, что им придется заночевать здесь. Повышенное внимание к своей особе ее весьма занимало. Быть в центре внимания даже в индейской деревне для нее было приятно.
Вот только спокойно выспаться ей не удалось, так как из хижины шамана вся ночь доносились какие то завывания. - Какого дьявола он голосит, - подумала Моника, ворочаясь на циновке, - ему что дня не хватает? - Под утро вопли стихли, и она уснула, свернувшись калачиком. Разбудил ее Штольц, он стоял перед хижиной в которой она ночевала, а рядом с ним стоял шаман и протягивал ей посудину с каким то пойлом. Штольц одобрительно кивнул, и сказал, - пейте, это вас очень взбодрит. - Моника осторожно отпила, вкус был очень необычный, но неприятным его назвать было нельзя. Она послушно выпила все, почувствовав легкое головокружение, которое, впрочем, тут же прошло. Штольц понимал, что шаман, строго соблюдая ритуал, здорово рискует. Если бы Моника что- то заподозрила, то она, обладая сейчас той самой двадцать четвертой, запросто могла разнести половину деревни. Будь на ее месте любой индеец, он не сделал бы и попытки к освобождению, так как воспринял бы все как волю богов. Но Моника вряд ли страдала подобными предрассудками. Весь день она чувствовала себя просто потрясающе, и если добавить к этому необыкновенно обходительное отношение к ней Штольца, то она без всякого предубеждения выпила и следующий поднесенный ей напиток. Это был приготовленный сок аяхуаски, лианы с сильным галлюциногенным действием. Выпивший сок лианы, погружался в какое то другое измерение. Действие его, наверное, невозможно описать. На каждого он действовал по своему, соответствуя его внутреннему миру. Главное что он совершенно подавлял всяческую агрессию. Теперь все было готово к обряду. В лаборатории острова на его основе была изготовлена вакцина, обладающая сходным действием, а в комплексе со снотворным она рождала потрясающие фантастические сны. Она то и позволила Штольцу без хлопот доставить сюда Монику.
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также:»
»
»
»
|