Рассказ №9697

     4. Безумное лето восемьдесят первого
     
     Наш школьный роман, казалось, получил второе дыхание. Мы встречались каждый день и были на седьмом небе от счастья. Помня наставление Татьяны, я не ставил себе целью хранить верность своей возлюбленной, и отчаянно флиртовал направо и налево. Но как-то так получилось, что очень долго ничего серьезного из этого не выходило, и Оля оставалась моей единственной женщиной еще много месяцев.
     Наступили летние каникулы. Мы встречались ежедневно и с энтузиазмом предавались изучению науки любви, с каждым днем совершенствуясь в ее практическом применении. Ольга в то лето по-настоящему расцвела. Не знаю, приводит ли дефлорация к каким-либо гормональным изменениям в организме, но и внешне моя любимая стала превращаться в женщину. Округлились бедра и грудь, изменилась походка. Взрослые мужчины на улице стали обращать внимание на красивую молодую женщину, когда она с длинными распущенными волосами, в короткой юбке и на высоких каблуках спешила ко мне на свидание. И она чувствовала их взгляды, и поднимала голову еще выше, и еще сильнее покачивала бедрами, обтянутыми юбкой, которая с недавнего времени стала вдруг слишком узкой.
     Однако, как ни были сильны изменения во внешности Оли, ее внутренний мир изменился еще сильнее. По-видимому, для девушки сам факт превращения в женщину имеет скорее психологическое значение, чем физиологическое. Отмена последнего табу лишила Ольгу всех ее комплексов, и сделало ее раскрепощенной женщиной, забывшей про остатки стыдливости в поисках все новых ощущений, причем превращение невинной девушки в распутную самку произошло в самый короткий срок.
     Сексуальная жизнь юных влюбленных складывалась вполне гармонично. Наши немалые навыки в петтинге в сочетании с моей юношеской гиперсексульностью очень скоро заставили Ольгу забыть о том, что вообще бывает секс без оргазма. Более того, она узнала о существовании многократного оргазма, и в те дни, когда я был "в ударе", она кончала по два-три раза подряд. И все же, раз от разу она становилась все более ненасытной. Она хотела меня всегда, и в те моменты, когда желание становилось особенно сильным, Ольга теряла остатки благоразумия и требовала секса немедленно, где бы мы ни находились.
     Примерно в то время, стремясь стать еще более желанной для меня, Ольга купила себе пояс с чулками. Иногда, когда мы оставались дома вдвоем, она устраивала мне представление с раздеванием или просила, чтобы я сам раздел ее медленно-медленно. Секс в такие дни казался нам особенно восхитительным.
     Вскоре я заметил, что, выходя на улицу, Ольга не всегда надевает трусики, особенно, если на ней бывали чулки с поясом. Как раз в то время в городе стали появляться первые дискотеки. С помощью моей сестры Тани, я достал два билета, и мы пришли в один из таких диско-клубов. Нам повезло: столик оказался двухместным и был расположен в самом углу зала. Хотя все посетители были старше нас, Оля явно пользовалась повышенным вниманием мужской половины зала. Тем не менее, танцевала она только со мной, и вечер складывался превосходно. Надо сказать, что дискотеки в то время обязательно сопровождались программой, в ходе которой диск-жокей рассказывал о каком-либо исполнителе. Это считалось модным и престижным. К середине вечера ведущий решил, что нам пора отдохнуть от танцев и послушать его рассказ про покойного Боба Марли. Рассказ сопровождался показом слайдов, и свет в зале потушили. Мы сидели рядом, разгоряченные вином и танцами, и смотрели на экран. Вдруг Ольга, нащупала в темноте мою руку и положила ее на свое бедро, обтянутое тончайшей тканью чулок, а потом прижалась ко мне и прошептала на ухо: "Я тебя хочу. Я уже вся мокрая там. Хочешь проверить?" Я оглядел зал и, убедившись, что никто на нас не смотрит, стал медленно передвигать руку все выше по бедру. Она слегка раздвинула ноги. Вот уже и край чулок. Я преодолел полоску кружев, обрамлявших чулки сверху, и с восторгом ощутил под пальцами обнаженное тело. Она раздвинула ноги еще сильнее. Еще чуть выше, и мои пальцы нащупали жесткие курчавые волосы, а между ними... Да, она сказала правду! Не только губы, но и вся внутренняя поверхность бедер моей темпераментной подруги были покрыты влагой ее выделений. Мой боец вздрогнул и начал напрягаться в брюках. Я просунул средний палец прямо в горячую и влажную расщелину. Ольга вздрогнула и слегка застонала. Я начал медленно, чтобы не было заметно со стороны, вращать пальцем в недрах девушки, чувствуя, как все прибывающий сок начинает заливать мою руку. Оля положила голову мне на плечо и изо всех сил вцепилась в него руками. Сквозь ее участившееся дыхание, я услышал шепот: "Я вся потекла... Наверное, пятно потом будет". И еще через минуту: "Ой, как хорошо! Еще! Еще! Не могу больше! Пойдем куда-нибудь!" Мы почти бегом выскочили из зала и бросились на улицу.
     Была суббота, и, несмотря на поздний час, на улице было полно народу. Мы шли, взявшись за руки, и все прибавляли шаг в поисках укромного уголка. Увидев темную арку, мы, не сговариваясь, свернули в нее и очутились на заднем дворе какого-то магазина. В углу стояли баки с мусором. Мы свернули за них и уперлись в кирпичную стену. Я подумал, что это даже забавно: уйти с модной вечеринки, чтобы потрахаться в темной подворотне. Но додумать эту мысль до конца я не успел. Ольга бросилась мне на шею, и мы застыли в долгом поцелуе. А потом она повернулась, задрала подол юбки и нагнулась, упершись руками в лежащий на земле дощатый ящик от пивных бутылок. Пахло мочой и гнилыми яблоками. Я вынул своего заждавшегося дружка и с размаху всадил его в истекающую от вожделения щель своей красавицы. Она тут же подалась назад, навстречу моему напору, насаживаясь поглубже на мой затвердевший стержень, и почти сразу стала кончать. Поначалу она еще могла сдерживаться, но потом темный двор огласил громкий стон, возвещавший о приближении сильнейшего оргазма. "А-а-а-а! Еще! Еще! Сильнее! Как мне хорошо! Мамочка! Еще! А-а-а-а!" И стон перешел в крик. Я тоже чувствовал приближение кульминационного момента. Необычная обстановка, крайняя степень возбуждения моей подруги, наконец, сама поза, выбранная ею, возбудили меня так сильно, что уже через минуту мне пришлось вынуть свое орудие и, помогая себе рукой, разрядиться на ее голые ягодицы... А еще через минуту мы уже бежали прочь, взявшись за руки, и со смехом указывая друг другу на мелькавшие за окнами дома лица.
     Это лишь один эпизод того сумасшедшего лета, вспомнившийся мне сейчас. Вообще, застигнутые врасплох внезапной страстью, мы не были слишком разборчивы в выборе мест для занятий любовью. Мы трахались в подъездах многоэтажных домов, на скамейках в городском парке, на пляже, на веранде детского садика, и даже на крыше нашего дома.
     Пару раз мы даже занимались сексом в присутствии постороннего зрителя. И что удивительно, это мне очень понравилось. Однажды в конце июня мы с Олей отправились на пляж. Мы по обыкновению расположились на укромном пятачке в дюнах, скрытом от посторонних глаз густым кустарником. Это было "наше" место, где мы уже не раз дарили друг другу радости любви. Я обожал лежать рядом с ней, ощущать тепло её нагретого солнцем тела, но это всегда заканчивалось тем, что я начинал мечтать о гораздо более тесном телесном контакте, и у меня начиналась сильнейшая эрекция. В те же дни, когда мы забирались на "наше" место в дюнах, наши ощущения обострялись тем, что мы раздевались догола, и устраивали "нудистский" пляж. Мы ложились рядом, я брал её за руку и минут десять-пятнадцать старательно делал вид, что моей единственной целью является получше загореть. Однако, в конце концов, природа брала свое, и мой братец наливался кровью и начинал свое путешествие снизу, описывал окружность по левому бедру наверх, и упирался в пупок. Ольга всегда безошибочно определяла этот момент и, протянув руку, нащупывала его и сжимала несильно. Наши игры всегда начинались с того, что она мне мастурбировала. Она никогда не торопилась. Отвернувшись, или сделав вид, что задремала, она медленно водила рукой вверх-вниз, методично доводя меня до крайней степени возбуждения. Я превращался в зверя, я готов был рычать от возбуждения, как вдруг она останавливалась и убирала свою руку. Не в силах больше сдерживаться, я бросался на нее, и мы любили друг друга на горячем песке, со всей неистовой страстью, на которую способна юность.
     Так было и в тот раз. Единственным отличием было то, что помастурбировав мне минуту-другую, Оля решила продолжить начатое ртом. Она встала на четвереньки справа от меня, оголила головку и принялась водить языком вокруг неё. Я смотрел на её лицо, её быстрый язык, мелькающий вокруг мокрой от её слюны головки, и с наслаждением прислушивался к себе, ощущая тепло сладкой истомы, волнами распространяющейся по телу откуда-то снизу живота. Я протянул руку и погладил Олю по её горячим от солнца ягодицам, а потом скользнул ниже, нащупал её влажную щель, и, просунув вовнутрь два пальца, принялся шевелить ими. Ольга застонала и задвигала задом, одновременно заглатив мой член так глубоко, что я уперся головкой в горло. Стремясь облегчить мне доступ к её дырочке, она сначала развернулась ко мне попкой, продемонстрировав мне шикарный вид сзади, а потом и вовсе села мне на лицо, заняв свою любимую позу 69. Я просунул язык в её узкую щелочку и принялся энергично слизывать обильно выделяющийся сок, а она с не меньшим энтузиазмом продолжала делать мне минет.
     Мы так увлеклись, что я не сразу смог идентифицировать звук, послышавшийся откуда-то справа. Это был едва слышный хруст веточки или сучка. Надо учесть положение, в котором я находился в тот момент. В предвкушении момента, когда я, наконец, смогу излиться в прекрасный ротик моей любимой, я не был склонен анализировать звуки вокруг. Да и видимость была, мягко говоря, ограничена: единственное, что я мог видеть, это была нежно-розовая и чистая, как у младенца, розетка её ануса в сантиметре от моего носа.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ]

Читать из этой серии:

Читать также: