Рассказ №1742

     Анни продолжала корчиться - видимо, госпожа играла с ней под одеждой все более и более болезненно. Через несколько минут, когда, наконец, появился официант с подносом, она выдернула руку.
     - Не думай, что отделалась так легко, - сказала она и обратилась ко мне:
     - Когда ты хотел бы ко мне прийти, Жан?
     - Завтра после обеда.
     - Хорошо, значит, это состоится завтра.
     Официант расставил чашки, тарелки, разложил серебряные приборы и исчез.
     Клэр понюхала свои пальцы и поднесла их к носу подруги.
     - Понюхай! - приказала она.
     Девушка вспыхнула.
     - Оближи их!
     Анни раскрыла рот и, словно ложку из-под варенья, облизала кончик пальцев...
     - Малышка должна быть уже готова. Следуй за мной.
     Дверь, которую она распахнула без стука, вела в ванную комнату, где лицом к двери, стояла Анни и обеими руками энергично намывала свое тело. Инстинктивно она прикрыла ладонями, как могла, груди и лоно, но один только взгляд госпожи мигом пересек этот порыв стыдливости. С испуганным видом Анни убрала руки, опустила их вдоль бедер и склонила голову. Золотистая кожа блестела от мыльных капель, которые, сбегая по телу, образовывали гирлянду перламутровых пузырьков. Нежные выпуклости и конечности буквально взывали, чтобы до них дотронулись руками, прошлись ладонями по податливым изгибам, ощутили их влажное тепло.
     Клэр жестом указала мне на кушетку, а сама присела на угол ванны и обратилась к замерзшей, как изваяние подруге:
     - Ну, что же ты, продолжай.
     Девушка стала снова намыливаться. Заметив, что она это делает машинально, без души, Клэр стала направлять действия Анни, указывая, какие части тела следует протереть, какие позы при этом принять, в каком ритме совершать движения. Теперь она намыливала тело тщательно и размеренно, спереди и сзади, стоя прямо и наклонясь, поднимая попеременно ноги и широко их раздвигая, массируя груди, задерживаясь в промежности, между ягодицами.
     Это был настоящий спектакль, и Клэр им наслаждалась, заставляя единственную участницу повторить самые интимные, самые не скромные позы. Два или три раза под предлогом уточнения движения Клэр собственными умелыми пальцами. Она делала это с неумолимой аккуратностью и серьезностью, которые едва скрывали возрастающее возбуждение.
     Что же касалось бедной девушки, она изо всех сил старалась показать послушание, принимала самые неудобные и непристойные позы. Наконец, Анни было дозволено опуститься в воду. Засучив рукава, Клэр наклонилась и стала обмывать самые потаенные места тела. Анни послушно откликалась на скользящее прикосновения, разворачивалась под умелыми пальцами податливо и откровенно.
     Не слезая с кушетки, я подтянулся не локтях поближе к ванной. Головка Анни была передо мной. Клэр улыбнулась, но в зеленых глазах девушки не угасал страх. Тем не менее, она послушно выполняла приказ зажмурить их и отвести руки назад, чтобы сыграть выразительнее роль беззащитной жертвы... И очень медленно Клэр опустила Анни вместе с головой в воду... Мое внимание на этот момент привлекли руки Клэр, сильные и одновременно очень изящные, красивой формы. Она поймала мой взгляд: ей явно не понравилось, что я смотрю на нее, а не на несчастную девушку.
     - Вставай! - приказала она Анни.
     Как только девушка поднялась, Клэр грубо заставила ее раздвинуть ноги и завести руки за спину.
     Клэр с вызовом обратилась ко мне:
     - Хочешь, включу маленький фонтанчик?
     - Почему бы нет?
     - Хорошо, тогда смотри!
     Клэр цепко собрала в горсть влажные волосы на лобке девушки и грубо развела наружные губы влагалища, чтобы ввести туда свои пальцы. В этой резкой поспешности она не могла не причинить боль, и Анни непроизвольно дернулась. Клэр велела стоять смирно, пригрозив, что иначе сделает еще больнее, и приказала:
     - А теперь покажи джентльмену хороший фонтанчик!
     Угрожающий тон Клэр никак ни вязался с детским построением фразы. Девушка не заставила повторять приказ. Она чуть присела на коленях и, закрыв глаза, подалась телом вперед. Руки оставались за спиной. И вот уже между пальцами Клэр заструилась бесцветная жидкость, стекая на дно ванны с журчанием ручейка. И в это время пальцы Клэр быстро манипулировали бледно-розовыми губами влагалища, потом она подставила под струю всю ладонь, направив ручеек на подрагивающие бедра...
     Сознаюсь, я был поражен очарованием этой сцены, радостью наслаждения, пережитого от ее созерцания...
     Обмыв тело подруги под теплым душем, Клэр помогла ей выйти из ванной и вытерла досуха. Она расчесала щеткой и распушила треугольничек светлых лобковых волосков, надушила его с помощью маленького пульверизатора, потом покрыла парфюмерией грудь, шею, подмышки, не забыв ягодицы и ложбинку между ними.
     Пока волосы Анни сохли под электрическим феном, Клэр нежно ласкала губами яркие соски грудей девушки. Казалось, госпожу переполняет любовь, она словно не знала, чем еще ублажить молодую красавицу. Клэр даже опустилась перед ней на колени и стала целовать и облизывать самые интимные места тела.
     При этом Клэр подчеркнуто демонстрировала манеры матери, хорошей горничной или даже девочки, играющей с любимой куклой. И все это сопровождалось обращениями ко мне. Клэр даже спросила моего совета, какую выбрать косметику или губную помаду. Потом она натянула девушки чулки с вышитыми кромками, белый пояс с подвязками и лифчик - то самое белье, что было купленно накануне. Покончив с этим, Клэр подтолкнула Анни к кушетке:
     - Поцелуй своего господина, который так тебя любит.
     Девушка подошла и придвинулась ко мне, для чего ей пришлось почти лечь, и стала терпеливо и ласково, как только умела это делать, целовать меня. Я обнял Анни за талию и привлек к себе. Бессознательно она ритмично поднимала и опускала бедра, волна возбуждения медленно прошлась по телу красавицы и передалась мне.
     Внезапно мне захотелось посмотреть на Клэр, для чего пришлось оторвать от губ белокурую головку. Взгляд повелительницы перемещался от подрагивающих бедер Анни к моей руке и обратно, затем впился в мои глаза в тот момент, когда малышка целовала меня за ухом.
     Я видел, что Клэр возбуждена до крайности нашими объятиями, к которым она сама не была причастна. И я решил продолжить это испытание.
     Теперь, лаская Анни, я непрерывно наблюдал за ее госпожой, пока наконец-то терпение последней не лопнуло. Но некоторое время она еще выжидала, словно решая, то ли разъединить нас, то ли присоединиться к нам. Она выбрала первое, и оттолкнув девушку от меня, Клэр решительно присела на кушетку.
     - Эй ты, маленькая сучка, - заговорила она, не скрывая ярости, - что ты о себе возомнила? Жан здесь для того, чтобы смотреть, как тебя будут наказывать. Ты успеешь нацеловаться с ним, после того как получишь свою порцию страданий.
     - Ты убедишься, - завершила она, - что это самая забавная пытка, какая только возможна. Следов после нее почти не остается, к тому же это совершенно безопасно, но главное, что ужасно больно. Разве не так, малышка?..
     Здесь стояли два кресла, в которые мы сели - Клэр и я. Клэр мучила жажда, и, конечно же, Анни послали за освежающими напитками. Девушка по-прежнему была в чулках с вышитыми кромками, белом нейлоновом поясе с подвязками и белом лифчике, фасон которого услужливо позволял видеть ее груди обнаженными.
     Пока мы пили, девушка стояла перед нами на коленях. Я наслаждался лицезрением Анни в этой смиренной позе: раздвинутые бедра, прямое туловище, раскрытый рот большие зеленые глаза. Изумительная картина - экстаза мученицы.
     Все трое отдавали полный отчет, что истязания, которым в этот вечер подвергнется Анни, не будут символическими. И сама мысль, что через несколько минут эту прелестную девушку начнут раздирать судороги сладострастной боли, причиняемой ее нежной плоти, пьянила мое воображение.
     В предвкушении этих желанных мгновений я заставил Анни придвинуться ближе и медленно провел пальцами по всем изгибам и впадинам ее тела. Влагалище девушки по прежнему было горячим и влажным - возможно, от наших объятий в ванной, но, может быть, и от эротической позы. Не исключал я и утверждение Клэр, что одно только желание предстоящего наказания могло вызвать у нее сильнейшее возбуждение.
     Мои прикосновения к сокровенным местам возбуждают Анни еще сильнее.
     - Может, для начала мы велим ей поиграть с собой?
     Клэр, естественно, согласилась, но предложила завязать девушке глаза черной повязкой. Анни встала и принесла повязку, а также хлыст ( все это лежало в маленьком сундучке в углу комнаты). Передав их своей госпоже, она замерла в традиционной позе.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ]

Читать также в данной категории: