Рассказ №21256

     Пунцовая Лилечка с вытаращенными лазоревыми глазками, явно не справлялась с хлынувшим в нее потоком. Из уголков ее рта потекли два белесых ручейка и закапали на заросли парня. Глотала она, наверное, с полминуты и наконец, медленно освободила слегка обмякший толстый ствол увитый темными венами, представив моему взору могучий дрын во всей его красе. Смуглый, цвета кофе с молоком он был примерно 6-ти см в диаметре и около 19 в длину, и венчался ярко-красной грибообразной головкой из отверстия которой продолжало сочиться. Лилечка вновь склонилась и принялась слизывать сперму рубиновым язычком. Бедра Андрея дернулись, он по новой засадил болт наполовину длины и держал так, пока тот окончательно не обмяк.
     Выпустив его изо рта, деваха подняла глаза вверх и вдруг пересеклась с моим распаленным взором. Тут же потупилась и смущенно опустила белокурую головку. Оглянулся и Андрей. Окинул меня взглядом, задержав его на руке, сжатой на члене. Хмыкнул, подтянул брюки, усадил Лилю рядом и, склонившись к ее уху, тихо загудел. Девушка быстро утерла лицо носовичком. Пересели ко мне. Маленькая ладошка ее опустилась поверх моей, затем юркнула под штаны и обхватила каменеющий ствол, сплошь мокрый от смазки. Андрей, погладив по плечу, надавил на ее головку, и она склонилась к моему паху. Я помог ей, освободив своего красавца от одежды, дурея от предстоящего кайфа. Уже чувствовал головкой ее горячее дыхание. Уже водворил вершок меж ее влажных губок и тут: как всегда, "вовремя" вступил в свои права "Закон подлости".
     Впереди зашевелились руководители, сбоку Витек. Богдан глянул в нашу сторону. Вмиг врубился и смущенно отвел взгляд. Рыжик, округлив свои изумрудные глазки, тоже вперил их в живописную композицию наших тел и залился краской. Второй руководитель пригнулся к водителю и что-то сказал. Автобус замедлил ход. Объявили техническую остановку на 5 мин. Писец!
     Лиля тут же взвилась вертикально и оттолкнула Андрея. Я мгновенно заправился, прижав член резинкой треников. Остановились у обочины. Справа и слева сплошной лес. Направо мальчики, налево девочки. Долбак ломило от напряжения, и я рванул поглубже в чащу, надеясь хоть там передернуть по-быстрому, но не тут-то было. Как только я достал его из штанов и обхватил ладонью, зашуршали кусты и слева буквально в метре от меня нарисовался рыжик, пялясь на мой дрын. Справа в 2-х метрах показался ухмыляющийся Богдан, тоже возбужденно разглядывающий сквозь ветки мой низ. Опять облом!
     На какой-то миг в голове мелькнуло сумасшедшее желание дернуть к себе вьюношу и засадить в ротешник. Слить я мог почти сразу. Но куда там! Вокруг шебуршили ветвями парни, в любой момент могли спалить. Богдана я почему-то в расчет не брал. Думаю он-то, зная, что к чему шума бы не поднял. Досадливо крякнув и покосившись на полу-взведенную сардельку Богдана, я отвесил раздувшейся головке увесистый щелбан, ойкнул от боли и кое-как слил мочу. Злой как дьявол, закурил и понуро поплелся к автобусу. Тут встретил сочувствующий Андрей, уже опроставшийся в ближних кустах. Приобняв за плечо, он стал успокаивающе гудеть мне что-то на ухо. Даже погладил по загривку и спине. В позвоночнике стрельнуло, я резко отстранился и отошел. Твою мать! Это ж надо так обломать кайф. Яйца гудели, болт снова припух, грозясь в любой момент отвердеть. Скурив 2 сигареты подряд, шастая у автобуса, вернулся к Андрею и потянул его в салон. Уселись, я добыл из кулька пузырь водки, разлил по кружкам сразу грамм по сто. Чокнулись и выпили залпом: Фу-х! . . чуток полегчало.
     Тем временем все вернулись на места. Поехали дальше. До следующей остановки оставалось около полторы часа. Парни, сбросив дрему, по новой принялись окучивать девчонок. Только Витек и Лиля не участвовали в этой движухе. Первый скромно уселся впереди, через два ряда кресел от нас. Вторая, прикинувшись спящей, тоже восседала у окна в одиночестве подальше, вяло отшивая от себя приставучих самчиков.
     Почти всю до следующего ресторана дорогу мы ближе знакомились с Андрюхой, ощущая возрастающую взаимную симпатию, игнорируя призывные взоры девиц.
     Я кратко рассказал о своем житье-бытье, парень о своем. Походу тяпнули пару раз по 50, и меня попустило окончательно.
     Андрей рассказал, что еще со средней школы пристрастился к посещению бассейна и качалки. Учился неплохо. После получения аттестата поступил на юрфак в универ. Обилие девичьего внимания неслабо вскружило голову и он, забив на учебу, круто подсел на секс, трахая всё и вся. Завалил весеннюю сессию. Загребли в армию. Попал в Рава-Русскую, в полк родных мне аэромобильных войск. Я тут же стал вспоминать свою службу, он свою, и это сблизило нас еще больше.
     После армии он возобновился в универ, защитил диплом и по протекции дяди попал в пенитенциарную контору, где и работает сейчас. Любит экстрим и авантюры, поэтому и подался в этот турпоход один, без корешей.
     После армии любовные похождения приноровил, даже женился было сдуру на симпотной секретарше их конторы, но быстро разоблачив ее сучью натуру, через полгода развелся, благодаря небеса за то, что не успел ее обрюхатить. На суде бывшая женушка показала себя во всей красе. Имущество делили вплоть до последней вилки. Урок, короче, получил на всю оставшуюся: Сейчас, после 3 длительных, но неудачных романов с девицами, находится в не особо активном поиске, довольствуясь кратковременными потрахушками.
     Когда беседа немного поутихла, Андрей опять ненадолго подсел к Лиле. Ворковал, в чем-то убеждая, а она упрямо и отрицательно мотала головой ему в ответ. Перепуганная неслабо столь явно подступившим накануне разоблачением, девица наотрез отказала в каком-либо продолжении в автобусе, клятвенно пообещав, что не откажет нам на базе. Об этом Андрей ухмыляясь, поведал по возвращении, добавив, мол, "не переживай, - че-нить, да замутим".
     К восьми вечера прибыли к ресторану. Тут нас ждал ужин и расставание со второй группой. Буфет еще работал, спецом ожидая нас, последних для них в этот день.
     Опять последовали закупы спиртного и минералки. Впереди была целая ночь пути - решили основательно оторваться за это время.
     Ребята в теперь полупустом салоне расселись ближе к центру. Из сумок и широкой доски, "случайно" нашедшейся у водилы, был сооружен длинный "стол" в проходе. На него опять вывалили разнообразный закусон, и народ пошел в отрыв. Водяра лилась рекой, запивалась пивом, вином и ликерами. Короче: "веселится и ликует весь народ, и тостует, и танцует, и поет"! После первых 5-6 здравиц стали кучковаться в группы по интересам. Одни взялись играть в "дурака" на желание, другие в "города" , третьи в "растения и животных". Несколько отпочковавшихся парочек уединялись ненадолго на задних сидениях. Пир стоял горой!
     Единственные, кто сдерживал себя, были: водила (ему, шоб "жаба не давила" , тоже передали 50 грамм) , Богдан, как куратор, и я - ибо в тот момент это было мне не в кайф. Часам к 11 вечера наклюкались основательно, к полуночи почти все дрыхнули без задних ног. Лишь парочка самых стойких пыталась че-то еще лепетать-петь.
     Андрюха был, казалось, почти в умате, все плотнее лип ко мне в проходе со спины и чуть-ли не лизал уже ушко и шею, чего я естественно, допустить не мог. Посему, подхватив за талию, отбуксировал его на место. На автопилоте он протянул было клешни к Лиле, но та оказала активное сопротивление и мы благополучно, наконец, прикреслились. Вздохнув облегченно, я водворил его у окна, сам же развалился рядом и закемарил:
     Водила, видя всеобщий штиль, вырубил верхнее освещение. Салон погрузился в полумрак, наполненный пьяными всхрапами, стонами и могучим алкогольным смогом.
     Сквозь полудрему я фрагментами воспринимал лишь то, как постепенно буйная башка Андрюхи сползала по торсу все ниже, пока не зафиксировалась окончательно точно на моей промежности. Возможно, при другом стечении обстоятельств, я и уснул бы. Вероятно, даже безмятежно. НО!!! Была конкретная неудовлетворенность. Была его неспокойная движуха. Парнище никак не мог умоститься. Я отодвинулся немного. Андрюха поелозил и, наконец, устроился комфортно. Бля! Лицом ко мне!
     Дрын мой, согреваемый его раскаленным дыханием, движениями его головы, в момент окреп и вздыбился. *уея от кайфа, я было попытался немного отвести его лицо от лобка, но на очередной кочке он вновь зарылся в него по самое не могу и я: сдался. Будь что будет:
     А было отпадно! Сначала парень елозил по стволу ротешником сквозь треники. Затем завел уверенной рукой резинку под мошну, принялся все там ласкать языком, дальше приподнялся на локте, буквально сходу заглотил мое немалое хозяйство почти наполовину и мощно засосал. Я буквально поплыл по волнам блаженства, накрыл горячую голову ладонью, и рьяно принялся поддавать бедрами снизу, все глубже внедряясь в нее. Итак перевозбужденному в тот момент, много мне не понадобилось. Уже через минуту, едва сдерживая триумфальный рык, я стал накачивать его щедрым вознаграждением, и он покорно глотал мои излияния, пока они не иссякли:
     На какое-то время я выбыл из реальности. Придя в себя, ощутил, что пестик мой, слегка увядший, и дальше покоится в горячей влажности его рта, и парень не собирается пока расстыковываться. Кайф был крутой: но МАЛО, хотится еще. Мне хотелось, ему моглось, - вот и ладненько. Призывно поддал бедрами и ощутил, как задвигался его язык, теребя головку и уздечку. Рука мягко вмяла голову Андрюхи в лобок. Дрын снова затвердел, и началась новая пляска, не столь активная физически, но на порядок выше по кайфу. Теперь я предоставил парню больше прав, и он с радостью принялся ласкать меня по своему усмотрению. Будучи в полнейшем восторге от его инициативы, я спустил спортивки к лодыжкам, развел бедра пошире и замер, балдея от искусных ласк Андрюхи. И чего ж он только не вытворял там, дорвавшись до бесплатного! Лизал, покусывал, заглатывал яйца по одному (вместе они не умещались) , зарывался в лохмы промежности и пытался ласкать языком, возвращался к вершине, катал ее за щекой, заглатывал по самое не могу, лез остреньким кончиком в щель головки и гладил, гладил, гладил все, до чего мог дотянуться:


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать из этой серии:

Читать также в данной категории: