 |
 |
 |  | Короче так было еще минут 15. ну а потом я ее в пизду ебать сначала начал(гондонов правда не было). я почувствовав, что щас кончу высунул свой хуй и кончил ей на живот. вот мы повалялись голые минут 20 где-то, целовались. выпили еще водочки. пошли в ванную. закрылись включили воду. потом короче она руками своими меня снова возбудила, я промыл свой х и начал ебать ее еще раз в пизду сначала, потом раком в пизду, ну а потом типа предложил анально, она не отказалась, и я ее туда пер. Потом прямо в анал ей кончил. Клева, супер. потом мы вышли из ванной и встретили моего отца, который в туалет ночью шел. Говна не было. Батя сразу даже ничего не сказал. Вот потом еще час уже где-то мы валялись на диване. водочку попивали опьянели в конец. потом она у меня отсосала, че осталось и мы спать улеглись клева было. 3 раза кончать за ночь. голые спали. Я еще просыпался ее за пизду дергал, за сиськи, но она даже не просыпалась клева. Когда мне под утро часов в 6 где-то захотелось еще, а она не просыпалась. она спала жопой к верху, и я ее незаметно поебал минут 15 в пизду и кончил, вот это клево. потом я ее больше не видел никогда. Она утром проснулась, улыбаясь оделась, я ее проводил до остановки, она спросила телефончик, а я балбес дал какой-то левый телефон. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Фильм, отправленный мне мужчиной после нашей встречи, заставил меня задуматься о том, что может быть эти волнующие воображение кадры должны увидеть и другие люди, чтобы они могли испытать такое же прекрасное возбуждение, которые испытала я сама? Может быть грешно "запирать" эти красивые видения. Я осознаю, что это невозможно сделать по ряду определённых причин. Но все же: : |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Трахал Марину в разных позах. тут она сказала: "Бери меня как хочешь". Но при этом в рот брать отказалась. Трахнул я ее раком и салился обессиленный. Тут Марина заявляет, что теперь она хочет взять меня как она хочет, и тут-же села на меня сверху, так, что лицо мое оказалось у нее между ног. Я даже сообразить ничего не успел. (Надо заметить, что в те времена куннилингус считаля страшным извращением, хотя я в глубине души хотел-бы этого попробовать) . В результате я долго делал ей куннилингус. У меня онемел язык и занемела челюсть пока она кончила. При этом я сам испытал дикое возбуждение. Далее Марина спросила понравилось-ли мне все произошедшее. Я находясь в в возбужденном состоянии имел неосторожность заявить, что мене это все нравиться и я всегда готов лизать и целовать ее везде где она скажет. Странно усмехнушись, она потребовала, чтобы я целовал ее в задницу. У нее были упругие аккуратные ягодицы и я судовольствием сделал это. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Их роту, роту молодого пополнения, сержанты привели в баню сразу после ужина, и пока они, одинаково стриженые, вмиг ставшие неразличимыми, в тесноте деловито мылись, а потом, получив чистое бельё, в толчее и шуме торопливо одевались, сержанты-командиры были тут же - одетые, они стояли в гулком холодном предбаннике, весело рассматривая голое пополнение, и Денис... вышедший из паром наполненного душевого отделения, голый Денис, случайно глянувший в сторону "своего" сержанта, увидел, как тот медленно скользит внимательно заторможенным взглядом по его ладному, золотисто порозовевшему мокрому телу, еще не успевшему утратить черты юной субтильности, - Денис, которому восемнадцать исполнилось буквально за неделю до призыва, был невысок, строен, и тело его, только-только начинавшее входить в пору своего возмужания, еще хранило в безупречной плавности линий юно привлекательную мальчишескую грациозность, выражавшуюся в угловатой мягкости округлых плеч, в мягкой округлости узких бедёр, в сочно оттопыренных и вместе с тем скульптурно небольших, изящно округлённых ягодицах с едва заметными ямочками-углублениями по бокам - всё это, хорошо сложенное, соразмерно пропорциональное и взятое вместе, самым естественным образом складывалось в странно привлекательную двойственность всей стройной фигуры, при одном взгляде на которую смутное томление мелькало даже у тех, кто в чувствах, направленных на себе подобных, был совершенно неискушен; из коротких, но необыкновенно густых смолянисто-черных волос, ровной горизонтальной линией срезавшихся внизу плоского живота, полуоткрытой головкой свисал книзу вполне приличный, длинный и вместе с тем по-мальчишески утолщенный - на сосиску-валик похожий - член, нежная кожа которого заметно выделялась на фоне живота и ног более сильной пигментацией, - невольно залюбовавшись, симпатичный стройный парень в форме младшего сержанта, стоя на чуть раздвинутых - уверенно, по-хозяйски расставленных - ногах, смотрел на голого, для взгляда абсолютно доступного Дениса медленно скользящим снизу верх взглядом, и во взгляде этом было что-то такое, отчего Денис, невольно смутившись, за мгновение до того, как их взгляды могли бы встретиться, стремительно отвёл глаза в сторону, одновременно с этим быстро поворачиваясь к сержанту спиной - становясь в очередь за получением чистого белья... и пока он стоял в очереди среди других - таких же голых, как он сам - парней, ему казалось, что сержант, стоящий сзади, откровенно рассматривает его - скользит омывающим, обнимающим взглядом по его ногам, по спине, по плечам, по упруго-округлым полусферам упруго-сочных ягодиц, - такое у него, у Дениса, было ощущение; но когда, получив нательное бельё - инстинктивно прикрывая им низ живота, Денис повернулся в ту сторону, где стоял сержант, и, непроизвольно скосив глаза, мимолётно скользнул по лицу сержанта взглядом, тот уже стоял к Денису боком - разговаривал о чем-то с другим сержантом, держа при этом руки в карманах форменных брюк, и Денис, отходя с полученным бельём в сторону, тут же подумал, что, может, и не было никакого сержантского взгляда, с неприкрытым интересом скользящего по его голому телу, - Денис тут же подумал, что, может быть, всё это ему померещилось - показалось-почудилось... ну, в самом деле: с какой стати сержанту - точно такому же, как и он, парню - его, голого парня, рассматривать? - подумал Денис... конечно, пацаны всегда, когда есть возможность, будь то в душевой или, скажем, в туалете, друг у друга обязательно смотрят, но делают они это мимолётно и как бы вскользь, стараясь, чтоб взгляды их, устремляемые на чужие члены, были как можно незаметнее - чтобы непроизвольный и потому вполне закономерный, вполне естественный этот интерес не был истолкован как-то превратно, - именно так всё это понимал не отягощенный сексуальной рефлексией Денис, а потому... потому, по мнению Дениса, сержант никак не мог его, нормального пацана, откровенно рассматривать - лапать-щупать своим взглядом... "показалось", - решил Денис с легкостью человека, никогда особо не углублявшегося в лабиринты сексуальных переживаний; мысль о том, что сержант, такой же точно парень, ничем особым не отличавшийся от других парней, мог на него, обычного парня, конкретно "запасть" - положить глаз, Денису в голову не пришла, и не пришла эта мысль не только потому, что всё вокруг было для Дениса новым, непривычным, отчасти пугающим, так что на всякие вольные домыслы-предположения места ни в голове, ни в душе уже не оставалось, а не пришла эта, в общем-то, не бог весть какая необычная мысль в голову Денису прежде всего потому, что у него, у Дениса, для такой мысли не было ни направленного в эту сторону ума, ни игривой фантазии, ни какого-либо предшествующего, хотя бы мимолетного опыта, от которого он мог бы в своих догадках-предположениях, видя на себе сержантский взгляд, оттолкнуться: ни в детстве, ни в юности Денис ни разу не сталкивался с явно выраженным проявлением однополого интереса в свой адрес, никогда он сам не смотрел на пацанов, своих приятелей-одноклассников, как на желаемый или хотя бы просто возможный объект сексуального удовлетворения, никогда ни о чем подобном он не думал и не помышлял - словом, ничего такого, что хотя бы отчасти напоминало какой-либо однополый интерес, в душе Дениса никогда ни разу не шевелилось, и хотя о таких отношениях вообще и о трахе армейском в частности Денис, как всякий другой современный парень, был наслышан более чем достаточно, применительно к себе подобные отношения Денис считал нереальными - совершенно невозможными, - в том, что всё это, существующее вообще, то есть существующее в принципе, его, обычного парня, никогда не касалось, не касается и касаться в будущем никаким боком не может, Денис был абсолютно уверен, и уверенность эта была не следствием осознанного усвоения привнесённых извне запретов, которые в борьбе с либидо трансформировались бы в четко осознаваемую внутреннюю установку, а уверенность эта, никогда не нуждавшаяся ни в каких умственных усилиях, безмятежно покоилась на тотальном отсутствии какого-либо интереса к однополому сексу как таковому - Денис в этом плане в свои восемнадцать лет был глух, как Бетховен, и слеп, как Гомер, то есть был совершенно безразличен к однополому сексу, еще не зная, что у жизни, которая априори всегда многограннее не только всяких надуманных правил, но и личных жизненных представлений-сценариев, вырабатываемых под воздействием этих самых правил, есть своя, собственным сценарием обусловленная внутренняя логика - свои неписаные правила, и одно из этих объективно существующих правил звучит так: "никогда не говори "никогда". |  |  |
| |
|
Рассказ №3821
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Суббота, 29/03/2003
Прочитано раз: 88914 (за неделю: 13)
Рейтинг: 70% (за неделю: 0%)
Цитата: "Он вскоре его он вынул, зарычал и спустил сперму мне на живот и плюхнулся на спину в отключке. Я успокоилась, что он кончил не в меня, вдруг осознала, что стала женщиной, прижалась к нему бочком. Было здорово. Пыталась уснуть, но спать не хотелось, хмель попрошел, я все думала о произошедшем, вспоминала чувства, когда он был во мне. Потом потрогала свою киску, она была мокрая и липкая от смазки и крови, немного чесалась, было неприятно, но в душ идти неохота. Потом шаловливые пальчики нашли лужицу спермы на животе, я поддела ее на палец и поднесла к лицу. Я много читала про нее, видела в порнухе, но в живую столкнулась первый раз. Почему-то меня она сильно привлекала. Палец блестел. Я понюхала и лизнула его языком. Понравилось. Я собрала ее остатки, она уже остыла и начала подсыхать. Я попыталась собрать ее всю, на сколько это было возможно, чтобы особо не шевелиться и не тревожить моего милого Пашу, который сладко спал. Собранной на всех пальцах спермы, было гораздо больше, чем та первая капелька. Вид был более неприглядный, как будто это сопли. Если бы я это видел кто-нибудь еще, то я непременно бы брезгливо вытерла руку. Но я подумала, что это не сопли, а сперма моего первого, любимого мужчины и неприятные ощущения постепенно переросли в приятые, нежные и возбуждающие. Я смотрела на сперму на моих пальцах и считала что это материальное выражение его любви ко мне, это материальное выражение моей женской привлекательности, силы и сексуальности. И чем больше я смогу выделить спермы из мужчины, тем сильнее приближусь к идеалу женщины, тем выше будет моя самооценка, и больше привлекательность для всего мужского мира. С этими мыслями я намазала губы спермой, облизала пальчики и сладко уснула на плече у Пашечки...."
Страницы: [ 1 ]
Для начала неплохо представиться. Я - бывшая девушка, теперь уже глубоко развратная женщина, своей развратностью обязана Интернету и моему первому мужчине - Павлу.
Павел, этот милый парень разбудил во мне невинной девчушке, огромный сексуальный аппетит. Он лишил меня девственности, первым попробовал мое влагалище. Приучил к миньету и вкусу спермы. Теперь, если в течение дня, я не отсосу кому-нибудь и останусь без порции свежей спермы, то чувствую себя уже некомфортно, чувствую, что мне что-то не хватает. На этот случай, в моем холодильнике имеется богатый запас спермы моих бывших любовников, и я обязательно перед сном пробую новую порцию мороженного. Раз в неделю, делаю маску лица из спермы, благодаря чему, в мои 27 лет, кожа моя свежая как у ребенка.
С Павлом мы познакомились на дискотеке, (уже почти 10 лет назад, боже какая вечность). Мы с девчонками одноклассницами, нас три подруги Оля, Машка и я, нам по 16 лет, уже полгода ходили на дискотеки, и пытались понравиться парням, но это плохо получалось. Парни нам нравились взрослые лет 20, а не эти шмакодявки наши ровесники. А они вели себя нагло, уверенно, сразу начинали целоваться и щупать титьки и ухмылялись когда чувствовали что они еще маленькие, и не такие дойки как у их ровесниц. И гуляли только с теми, кто трахается, или хотя бы в рот берет. А мы на это не соглашались. По этому гуляли без парней. Один раз Ольге, самой красивой из нас понравился один парень. Она стала смотреть ему в глаза, он пригласил ее на медляк. Потом пошел провожать и начал просил, чтобы она ему дала, но она позволяла только целоваться и щупать. А трахаться или сосать она не соглашалась. Они встречались еще несколько дней, он ей нравился все больше, но она ему по прежнему не давала. А он уже хотел ее бросить и уйти к более взрослой и сговорчивой девке. Тогда, чтобы удержать, его она все же позволила ему то что он просил. Они стали спать вместе. Олька ходила счастливая и очень довольная. И нам с Машкой все рассказывала. Рассказывала про его член, как он классно трахается, и все такое. Нам с Машкой было очень завидно, и мы бы тоже хотели, но на нас никто не западал. А потом вдруг появилась его бывшая подруга, приехала откуда-то, и она со своими подругами стала наезжать на Ольгу, чтобы она отстала от ее парня. Ольга не соглашалась, тогда они ее отвели за клуб и схватили за волосы и стали бить. Мы с Машкой бросились ей помогать, но подруг у той суки было больше, да и поопытнее нас в драках. Так что они нас отпиздили, Ольге порвали юбку и куртку, да еще расцарапали щеку, вырвали клок волос, а мне поставили фингал под глаз, а Машке ничего.
После этого мы решили не выпендриваться, и Ольга больше с ним не встречалась.
И вот в один такой вечер, мы как всегда купили водки, выпили за клубом и танцевали втроем в углу никому не мешая, отрываясь и иногда выходили покурить.
Потом был медляк, мы как всегда направились к выходу, т.к. парней было мало и вряд ли кто-нибудь из них, заинтересуется такими малолетками как мы. Но меня вдруг взял за руку высокий, симпатичный, интилигентный такой парень, в очках и позвал танцевать. До этого он танцевал в компании парней, видимо друзей одноклассников. Он был немного пьян, но хорошо подстрижен и от него пахло хорошим одеколоном. У меня не сижком красивое лицо, то есть я, конечно, не уродина, прыщей или волосатых родинок нет, но смазливым, таким как у Ольги, например, его назвать нельзя. Сейчас я хорошо умею краситься и могу сделать многое со своей мордахой, а тогда у меня было лицо типичной крестьянской девушки. Фигура тоже была не само совершенство высокая, с характерной подростковой неловкостью, угловатостью, и в то же время склонностью к полноте, маленькие, только начинающие формироваться сиськи. Картину скрашивала лишь пышная задница и мягкие бедра. Самооценка у меня была не очень и конечно я сразу согласилась танцевать. Он спросил, как меня зовут и сколько лет, я, конечно, набавила годик. Потом танцевали молча. Я пыталась его не разочаровать, как бы случайно терлась сиськами о его грудь. Потом он опустил руку с талии на задницу, я не стала возмущаться а глядя в глаза улыбнулась. Тем более что я была в плаще, и никто не мог видеть, где его рука. Не получив возражений, он стал лесть рукой глубже, уже между ног, тут я для вида сказала ему что не надо. Тогда он прижал меня крепче к себе и поцеловал. Я почувствовала его член через брюки, покраснела, но ответила на поцелуй. Внизу живота стало тяжелеть. Сначала мы целовались только губами, но потом он просунул язык мне в рот. Я не стала отстраняться, наоборот стала посасывать его язык, как будто бы это был член. И хотя я не разу еще не сосала по настоящему, только видела, как это делают в порнухе, да что Ольга рассказывала, но таким способом я намекала ему, что если он даст в рот член, то я не откажусь пососать его. Не знаю точно, но по-моему он все понял. Помяв еще мои ягодицы, под конец танца он спросил: "Нравится ли мне здесь". Я ответила: "Так себе". Он сказал, что приехал на машине и предложил покататься. Это было круто. На нашу дискотеку мало кто из парней приезжал на своей машине. Если и приезжали, и то в всемером на одних Жигулях. А тут он один! Я конечно согласилась. Мы маленько покатались, он положил мою руку на ширинку, я не стала ее убирать, а стала легонько гладить его член через брюки. И все думала, какой он - его член, как выглядит? Но достать его не решалась. Потом приехали к нему домой. Он включил музыку, мы еще выпили, целовались, танцевали, еще пили.
Я была сильно пьяная. Но слегка боролась для вида, не давала себя раздевать. Он расстегнул кофточку, мой белый лифчик был сильно заметен в полумраке. Он целовал мне шею, верх сисек. Я тащилась, но отбивалась, говорила что "не надо". Он меня обнимал, и расстегнул все же лифшик, снял и отбросил в сторону. Я было возмутилась, но он срочно атаковал мои незащищенные соски языком и губами, что накатила волна блаженства и я расслабилась. Потом мы еще выпили, я сидела с голым бюстом, уже не стесняясь. Потом пошли танцевать. Сначала медляк, а потом быструю. Я танцевала с голыми сиськами, старалась двигаться красиво, чтобы понравиться. Потом опять выпили, танцевали, было весело. Потом он повалил меня на кровать и стал стаскивать трусики, я была пьяна и особо не сопротивлялась. Он раздел меня, потом быстро разделся сам, и лег сверху, и стал тыкаться мне между ног. Он разделся так быстро, что не успела разглядеть его член, хотя мне хотелось посмотреть. У него долго не получалось, хмель действовал на меня все сильнее, было душно и стало немного мутить, я почти перестала ему мешать. Влагалище все же у меня было сухое, и он был тоже пьян, так что него не получалось. Но потом он сообразил и смочил слюной член и мою киску. Сразу немного вошел, хоть было больно, он послюнявил еще, и стал сильно давить, так что целка лопнула и он продвинулся еще. Боль резанула и я вскрикнула. А он не останавливался. Я закричала чтобы он не кончал в меня, что можно залететь.
Он вскоре его он вынул, зарычал и спустил сперму мне на живот и плюхнулся на спину в отключке. Я успокоилась, что он кончил не в меня, вдруг осознала, что стала женщиной, прижалась к нему бочком. Было здорово. Пыталась уснуть, но спать не хотелось, хмель попрошел, я все думала о произошедшем, вспоминала чувства, когда он был во мне. Потом потрогала свою киску, она была мокрая и липкая от смазки и крови, немного чесалась, было неприятно, но в душ идти неохота. Потом шаловливые пальчики нашли лужицу спермы на животе, я поддела ее на палец и поднесла к лицу. Я много читала про нее, видела в порнухе, но в живую столкнулась первый раз. Почему-то меня она сильно привлекала. Палец блестел. Я понюхала и лизнула его языком. Понравилось. Я собрала ее остатки, она уже остыла и начала подсыхать. Я попыталась собрать ее всю, на сколько это было возможно, чтобы особо не шевелиться и не тревожить моего милого Пашу, который сладко спал. Собранной на всех пальцах спермы, было гораздо больше, чем та первая капелька. Вид был более неприглядный, как будто это сопли. Если бы я это видел кто-нибудь еще, то я непременно бы брезгливо вытерла руку. Но я подумала, что это не сопли, а сперма моего первого, любимого мужчины и неприятные ощущения постепенно переросли в приятые, нежные и возбуждающие. Я смотрела на сперму на моих пальцах и считала что это материальное выражение его любви ко мне, это материальное выражение моей женской привлекательности, силы и сексуальности. И чем больше я смогу выделить спермы из мужчины, тем сильнее приближусь к идеалу женщины, тем выше будет моя самооценка, и больше привлекательность для всего мужского мира. С этими мыслями я намазала губы спермой, облизала пальчики и сладко уснула на плече у Пашечки.
Так произошел мой первый контакт с мужчиной, с мужским членом и со спермой. Я одинаково сильно полюбила все эти компоненты секса.
На следующий день после дефлорации, Павел пригласил меня переехать жить к нему. Он работал в компьютерной фирме, а жил один. Я жила с теткой, родителям до меня дела не было, по этому я с радостью согласилась, хотя жутко трусила.
Страницы: [ 1 ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 18%)
» (рейтинг: 61%)
» (рейтинг: 58%)
» (рейтинг: 61%)
» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 77%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 79%)
» (рейтинг: 49%)
» (рейтинг: 54%)
|