 |
| |
| | Через какое-то время ("а скоко прошло-то?") пенис изрыгнул струю пахучей жидкости и залил Тосино лицо, попав на ресницы, губы, подбородок и даже в ноздри. Шофер теребил свой конец, выжимая из него остатки. Горничная вертела головой, стараясь уклониться от дополнительных доз - ей хватило и основной. За глаза. | | |
| |
|
| |
| | Иван Степанович тщательно проверил содержимое каждого холодильника, затем закрыл их всех, постоял минуту и полюбовался всей своей проделанной работой, сверил перед уходом показания термодатчиков, прогремел ключами в замочной скважине и ушёл к себе в комнатку, чтоб и дальше продолжать охранять сны и покой умерших, ведь он сторож в морге, а это как-никак обязывает его ко многому. | | |
| |
|
| |
| | - А теперь медленно садись на мой член той дырочкой, где Витька сделал тебе больно. Она присела, держась за Вовкину шею и стараясь попасть влагалищем на член. Вовка помогал ей, водя членом вдоль мокрой щелки. И вдруг все получилось. Она опустилась на член влагалищем, но Вовка придержал ее за талию, опасаясь причинить ей боль. Но она вырвалась и наделась целиком, замерев от наслаждения. Потом начала прыгать на члене, чтобы он входил и выходил целиком, Вовка наклонил ее вперед, чтобы член при движении касался клитора, она все убыстряла движение, пока не вскрикнув, не повисла на его руках. Член задергался у нее внутри. И Вовка понял - это была пятая "сестра". | | |
| |
|
| |
| | Сам Давид про свои фантазии отмалчивался, несмотря на все попытки выведать, какие страсти терзают ее любимого. Но однажды, когда они возвращались из ресторана, отмечая сто дней своего романа (идея принадлежала Давиду), она все-таки добилась своего. | | |
| |
|
Рассказ №25680
|
