Рассказ №9575 (страница 2)

     Два кислородных баллона из семи оставались полными, когда тренировки прекратились. Погибнуть мы решили при посадке на Землю.
     - До чего же ты мне всегда не нравилась! - улыбнулся я удивительно обидчивой Маше, когда приготовления к последнему полету были закончены.
     - Зато сейчас нравлюсь! - поцеловалась Маша и невозмутимо добавила, - поехали!
     Максимальную скорость из капсулы я выжал, она почти не нагрелась, когда через полчаса мы оказались на земной орбите. Почти сразу мы пошли на посадку где-то в южной части западной Сибири.
     С первой посадкой на Землю нам не повезло. Мы зависли над какой-то необъятной водной поверхностью. Я сразу ушел на космическую орбиту.
     - Лучше уж сгореть, чем утонуть, - печально шепнул я Машеньке, она кивнула и поцеловала меня.
     Второй раз нам невероятно повезло, маневры оказались удачными, на Землю мы рухнули с высоты десяти метров на самом краю огромного болота. Мы чуть не рехнулись от счастья, когда земной воздух вдохнули из разбитого иллюминатора. Предполагалось, что с парашютами мы спрыгнем, но за шесть дней в невесомости мы так ослабли, что даже не пытались открыть крышку люка. Это официальных космонавтов медики встречают, на носилки укладывают, а мы только на второй день смогли на травку прилечь. Сидеть и ходить нам пришлось учиться заново. Даже целоваться совсем разучились, тихонечко прижимались губками. Долго мы не могли уйти с места посадки, просто не знали куда идти, да и сил у нас не было. Психологически мы сломались. Пролетели множество миллионов километров, с неимоверными усилиями оказались на Земле и никаких людей не встретили! Следов человеческой цивилизации мы не обнаружили! Ни одного самолета в небе, ни одного катера на реке, ни одной дороги. Только маленький транзистор принимал "Радио Маяк". Новости про Леонида Ильича мы знали!
     Это был наш медовый месяц. Не думайте, что полагающимся сексом мы занимались. Сил у нас не осталось. Голенькими друг друга мы с удовольствием ласкали в теплом ручье или на траве. На этом все и заканчивалось.
     Машенька еду готовила на костре. С дровами проблем не было, капсула при посадке разнесла множество деревьев почти в щепочки. Из автомата девушка птиц каких-нибудь стреляла или крупных рыб в ручье. Горяченького нам очень захотелось после сверхкалорийной пищи. Я занимался служебными обязанностями, уничтожал секретное оборудование. Приходилось отвинчивать печатные платы, разбивать их о каменную глыбу и выбрасывать в болото. Сердце кровью у меня обливалось, когда все девять кристаллов гиперпростанственного двигателя я разбил булыжником.
     Через полтора месяца мы ушли вниз по реке. Были мы явно в южной тайге, но лето могло и закончиться. Недели через три, дождик уже стал моросить, мы наткнулись на тропинку с отпечатком лошадиной подковы. Мы с Машенькой поразмышляли, в какую сторону по этой тропинке следует идти, но все решилось само собой. Рыжая собака выскочила и стала нас облаивать. Амазонка в фуражке и на коне за ней выехала. Карабин женщина наставила прямо на нас. Автомат висел у меня на груди. Я отстегнул магазин, передернул затвор и осторожно положил автомат на траву.
     - Мы свои, - сказала Маша.
     - Сама знаю, что свои, откуда у нас американцы появятся, - засмеялась тетка, но автомат на всякий случай отобрала.
     Как же мы ей обрадовались, два месяца ни одного человека не видели! Надежда, так ее звали, оказалась лесником. Часа через три на кордоне она баньку стала растапливать
     - Вам вдвоем устеливать, или по одному? - лукаво спросила женщина.
     Машенька меня обняла и сказала:
     - Вдвоем, я с ним еще ни разу в постельке не лежала!
     Мощная рация у Нади оказалась. Я передал радиограмму: "Кострома, сообщение для Центавра, Зебра вернулась". Почти сразу Кострома ответила: "Зебра, мы счастливы, встречайте Центавра".
     - Подобрала вас на свою голову, - запричитала Надя, - вертушка только в огороде сможет приземлиться!
     Огород почти не испортили, маленький самолетик сбросил парашютиста. Большого ущерба не получилось, полковник всего лишь грядку с огурцами снес, упавши с небес. Надя весьма нецензурно выругалась.
     Затем свершилось чудо. Они посмотрели друг на друга и обнялись. Я всегда считал, что любовь с первого взгляда это книжные сказки, но тут своими глазами увидел!
     - Надя, у меня грузовой парашют где-то на сосне повис, обойдемся без твоих огурцов, - повинился полковник.
     Тихонечко-тихонечко Маша отвела меня от них в баньку и новую неожиданность вывалила:
     - Горячей водой меня мыть нельзя, на Марсе я не предохранялась. Полная уверенность у меня была в скорой гибели. Аборт я делать не буду, чего бы ты не сказал!
     Я прижал к животу Машину головку:
     - В межпланетном пространстве в одну дурочку я влюбился, не знаешь в какую?
     Почти месяц была нелетная погода. Облака опускались почти до земли, и дождик моросил. Костроме сообщили, что у нас все в порядке. С ужасом мы слушали прогнозы погоды и жутко радовались, когда очередной циклон обещали. Полковник радовался больше всех:
     - Меня от полетов отстранили, служебное расследование затеяли. Командир стратегического бомбардировщика потерял двух членов экипажа! Прокуроры каждый день допрашивали. А что я мог рассказать? Полковник исполнил приказ лейтенанта на сброс Зебры, военная выучка сказалась, лейтенанты без причин приказы полковникам не отдают. Про то, что я видел, никто бы не поверил, я и не рассказывал. Огромнейшая дыра в небе в небе открылась, затянула крохотную Зебру. Потом дыра превратилась в зеленый шар и ушла в ослепительное небо. Зато и Зебра вернулась, и с Надеждой встретились. Наденька, стань моей третьей женой, с двумя первыми летчику не повезло?
     - Поразмыслить мне, конечно, следует, но думаю, что соглашусь стать третьей женой стратегического летчика, - улыбнулась Надя и пошла с ним на сеновал, они туда обычно ходили, чтобы нас криками не тревожить.
     - Он и не представляет, чтобы было бы, если полковник капсулу сразу же не сбросил, - шепнула Машенька, когда мы улеглись в мягчайшую постельку.
     Действие генератора L-поля мы ощутили, когда впервые попытались "приземлиться" на крохотном астероиде, скале в межпланетном пространстве. Он развалился на множество обломков. Тогда мы не умели управлять генератором.
     Эротическая обстановка в доме и на нас отразилась. Способность к сексу внезапно возродилась. Но очень осторожно мы старались двигаться, чтобы не повредить будущему ребенку.
     Полковник с Надей совсем распоясались. Днем они делали это на сеновале, ночью в домике.
     - Я полным импотентом себя чувствовал, пока Надьку не встретил, - однажды застенчиво признался почти пятидесятилетний полковник.
     Надежда оказалась весьма квалифицированным фотолюбителем, одну Марсианскую пленку мы ей доверили напечатать, потом и все остальные. Почти на весь день они закрылись в чуланчике. Никаких стонов оттуда не доносилось!
     Состоялся разговор, судьбоносный для всего человечества.
     - Про вашу Зебру никому из военных нельзя рассказывать! Они тут же приспособят ее для доставки оружия. Одно исключение имеется, - ласково охватила Надя Полковника, - ему надоело по шарику мотаться с ядерными бомбами!
     Мы с Машенькой в постельке много раз обсуждали эту проблему, тем более, что последствиями удара L-полем по маленькой планете мы сами ужаснулись! Наде и полковнику об этом ничего не рассказали.
     Жутко не хотелось передавать Зебру маразматическому политбюро во главе лично с Леонидом Ильичем.
     Мы и не передали. Полковник нужные акты подписал об уничтожении секретного оборудования. Академик липовый отзыв представил о том, что неожиданный восходящий поток в атмосфере перенес нашу капсулу на пять тысяч километров от места аварии. Марсианские снимки мы закопали в лесу. До полета Викингов события происходили, никто в мире еще не видел Марс таким близким.
     Технический прогресс на родной Планете мы временно остановили. Можно летать между звездами, мы это знали. Небольшой прибор, немножко сложнее телевизора позволял это делать. Наш теоретик отказался от Нобелевской премии, когда полетный журнал ему предоставили. Он тоже не захотел нового витка гонки вооружений!
     Неимовернейший сексуальный праздник состоялся через два года после межпланетного полета. Все причастные к нему собрались в лесничестве. Академика только не было, от чинов, постов и научных званий он отказался, и свои заботы посвятил внучке по прозвищу "Марсианка". Мы с Машкой неимоверно боялись, что последствия полета на дочке скажутся, но девочка оказалась удивительно здоровенькой.
     Никакой групповухи не было. У каждой женщины был только один мужчина.
     Полковник был естественно с Надеждой. Двадцать пять лет в Армии он отслужил и решил стать помощником лесника.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ]

Читать также: