 |
| |
| | Томми лежал на своей матери, какое-то время, пытаясь обрести дыхание. Он положил свое лицо на ее грудь, скользкую от его слюны и ее пота. Лиза сидела перед ним, и он мог видеть как ее пизда, трется о нос и рот матери. Девушка также была мокрой от пота. Обмякший член мальчика, по прежнему находился в теле Кимберли. Он перевел взгляд на руки своей матери. Веревки глубоко врезались в кожу на ее запястьях. Томми усмехнулся, он был еще мал и все еще нуждался в ней, и в то же время он был достаточно в | | |
| |
|
| |
| | Мужчины вошли в воспитательную комнату. Они подошли к металлической стойке и стали устанавливать горизонтальные перекладины. Открыв кейс, "Доктор" стал доставать и закреплять в зажимах, большие, из толстого стекла, флаконы с тёмной жидкостью. Когда всё было готово, Хозяин позвал рабу. Мужчины, почти волоком, подтащили стонущую пожилую женщину к стойке. При-стегнув старуху за ноги и за руки к стойке, ей в рот вставили затычку, а на глаза надели маску. | | |
| |
|
| |
| | Видно было, что силы у начальника уже были на исходе и ему требовалась повышенная стимуляция. Он вышел из попу Светы и потянул ее за руку на улицу. Опять беседка, Игорь Борисович садится в кресло, разворачивает Свету к себе спиной и мягко насаживает ее попку на свой член, притягивая ее к себе. Так она еще ни разу не занималась сексом, а тем более в попу. Открытый воздух, беседка и жаркий мужчина ласково проникающий в попу. Света закрыла глаза и стала наслаждаться процессом. | | |
| |
|
| |
| | И здесь случился с Ваней конфуз... нет-нет, ничего страшного не случилось - такое встречается сплошь и рядом по причине избыточного ожидания, и только очень непросвещенным молодым рыцарям начинает сразу казаться, что заминка у врат долгожданного рая, наконец-то для них открывшиеся и даже гостеприимно распахнувшиеся, имеет непреодолимое и по этой причине судьбоносное значение... всё, конечно, не так! - и тем не менее, это все-таки был конфуз. Подражая Сереге, а может быть, уже действуя инстинктивно самостоятельно, Ваня упал на Раису и, приподняв свою юную и хотя - в общем и целом - симпатичную, но вполне заурядную попку, тут же сунул между животами руку, чтоб показать своему петушку дорогу, ведущую к храму, как вдруг почувствовал, как там, между раздвинутыми Раисиными ногами, все мокро и скользко... и Ваня, вдруг передернувшись от невольно и внезапно охватившей его брезгливости, в недоумении замер, - Ване вдруг удивительным и даже непостижимым образом стало противно... "Ну, ты еби пока, жарь... а я еще кого-нибудь позову. Хватит тебе двадцать минут?" - вопросительным предложением уже деловито уточнил закадычный друг, по душевной своей доброте готовый сделать приятное всему миру. "Хватит", - не думая, отозвался Ваня, и не увидел, а услышал, как дверь за ним снаружи захлопнулась - в замочной скважине дважды проскрежетал ключ. Так вот, о конфузе... трудно сказать, что именно не понравилось петушку - то ли он вдруг вообразил, что для первого раза, для боевого крещения, мог бы Ваня выбрать поле сражения и поприличнее, то ли по молодости он почувствовал неуверенность в конкуренции с теми, кто уже вспахивал эти отнюдь не целинные земли, то ли он просто устал в пути своего ожидания, как устает преодолевший многие тяготы путник, изнеможенно падая, когда до желанной цели остается какой-то шаг, - словом, трудно сказать, что петушку не понравилось, а только он неожиданно сник, напрочь отказывая Ване в его искреннем стремлении овладеть прелестями посапывающей под ним беспробудной труженицы. Растерялся ли Ваня? Конечно, он растерялся. Да и кто бы не растерялся, когда долгожданная цель была под ним, а он ничего не мог сделать, - став на колени, Ваня на все лады поднимал петушка, встряхивал, тискал его и гладил, напоминая, как все получалось у них в ходе бесчисленных тренировок, и как они оба об этом мечтали - сотни раз, стоя под душем или лёжа в постели, стоя в туалете или сидя за письменным столом... нет, петушок не отзывался! Ваня хотел, а он не хотел - и, прикинувшись недееспособным, он глумливо болтался из стороны в сторону, тщетно потрясаемый Ваниными руками, торопливо пытающимися восстановить status quo, - все было тщетно. И Ваня... Ваня вдруг понял, что все напрасно - что сегодня, наверное, не его день. Хорошо, что труженица спала, - не ведая, какая драма разыгрывается над ней, Раиса посапывала, раздвинув ноги, и из ее полуоткрытого грота, поросшего редким диким кустарником, вытекала, сочась, животворящая влага Сереги, и влага Ромика, бывшего перед Серегой, и влага еще бог знает кого, кто был перед Ромиком, не посчитав себя вправе отказываться от удовольствия на этом веселом празднике жизни... бля, хорошо, что Сереги нет, - подумал Ваня, не без некоторого сожаления вставая с ложа, так и не сделавшего в эту прекрасную Новогоднюю ночь его, Ваню, мужчиной - не лишившего его девственности... и здесь, наверное, можно было бы смело сказать, что Ваня остался мальчиком, если бы слово "мальчик" не употреблялось одновременно в совершенно иных - веселых - контекстах. Остается только добавить, что Ваня успел встать вовремя, потому что в замочной скважине вдруг снова проскрежетал ключ, и Серега, приоткрыв дверь, просунул в комнату голову: "Ну, как ты здесь? Кончил?" "Кончил", - в ответ отозвался Ваня ложно бодрым голосом, стоя к Сереге задом - застегивая штаны. "Давай, заходи! На тебе ключ... отдашь его Ромику", - услышал Ваня Серегин голос и, повернувшись, увидел, как в комнату входит, сменяя его у станка наслаждений, очередной пилигрим, жаждущий то ли познания, то ли привычного совокупления... | | |
| |
|
Рассказ №11307
Название:
Автор:
Категории: , ,
Dата опубликования: Понедельник, 18/01/2010
Прочитано раз: 81122 (за неделю: 0)
Рейтинг: 80% (за неделю: 0%)
Цитата: "Аня подползла, виляя попкой, и стала сосать, а сама к нам промежностью повернулась, ножки расставила, все напоказ! Видно, когда ее Коля в попу драл, а мы просили их нам все показать, она запомнила! Ведь девственница, а замашки уже как у опытной проститутки!..."
|
