 |
| |
| | - А ну лежать как лежишь! Ноги выпрями! - приказал он. Я подчинился, чувствуя, как член предательски набухает и становится всё крепче прямо у него на виду. - Вижу, я удачно выбрал своё животное. Вижу, тебе и самому это нравится. Нравится, когда тебя сажают на цепь и ебут во все дыры, как похотливую сучку. Что ж, могу за тебя только порадоваться. Всего этого у тебя теперь будет очень много. Вернее сказать, больше вообще ничего не будет. Теперь смысл в жизни у тебя только один - валяться в своём углу и ждать, когда мой член соскучится по твоим дыркам. Но, раз тебе самому это нравится, то ты и возражать не будешь, правда? Хотя мне, честно говоря, всё равно. Значение имеет только то, что нравится мне самому. А то, что хочется и нравится тебе, уже никого не волнует. | | |
| |
|
| |
| | слу-у-шай, а давай приколемся - давай прикинемся, что мы голубые, и - стоя в ожидании автобуса - в предвкушении повторения вчерашнего дня, я буду нежно смотреть на тебя влюблёнными глазами, и ладонь моя как бы непроизвольно и оттого неопровержимо естественно будет скользить сверху вниз по твоей упругой, обтянутой джинсами попке, а ты, приблизив своё лицо к моему, вжимаясь горячей твердостью паха в моё бедро, будешь что-то тихо шептать мне в ответ на мои молчаливые прикосновения, вплетая жаркое своё дыхание в тёплый ветер апрельского вечера, и - упоенные нашей любовью, никого не замечая вокруг, мы будем стоять на фоне пламенеющего заката под одиноко торчащим козырьком продуваемой всеми ветрами автобусной остановки, и стоящие рядом с нами в ожидании автобуса люди будут коситься на нас, словно мы с тобой - сказочные, им неведомые инопланетяне, невесть как занесенные из другой Галактики на эту пыльную городскую окраину, - они будут пялить на нас, прижимающихся друг к другу, глаза, а нам не будет до них никакого дела... - юные и счастливый, мы будем неотрывно смотреть друг на друга, упиваясь весной и любовью, и, когда подойдёт автобус, мы запрыгнем в его урчащее чрево и, по-прежнему никого не замечая вокруг, уедем куда-нибудь, на квартиру или на дачу - туда, где на тысячи световых лет никого не будет вокруг, и там, за пределами скучного "здравого смысла", мы будем всю ночь вдохновенно любить друг друга, с юной неутомимостью снова и снова поочередно подставляя один другому свои молодые ненасытимые попки, и лишь когда за окном забрезжит рассвет, опустошенные и счастливые, с опухшими членами и полуоткрытыми норками, прижимаясь друг к другу, мы уснем под одним одеялом, на двоих разделив одну подушку, - слушай, давай приколемся, что мы голубые! . . | | |
| |
|
| |
| | Стенки плотно обхватывали его массивный член, Катя тут же тяжело вздохнула и потянув за майку, сняла её, она хотела наслаждаться его телом, его движениями. Макс стал агрессивнее и стал долбить её дырочку сильнее и чаще, смазка брызгала в разные стороны, после интенсивного траха, Катя начала покрикивать и тяжело дышать вот стенки влагалища начали сжиматься, а она тряслась в непроизвольных конвульсиях. "Как же хорошо он меня имеет" - подумала она и забыла обо всём, сосредоточившись на её новом партнёре. Спустя несколько секунд Макс вытащил свой член. "Вставай раком" - скомандовал он и она тут же подчинилась, ей нравилось доминирование над ней. Облокотившись на подоконник, она чувствовала его жар сзади, он жадно наминал её задницу, ему очень хотелось оценить её вкус. Встав на колени и продолжая мять сочную попку он раздвинул её и принялся слизывать смазку повсюду, дойдя до клитора Макс принялся за неистовую работу языком, Катя снова застонала. | | |
| |
|
Рассказ №10004
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Вторник, 25/03/2025
Прочитано раз: 35017 (за неделю: 0)
Рейтинг: 80% (за неделю: 0%)
Цитата: "Девчонки затолкали меня в ванную. Оля выпустила захват и тут же очень ловко ударила меня кулаком под дых. Я согнулся, ловя ртом воздух, и тут же Оксана выпустила мне в рот две порции жидкого мыла из флакона, а Оля, после этого, быстро зажала мне рот. Во рту сразу образовался противный вкус, горло страшно защипало. Я поперхнулся и закашлялся. Оля отпустила меня и я тут же бросился к раковине и, принялся выплевывать противную субстанцию и промывать глотку. Во рту было так противно, что о позоре и девчонках я даже думать забыл и только через несколько минут сообразил, насколько позорно выглядит эта сцена: я без штанов стою у раковины и отплевываюсь от мыла, а девчонки, запихнувшие его мне в горло смотрят на это. Я смутился. Девки захихикали...."
|
