Библиотека   Фотки   Пиздульки   Реклама! 
КАБАЧОК
порно рассказы текстов: 24072 
страниц: 55365 
 | поиск | соглашение | прислать рассказ | контакты | реклама | новые рассказы |






категории рассказов
Гетеросексуалы
Подростки
Остальное
Потеря девственности
Случай
Странности
Студенты
По принуждению
Классика
Группа
Инцест
Романтика
Юмористические
Измена
Гомосексуалы
Ваши рассказы
Экзекуция
Лесбиянки
Эксклюзив
Зоофилы
Запредельщина
Наблюдатели
Эротика
Поэзия
Оральный секс
А в попку лучше
Фантазии
Эротическая сказка
Фетиш
Сперма
Служебный роман
Бисексуалы
Я хочу пи-пи
Пушистики
Свингеры
Жено-мужчины
Клизма
Жена-шлюшка

Хоть пикник вышел для нас всех случайно, но это было совсем не случайно. Ну пусть все расслабятся и отдохнут... А что сидеть дома за столом, объедаться и пить благородные и не очень напитки. А можно и по-другому - побыть на природе, подышать чистым воздухом, наш генерал знает просто невероятно чудесное место, не загаженное никакими туристами. А воздух, а опять же, а вода, а виды почти первобытной девственной природы. А какая там рыбалка, так что не нужно почти ничего с собой брать - это же такой кайф - приготовить еду из пойманной самим рыбы, невероятно вкусной и жирной. А уха из неё - это отдельная тема разговора! Так что "загорелись" все, кого я пригласил!
[ Читать » ]  

Трюк, который войдя в душевую, увидела Наташа не восхитил ее, а ошарашил. Учитель, прижимая к себе круглый задик стоявшей на ровных ногах учительницы, ритмично сзади вводил в неё свой член. Женщина, упираясь руками в кафель душевой, старательно оттопыривала свою попку навстречу члена мужчины. По движущим телам ручьями лилась вода из душа, обволакивая их паровым облаком. Но полюбоваться увиденной картиной Наташе долго не получилось, скрип двери в душевой оторвал учителей от мокрого дела. Сначала они замерли, потом, вскрикнув, учительница выскочила из душевой кабинки и, прошлепав мокрыми пятками по кафельному полу, выскочила в раздевалку, прикрывая одной рукой лицо, другой поддерживала колыхающуюся при беге внушительных размеров грудь.
[ Читать » ]  

Нюра еще больше развела свои загорелые ножки: отдаваясь на милость завоевателя... ласки приносили ей то нестерпимую боль, то неописуемое блаженство: с криком удовольствия, ее цепкие пальцы вцепились в мои волосы: приятная судорога всколыхнула ее тело: но это была еще не победа - мой язык торопился дальше - к влажной пещерке, ждущей его... влажный и требовательный язык провел по нежным губкам и проник в мокрую пещерку... в ней было очень горячо... язык прошелся по кругу, собирая терпкий любовный сок... когда я наконец оторвался от ее киски - мы оба уже были готовы разорвать друг друга от бушующей в нас страсти - я перевернул ее на живот и глубоко вошел в нее... ее тело было приятно придавлено мужским: чувствовать каждой клеточкой тела тяжесть- как это здорово: она еще больше расслабила тело: внутри происходила добыча новых всплесков эмоций: буравчик продвигался все дальше и дальше: он как будто искал. . искал первозданные места: не тронутые ласками: ласками чужого: но нет. . тут все изведано и познано: но эта мысль не омрачала... приподнявшись, она выгнула спину ... ее урчание и постанывание ласкали слух: я чувствовал что она наслаждается происходящим и это приносило радость... и тут ее тело задрожало: пришлось приложить силу чтобы удержать ее: она металась подо мной: и все: тело расслабилось: она пребывала в мире блаженства: постепенно она возвращалась в реальность: молча она привела себя в порядок: это была другая Нюра: что произошло? ... .
[ Читать » ]  

Так они круто изменили свою жизнь. Марина бюстгальтер дома практически не одевала, да и трусы только одевала когда были месячные. В эти дни Дима ложился спать в своей спальне, утром и вечерами мама делала ему минет. В обыкновенные дни он не любил когда мама одевала под ночной пеньюар в котором ходила по квартире, нижнее бельё и Марина не одевала. С утра он спокойно подходил к ней сзади, пока она готовит завтрак, задирал ей халат и трахал около плиты, она обычно говорила "Ну, ты опять. Завтрак опять сгорит " на него это никак не действовало. Дима был всегда сыт, своей матерью. Когда они сидели за столом, он мог спокойно запустить свою руку ей между ног. Однажды когда Марина села на унитаз помочиться следом зашел Дима
[ Читать » ]  

Рассказ №1460 (страница 4)

Название: Жестокие игры (часть VII)
Автор: Владислав Александров
Категории: Экзекуция, А в попку лучше
Dата опубликования: Четверг, 30/05/2002
Прочитано раз: 131607 (за неделю: 88)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "Похоже, Тиффани не солгала - там было действительно очень тесно, что сулило мне головокружительные возможности. Преодолевая инстинктивное сопротивление, я ласкал и гладил ее крохотное аккуратное колечко ануса, такое милое в своей трогательной беззащитности. Тиффани застонала, когда я проник в него сначала одним пальцем, а когда к нему добавился второй - вскрикнула. Здесь очень важно было не спешить, и я достал из прикроватной тумбочки вазелин, густо намазав им свой разрывающийся от нетерпения член, после чего велел Тиффани лечь на живот, подложив под него подушку, и максимально расслабиться. Девушка покорно выполнила мои требования, и я приготовился начать кропотливую работу по лишению девственности ее второй дырочки...."

Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ]



     Я продолжал почти на полную силу пороть Китти, позволяя ремешку описывать полную дугу и впиваться в ее прекрасные, чуть полноватые ягодицы на полной скорости. По некоторым полосам на ее попке я уже попал не один раз, и каждый раз Китти оглашала своим воем все закоулки нашего дома. Постепенно я опускался все ниже и ниже, пока под обстрелом не оказались ее восхитительно стройные упругие бедра, глядя на которые, я почувствовал, что очень скоро я кончу, даже не проникая в это прекрасное тело. Словно прочитав мои мысли, ко мне сзади подошла Лариса и, нежно приспустив мои трусы, взяла в обе руки мой вздыбленный почти параллельно животу член. Она стала нежно массировать его своими теплыми ласковыми пальчиками по всей длине, время от времени сжимая головку одной рукой, а второй массируя мошонку. Потом она приноровилась заключать головку в пленительное кольцо своих пальцев синхронно с очередным ударом, и наслаждение от этого экзотического массажа смешалось с удовольствием от свиста ремня, рассекающего воздух и жадно впивающегося в нежную плоть, и от криков Китти. Я старательно обрабатывал ее бедра, тщательно следя, чтобы между полосками, остающимися после ударов, было не больше сантиметра. Когда я почти дошел до ее коленок, сопротивление Китти было сломлено окончательно, она захлебнулась собственными слезами и стала умолять о пощаде.

     - Собственно, я только разогрелся, - сухо заметил я, сматывая ремень в кольцо и кладя его на место, - а сейчас ты подвергнешься наказанию за сопротивление и за пощечину.

     Пришло время воплотить в жизнь мой новый план. Мы немного изменили положение Китти, подставив под нее стол и приподняв ее руки выше. Теперь она лежала, вытянувшись на плоской поверхности. Ее ноги были прикованы двумя наручниками к ножкам стола. На ее исполосованных, прекрасно распухших и местами слегка кровоточащих ягодицах снова стоял стакан с водой, в который Лариса щедрой рукой насыпала соль. Со спинки Китти мы соль стерли (не очень, впрочем, старательно). Я встал сбоку, зажав в руке другой ремень, длинный и широкий, состоящий из нескольких переплетенных жгутов из жесткой искусственной кожи, а Лариса пристроилась рядом, опустившись на колени и взяв в рот мой неугомонный инструмент, стараясь не выпускать из поля зрения замершее тело Китти. Ей приходилось несладко - стакан с соленой водой стоял как раз в самом верху между раздваивающимися половинками ее попочки, и теперь выплеснувшаяся вода из него должна была неминуемо попасть прямо на вспухавшие рубцы, пересекающие ее во всех направлениях.

     - Правила у нас будут такие, - сказал я прерывающимся голосом, потому что Лариса уже начала ласкать мою головку губами, а обе руки положила на длинный ствол и задвигала ими с столь любимом мною темпе, - Если продержишься без криков двадцать ударов, я уберу стакан. Если без крика выдержишь тридцать - больше этим ремнем я тебя наказывать не буду, по крайней мере - сегодня. Как только закричишь, оставшееся число ударов удвоится. Можешь выплюнуть зажим. Ну а дергаться тебе или нет - решай сама. Стакан очень неустойчивый, кстати, и воды я туда налил почти вровень с краями.

     Китти тут же выплюнула изо рта зажим, и при ударе об пол он раскололся пополам. Зубы у нее, судя по всему, были отменными, и я поймал себя на мысли, что никогда не позволю ей делать мне минет. Но помимо минета, существовала уйма других способов извлечь из ее тела максимум удовольствия, и я, хорошенько прицелившись, хлестнул страшным ремнем поперек ее спинки, выбрав доселе непораженную область. До меня донесся прерывистый вдох и скрип зубов, а по прозрачному стеклу стакана побежало вниз несколько маленьких капелек.

     Второй удар лег почти рядом с первым, и скрип зубов повторился. Накрепко привязанные руки Китти сжались в кулаки и тут же разжались, ноги же почти не шелохнулись.

     - Ты щадишь ее, тогда я и не буду усердствовать, - прошептала снизу Лариса и выпустила изо рта мою головку. - Заставь ее закричать!

     Мне безумно хотелось продолжения обволакивающе-вращательных движений ее губ и рук, поэтому я усилил темп. Ремень звонко впивался в ее спинку, оставляя новые следы, гораздо более широкие и болезненные, чем от своего предшественника. Третий и четвертый удар Китти выдержала без звуков, но на пятом сорвалась - я попал точно по наиболее болезненному месту на ее спинке, где пересекалось сразу несколько рубцов, женщина отчаянно дернулась, стакан накренился, каким-то чудом удержавшись, и примерно треть его содержимого обильно расплескалась по ее весьма распухшим ярко-красным ягодицам. Почти сразу же жуткий вопль потряс комнату, Китти снова дернулась, и на этот раз стакан упал на бок, обильно залив ее несчастную попку и ягодицы. От адской боли тело девушки стало выделывать замысловатые пируэты, а силы удесятерились.

     - Сотрите соль, сотрите, пожалуйста, умоляюююю!!!!!! - кричала Китти, давно растеряв все свое достоинство и неприступность и дергаясь так, что с потолка, куда были намертво впаяны стальные кольца, посыпалась штукатурка.

     - Не раньше, чем ты получишь все, что тебе причитается, - отозвалась Лариса, - тридцать ударов, если не ошибаюсь.

     Она не ошибалась, и экзекуция была продолжена. На этот раз, подбадриваемый энергичными движениями своей жены, я обрушил на попку отчаянно извивающейся в безжалостных путах Китти серию мощных и частых ударов, уже не особенно целясь, но вкладывая в них всю свою силу. Китти, отчаянно дергаясь, кричала так, что у меня звенело в ушах, ее ягодицы выглядели так, словно побывали на сковородке. Лариса, поощряя мои действия, заскользила по моему члену с утроенной силой, и я, не выдержав, с громким криком стал спускать прямо в теплые влажные глубины ее ротика, продолжая осыпать мощными ударами извивающееся тело Китти. Моя покорная супруга, добившись своего, обхватила губами мою головку, подаваясь навстречу моим судорожным движениям, обвила ее язычком и сжала щеками, а руками нежно массировала мои яички, стараясь выдоить из меня как можно больше спермы. Это ей удалось - ей удалось сделать не меньше десяти глотков, прежде чем я опустошился и на время утратил интерес к происходящему.

     Никто из нас уже не помнил, сколько ударов осталось получить Китти, но ее неистовые крики, вызываемые болью в отстеганных ягодицах, разъедаемых соленой водой, стали нас раздражать, поэтому Лариса залепила ей рот клейкой лентой. Крики сменились протяжными жалобными стонами и позвякиванием наручников на ногах, но это было, напротив, очень приятно слышать.

     - Ты пока отдыхай, а я еще немного позабавлюсь с ней, - проворковала Лариса и подошла к беспомощной Китти, взиравшей на нее с неподдельным ужасом. Наклонившись к ее залитому слезами лицу, она внятно, почти по слогам, процедила:

     - Я никому не позволяю бить моего мужа. И чтобы ты лучше это усвоила, я тебе намереваюсь кое-что продемонстрировать.

     Приподняв свою блузочку и приспустив мини-юбку, она показала нам длинную блестящую цепь, охватывавшую ее пока еще по-прежнему твердый живот чуть выше трусиков. Внимательно глядя в глаза Китти, постепенно тонувшие в животном ужасе понимания того, что сейчас с ней сделают, Лариса стала неторопливо поднимать эту цепочку все выше и выше. Блузка мешала ей, и она, недолго думая, скинула ее через голову, открыв нам великолепные, полные, но весьма упругие груди с давно уже затвердевшими сосками. Поигрывая цепочкой, она не спеша обошла вокруг беспомощного, все еще подергивающегося от жуткой боли тела Китти, покорно ожидавшей своей участи. Ее стоны усилились, когда Лариса провела еще теплым после ее тела металлом по распухшим ягодицам, по исполосованным плечам и спине Китти, по ее беспощадно иссеченным мною бедрам.

     - Тебе, наверное, было очень больно, когда она дала тебе пощечину? - участливо спросила она меня.

     - Один глаз до сих пор слезится, - подтвердил я.

     Лариса неожиданно, ухватив цепочку за один конец, жестоко хлестнула Китти прямо по залитым кровью и соленой водой ягодицам. Цепочка, звонко впившись в ее плоть, оставила на ней новый след, тонкий и прямой, повторяюший форму каждого звена. Китти должна была испытать новую разновидность боли, острую, пронзительную, враз перечеркнувшую все ее предыдущие страдания. И она ее, вне всякого сомнения, испытала, судя по тому, какой стон она издала, и как снова закачался стол от ее отчаянных попыток освободиться. А Лариса не спешила продолжать, и никто, включая ее саму, наверняка не знал, сколько еще ударов последует.

     - А царапины с твоей щеки, наверное, не сойдут еще несколько дней, - задумчиво сказала Лариса, проводя цепочкой по вздрагивающим плечам Китти, - как думаешь, может, оставить на ее прелестных, влажных от слез щечках, такие же?

     - Думаю, на щеках не стоит, - отозвался я, с интересом наблюдая за происходящим.

     - Но ведь надо ей как-то отплатить за твою боль - резонно возразила Лариса и на полный размах руки вытянула Китти поперек спинки. Удар был такой силы, что в разные стороны полетели брызги воды, ставшей чуть розоватой от сочащихся кровью рубцов. Китти вновь протяжно и жалобно застонала, делая отчаянные попытки освободиться. Мы с Ларисой с удовольствием наблюдали за тщетностью всех ее попыток. Я почувствовал, как мой опустошенный умелыми действиями Ларисы член снова начинает проявлять интерес к происходящему.

     Моя жена не торопилась продолжать, наслаждаясь мучениями беспомощной жертвы. Китти отчаянно извивалась, сжигаемая жгучей болью от разъедаемых солью кровоточащих полос, пересекающих ее тело в разных направлениях. Удары стальной цепочкой должны были причинять ей еще более мучительную боль, которая будет напоминать о себе еще не один день. Я подал ей знак, чтобы Лариса не слишком усердствовала: с такими темпами Китти не продержалась бы у нас и неделю. Лариса кивнула в ответ и тут же сообщила ей:


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ]


Читать также в данной категории:

» Во время перерыва мамину попку натянул (рейтинг: 35%)
» Приключения для моей многострадальной попки или как меня имели-2 (рейтинг: 48%)
» Неудавшийся поход. Часть 12 (рейтинг: 0%)
» Чудесная поездка Татьяны. Часть 3 (рейтинг: 68%)
» Как скромница Леночка стала похотливой блядью. Часть 2 (рейтинг: 81%)
» Комната Командира 1: Доклад на Ночь. Часть 2 (рейтинг: 82%)
» На озере. Часть 5 (рейтинг: 50%)
» Лето у бабушки (рейтинг: 86%)
» Месяц перед отъездом-3 (рейтинг: 62%)
» Дневник полковника разведки-16 (рейтинг: 0%)


 | поиск | соглашение | прислать рассказ | контакты | новые рассказы |






  © 2003 - 2026 / КАБАЧОК