 |
| |
| | Я же напротив не мог никак кончить хотя мои член был напряжён так что готов был разорваться. Я вышел из нее и перевернув ее на животик, сел на ее попку и начал вводить член снова в ее киску, перед мои взором оказалось аппетитное колечко ануса, но я хотел киску и поэтому я сунул свои большой палец ей в рот и она его нежно обсосала, я его ввёл в попку и через перегородку ощутил свои член который ходил в ней как шомпол в стволе. Я взял ее за обе руки и завел их назад приподнимая ее от тахты натягивал ее на себя и это было нечто мы снова кончили и я лег на нее и нежно стал целовать ее шею и спину покрывал поцелуями. | | |
| |
|
| |
| | Стоя в центре казармы, Юрчик смотрит, как стриженые пацаны, повинуясь его голосу, стремительно соскакивают с коей, как они, толкая друг друга, суетливо натягивают штаны, как, на ходу застёгиваясь, выскакивают, толкая друг друга, в проход, и - глядя на всё это, Юрчик в который раз невольно ловит себя на мысли, что эта неоспоримая власть над телами и душами себе подобных доставляет ему смутное, но вполне осознаваемое удовольствие... может быть, Максим, говоря о "стержне", не так уж и не прав? И еще, глядя на пацанов, повинующихся его голосу, он невольно вспоминает, как точно так же когда-то он сам соскакивал с койки, как волновался, что что-то забудет, что-то сделает не так, как смотрел на сержантов, не зная, что он них ждать, - когда-то казалось, что всё это ад, и этому аду не будет конца, а прошло, пролетело всё, и - словно не было ничего... смешно! В начале службы - в "карантине" - он, Юрчик, был в одном отделении с Толиком, и вот они вновь оказались вместе - опять в "карантине", но между этими двумя "карантинами" пролегла целая жизнь, измеряемая не временем, а опытом познания себя и других, - "кто знает в начале, что будет в конце... " - думает Юрчик, глядя, как парни, сорванные с коек его приказом, суетливо строятся перед кроватями, рядами уходящими в глубь спального помещения... | | |
| |
|
| |
| | Он меня усадил в кресло, а сам вышел посмотреть. Через несколько секунд дверь комнаты распахнулась, и в нее вошли двое незнакомых мужчин. Они буквально пожирали меня глазами. Сзади семенил Паша и успокаивал. | | |
| |
|
| |
| | В ночь перед отъездом Лена с Лелей устроили мне прощание. "Прощаясь" я кончил восемь раз, а мой похотливые вожатые по пять. Однако сюрпризы этого лета еще не закончились. | | |
| |
|
Рассказ №12350 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Воскресенье, 02/01/2011
Прочитано раз: 40640 (за неделю: 0)
Рейтинг: 86% (за неделю: 0%)
Цитата: "Я ласкал достоинство парня левой рукой, чтобы действия моего зебба внутри него не были так болезненны, и ввёл свой зебб уже наполовину, но парень, не смотря на мою сдержанность, всё равно стонал и рычал. За дверьми стояли визири и внимательно слушали, что происходит в комнате. Ровно семь раз за ночь я познал юношу сзади, при этом он сам извергся три раза. Во время моих передышек Яхъё брал мой клинок в рот, чтобы ни одна капелька семени, ни пропала зря. Я же в это время брал в руки и массировал жеребца Яхъё. Удивительной длины и толщины был зрелый орган юноши. Я никогда раньше не видел такого сильного орудия любви. Если его взять за основание в кулак одной руки, потом перехватить второй рукой, а оставшуюся часть зебба взять в кулак рукой, державшейся за основание, то мощный набалшашник всё равно останется на свободе, при этом у основания и в середине ствола, длины ладони не хватало, чтобы обхватить этот огромный зебб!..."
Страницы: [ ] [ 2 ]
- О, Якубджан, ты так рано повзрослел! А когда мальчики рано взрослеют, любовь приходит к ним в причудливых и странных образах! Ты должен принести двести динаров в дар дервишам, живущим за городом, купить у них крови дикого шакала, взять колпак самого старого и уродливого дервиша, затем отрезать хвост у первого встреченного тобой ишака, и когда наваждение в виде этого мужчины вновь придёт к тебе, надеть колпак, помазать свои глаза этой кровью, разжечь исрык, размахивать хвостом ишака над головой и произнести заклинание. Тогда образ ткача забудет дорогу к твоему пылкому сердцу.
Кормилица долго наставляла меня, но всё было бесполезно. Образ ткача настолько был сладостным, его объятия снились мне ночами, днём я представлял, его лобзания. Я НЕ ХОТЕЛ избавляться от этих мечтаний. Жизнь моя превратилась в сладкую боль, я больше не мог сдерживаться, и не хотел надевать дурацкий колпак, мазаться кровью, и махать над головой хвостом ишака, принесённым моей кормилицей. Я позвал верного слугу, сделал ему подарок и послал за тем красавцем портным. Глядя на его доброе приветливое мужественное лицо, я чуть не умер от счастья. Но тут же вытащил кусок сафьяна и сказал:
- Из этого сшей мне халат!
Я боялся, что люди могут подумать обо мне. Скроив халат, парень хотел уйти, но я сказал:
- У нас дома обычай, кто бы к нам ни пришёл, не покушав, не уходит.
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать из этой серии:»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 83%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 46%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 58%)
» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 52%)
» (рейтинг: 70%)
|
