 |
| |
| | На жопу Юлиуса обрушились удары деревянной линейкой. Он быстро сбился со счёта. Сначала было не очень больно- директор щадил его, но после удара двадцатого становилось всё больнее и больнее. Он мычал в свой кляп и дёргал попу, но это не облегчало его страданий. Борис Владимирович порол его с остервенением. | | |
| |
|
| |
| | Она посильнее задрала футболку и попыталась одной рукой подтянуть вверх болтающийся на лямках лифчик, чтобы он не прикрывал ее груди - помоги мне - проговорила она, я не справляясь сама. Я осторожно взялся за еще теплый от маминого тела лифчик и поднял его повыше. Мама чуть дернулась вперед и моя рука случайно коснулась ее голой сиси. Я ощутил тепло и мягкость маминой груди, мой писюн дернулся в штанах. Максим - укоризненно проговорила мама, чуть отодвигаясь. Мам я не нарочно - покраснев начал оправдываться я - я не хотел. Так уж и не хотел - улыбнулась мама, она видимо понимала что это и правда произошло ненароком и уже корила себя за свои сомнения. Я покраснел еще больше - ну нет, конечно, я имел ввиду... - начал лепетать я. Мама улыбаясь продолжала смотреть на меня. А что - мелькнуло у меня в голове - будь что будет. У меня это случайно вышло - начал я - а вот так уже специально - с этими словами я обхватил мамину сисю ладошкой и несильно сжал. Максим - краснея проговорила мама, неотрывно глядя на мою руку продолжавшую легонечко мять ее пухлую сисю. Да мама - ее растерянность вновь окрылила меня - я просто хочу показать тебе разницу - продолжая щупать ее сисю, я осторожно гладил пальцем вокруг ее соска и легонько по нему, чувствуя как он постепенно напрягается. Да, но... - мама видимо даже не знала что сказать, продолжая безропотно наблюдать как теперь и вторая моя ладонь легла на другую ее сисю. Ты такая мягкая - проговорил я, уже вовсю меся мамины сиськи, ее соски отчетливо набухли, задевая их поверхностью ладони я испытывал удовольствие. | | |
| |
|
| |
| | Но взгляд мужчины был непреклонен, и Лида, густо краснея, стала стаскивать с себя трусики. Распрямившись, она плотно сжала колени, одной рукой все также прикрывала грудь, а другой свой лобок. Ее всю била дрожь от страха, но, как ни странно, Лида постепенно возбуждалась от того, что происходило с ней. Ей никогда не нравился мазохизм, но однажды, уже после развода, ей приснился эротический сон, в котором она исполняла все прихоти своего неведомого господина. Проснулась она вся мокрая, но мокрая не столько от пота, сколько от собственных соков, истекающих из ее возбужденной киски. | | |
| |
|
| |
| | Я снова прижался своми губами к губам Кристины, но при этом не прекращал писать, а Кристина вся извивалась. "Лёша, пустиииии, я сейчас уссусь" Я сильно прижал её к себе, и она громко вскрикнула. Я просунул руку ей между ног, и почувствовал, как её колготки потихоньку намокают "Лёш, не дави на живот, пожалуйста, и отпусти меня скорее пописать, ой ссс" Но я не послушался, и прижал её ещё сильнее, и почувствовал, как мощная струя ударила по моей руке сквозь её колготки. "Всё",-сказала обречённо Кристина, "Я не могу больше, уссыкаюсь, всё из-за тебя я писаю прямо в штаны" А я сказал ей "Зайка, расслабься и не терпи", - но Кристина уже не терпела, по её колготкам текла моча и под неё образовывалась лужа, которая смешивалась с моей. Мы стояли вдвоём, оба мокрые и целовались. "Ох", - с наслаждением вздохнула Кристина "Как же мне хорошо!". Я присел на корочки и стал стягивать с неё колготки, они были все сырые, я из спускал и видел, как моча текла прямо по прекрасным Кристининым ногам . | | |
| |
|
Рассказ №9731
|
