Рассказ №9678 (страница 4)

     - Ну вот, началось. Наденька, мне придётся тебе кое-что объяснить. Ты шла по коридору совершенно пьяная и совершенно голая, в одних туфлях. Твоё счастье, что ты попала к нам. А вдруг к каким-нибудь сексуальным маньякам? Мы тебя, можно сказать спасли. Так что теперь мы вправе ожидать от тебя благодарности.
     - Отпустите меня!
     - А никто тебя не держит, - Олег подошёл к двери и открыл её нараспашку. Из коридора послышались приближающиеся шаги и смех, - ты можешь уйти, как только пожелаешь.
     - Закройте! Где моя одежда? Где Дима? - Надя плакала уже навзрыд.
     - Я же тебе говорю: не знаю. Ты шла по коридору одна и совершенно голая. Я думаю, что ты трахалась в одной из комнат на нашем этаже, выскочила подмыться, а номер комнаты забыла. Так это было?
     Надя упала на подушку, закрыв лицо руками, и зарыдала в голос. Олег зевнул и отвернулся:
     - Сдавай.
     Некоторое время мы делали вид, что играем, наблюдая, как сотрясаются её плечи и слушая, как рыдания превращаются в плач, потом в всхлипывания, которые тоже постепенно затихают. Я невольно залюбовался стройной фигурой, лежащей ничком девушки: длинные ноги сведены вместе и плотно сжаты, тонкие лодыжки плавно переходят в стройные бёдра, двумя полушариями возвышаются круглые ягодицы, которые затем спускаются к тонкой талии, тренированные спина и плечи прикрыты распущенными волосами цвета зрелой пшеницы. Есть от чего потерять голову. Будь я художник, я написал бы её портрет.
     - Найдите мне какую-нибудь одежду! - Надя лежала, уткнувшись лицом в подушку, поэтому голос звучал приглушённо.
     - Что я слышу! Мы спасаем девушку от рук маньяков, мы её приютили, можно сказать пригрели, а девушка нас вроде как обвиняет в чём-то, что ли? Чёрная неблагодарность! - деланное возмущение Олега больше походило на откровенное издевательство, - вы её только послушайте: вместо любви и благодарности - какие-то нелепые требования: "Дайте одежду! Дайте хлеба! Дайте! ... Дайте! ... ". Может быть пора и самой что-нибудь "дать"? - он сделал ударение на последнем слове.
     - Чего вы хотите?
     - Любви! Большой и чистой любви. А ещё благодарности. Мы должны почувствовать твою благодарность (ударение на слове "почувствовать") , тогда и мы для тебя горы свернём. Я лично обойду всю общагу, найдём твои шмотки.
     - Чего вы от меня хотите?! - в Надином голосе опять зазвенели истерические нотки.
     - Любви, Наденька, твоей любви. Мне кажется, мы достойны того, чтобы ты нас полюбила, разве нет? - Олег продолжал юродствовать, - Полюби нас, Наденька, полюби искренне и нежно. И мы решим все твои проблемы, я обещаю.
     Надя снова затряслась от рыданий. Мышеловка захлопнулась, и она поняла это. Мне стало искренне жаль девушку, но я вспоминал, какая упругая у неё грудь, какая гладкая кожа, розовые сосочки и... мне пришлось сунуть руку в карман, чтобы поправить там своего дружка, которому стало вдруг тесно в штанах. Нет, я ничего не сделаю, чтобы остановить Олега. Я слишком хотел раздвинуть эти упругие ягодицы, сотрясаемые от безутешных рыданий, и...
     - У тебя, Наденька есть выбор. Дверь открыта. Иди, ищи, где ты трахалась. Может быть найдёшь свои шмотки. Ну, а если не найдёшь - тебе предстоит увлекательная прогулка по вечернему городу. А захочешь остаться - я обещаю тебе, что никто никогда ничего не узнает о том, что с тобой произошло, включая твоего Диму, или как там его.
     Дьявольская альтернатива! Этот негодяй не оставил девушки ни единого шанса. Его цинизм одновременно пугал и восхищал! Кажется, Надя тоже поняла это, потому что её рыдания стали совершенно безутешными. Она не отвечала ни да, ни нет, она просто плакала. Я никогда не думал, что можно плакать час подряд, но она лила слёзы не меньше часа, в течение которого мы продолжали старательно делать вид, что играем в карты. Наконец, Надя затихла. Могло бы показаться, что она заснула, если бы не периодические всхлипывания.
     - Что я должна делать? - теперь её голос звучал почти спокойно.
     - Наденька, вы меня удивляете, - Олег очень натурально вздохнул, оборачиваясь к своей измученной жертве, - я уверен, что вы умеете любить, не так ли? Неужели я должен вас учить?
     - Я согласна, - с этими словами Надя перевернулась на спину и вытянулась, глядя прямо в потолок, - только по одному разу и без всяких там... извращений.
     Я не мог оторвать взгляда от маленького розового сосочка, уставившийся, казалось, прямо на меня. Потом перевёл взгляд на тёмный треугольничек внизу живота и едва удержался от соблазна тут же бросится на это покорное тело.
     - Ничего не выйдет, - Олег снова отвернулся, беря в руки карты.
     - Что не выйдет? - девушка даже приподнялась на локте в изумлении. Думаю, что наши лица тоже выражали собой немой вопрос.
     - Я тебе говорю о любви, горячей и пылкой. А ты: "по разу", "без извращений"... Мы тебя что, заставляем? Не хочешь - не надо. Мы не заслужили такого неуважения.
     Надя закрыла лицо руками и снова заплакала. На этот раз она плакала недолго. Отняв руки от лица, она села на кровати и обвела нас взглядом. На её красивом, но опухшем от слёз лице была написана решимость.
     - Я согласна на всё. Делайте со мной, что хотите.
     - А ты?
     - Что ты?
     - Ты чего хочешь?
     - Я хочу уйти!
     - Так уходи. Тебя никто не держит!
     Надя застонала в бессильной ярости.
     - Ну что вам ещё надо? Я же сказала, я согласна. Трахайте меня как хотите и сколько угодно раз. Дайте только выбраться отсюда!
     - Не пойдёт, - мы с изумлением уставились на нашего предводителя.
     - Ну что? Что не пойдёт?! Чего ещё ты от меня хочешь?!!!
     - Любви, Наденька, нежной и искренней. Полюби нас, Наденька, будь кроткой и ласковой, обними, поцелуй. Знаешь, как у Джима Моррисона: "разожги во мне огонь"!
     Надя зарычала, с ненавистью глядя на своего мучителя. В её глазах сверкали молнии. Она в отчаянии закрыла лицо руками и со стоном уронила голову на грудь. А Олег тем временем продолжал:
     - Ты, Надюша, видимо чего-то не понимаешь. У нас нет проблем с сексом. Мы не озабоченные подростки. Мы - взрослые мужчины. Мы не хотим тебя вынуждать. Мы займёмся с тобой любовью, но только в том случае, если ты этого хочешь. Ты должна очень нас захотеть, понимаешь? Нет, не отвечай! Ты просто подумай над тем, что я тебе сказал. Если ты почувствуешь страстное, неукротимое желание, против которого ты будешь не в силах устоять - дай нам почувствовать это, и мы - твои. Если же ты собираешься делать это против желания, то, как говорится, не смеем задерживать. Подумай, настройся, забудь о своих проблемах. У нас сегодня - день любви. Давай, девочка, подумай.
     Надя продолжала всхлипывать, закрыв ладонями лицо. Олег отвернулся к столу и потянулся за картами.
     - Серёга на прикупе?
     Я с восхищением смотрел на своего старшего товарища. Это был урок! Карнеги отдыхает. Я покосился на Надю. Она отняла руки от лица и теперь без всякого выражения смотрела в угол. У неё не было выбора, и она это понимала. Ей потребовалось минут десять, чтобы настроиться на требуемый лад. Она встала, чуть покачнувшись (лекарство ещё действовало) и вполне натурально улыбнулась Олегу. В глазах засветился даже какой-то кураж. Она подошла к столу, не переставая улыбаться, оглядела всю компанию и попыталась сесть на колени Олегу.
     - Нет, нет, подруга, я буду последним.
     Надя послушно повернулась и уселась на колени к красавчику Андрею, обвила руками его шею, поцеловала в губы.
     - Хочешь меня?
     Вот что значит опыт! На месте Андрея я заорал бы "Да!" и поволок её на кровать. Он же ответил подчёркнуто равнодушным голосом:
     - Пока не очень. Так что ты давай под стол, ротиком поработай!
     Рубикон был перейдён. Теперь Надя была послушной шлюхой, готовой на всё. Она с готовностью опустилась на колени, расстегнула молнию и извлекла на свет ещё вялый Андрюхин агрегат (как у мужчины может не быть эрекции в присутствии обнажённой женщины, я не понимаю) . Девушка внимательно осмотрела его, обнажила головку и сначала поцеловала его, сняла с губ попавшую волосинку, и уже более смело и вполне профессионально обхватила член губами и втянула его в себя почти до самого основания. Мы затаив дыхание наблюдали за процессом. По-видимому, Надежда знала толк в оральном сексе. Через пять минут Андрей уже постанывал, откинувшись на спинку стула. Процесс был остановлен Олегом:
     - А теперь - на кровать. Вдуй ей по самые гланды!
     Девушка открыла глаза и взглянула снизу вверх на Олега. Решив, что лучше не спорить, она прервала своё занятие, встала и, взяв Андрея за руку, повела его к койке. Уложив парня на спину, Надя оседлала его сверху и сама заправила торчащий кол. Девушку было трудно узнать. Из несчастной жертвы она превратилась в похотливую самку. Трудно сказать, была ли это актёрская работа, либо это приключение и в самом деле стало ей нравиться, но она трахала Андрея виртуозно: прижималась животом, откидывалась назад, изгибалась всем телом, тёрла свою грудь. Не знаю, как других, а меня зрелище возбудило так сильно, что я чувствовал, что ещё немного, и я спущу прямо в штаны. Разогретый минетом, Андрей быстро кончил, и по команде Олега его место занял Сергей. Он торопливо разделся и тоже сначала поднёс член к лицу девушки. В отличие от Андрея, его агрегат торчал, как кол. Надя взялась одной рукой за его яйца, обняла другой за талию и Серёгин орган целиком скрылся в её умелом рту.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ] [ 9 ]

Читать из этой серии:

Читать также: