Рассказ №5593 (страница 2)

     - Ну?...- неопределенно вопросила она.
     - Госпожа....
     - Уже лучше. Целуй! - она указала на вытянутый нос сапога. Я прикоснулся к черной гладкой поверхности ртом и поймал себя на мысли о том, что я уже не жажду телесной мести, что мне начинает нравится подчиняться ей и целовать сапоги, которыми она меня пинает, целовать ремень и руки, которые меня мучают. И от этого неестественного положения вещей в природе я пришел в ужас. Мое <я> стало разрываться на две части, два желания - жестоко взять эту красивую стерву и в перерывах между оргазмами дать ей повыгибаться под ее же собственным ремнем....или выполнять все прихоти ее больного самолюбия дальше, страдая от ее отношения ко мне одновременно как к рабу и как к раненому возлюбленному. Пока я думал, я прослушал какой-то ее приказ, и из размышлений меня вырвал удар взвизгнувшего ремня по лицу, опаливший мою кожу и разбивший губу в кровь.
     - Я не буду повторять дважды, саб!!!
     - Ах, ты... - я ощупал вздувшийся рубец и увидел на пальцах кровь.
     - Чтооо??? - тихо, но до визга пронзительно прошипела она, и стала стегать меня по лицу и рукам, которыми я тщетно закрывался от ее гнева. Прижав меня к стенке, она внезапно успокоилась, села опять на диван и поманила меня к себе. Я подполз к ней, увидев мельком свое лицо в зеркале - разбитая губа, пролегающая по скуле багровая полоса, взъерошенная белая челка и сверкающие глаза повстанца. Она зажала меня коленями и даровала длительный любовный поцелуй, и проблеск надежды и разочарования мелькнул в моей душе - неужели все? Вика откинула голову назад, как бы любуясь мною. Даже страшно предполагать, сколько всего было в моем взгляде. Она нежно дотронулась хрупкими, почему-то всегда ледяными пальцами до кровоподтека, и я поймал их губами, пытаясь согреть своим дыханием, не отводя своих глаз от ее - двух темных, словно лесные овраги, ям угасающего зверства.
     - А теперь... - она придвинулась к краю дивана ближе, отчего резинка ее левого чулка слегка завернулась, и я неистово, прежде чем мог остановить самого себя, припал к черным кружевам с липкой изнанкой, граничащим с теплой кожей ее бедра и впился в эту грань вожделеющим поцелуем, расправив резинку как надо. Моя Садисточка величественно улыбнулась, провела рукой по моему бритому затылку и внезапно неприятно вцепилась в мою челку.
     - А теперь лижи меня. Вылизывай!!!
     Одной рукой она отодвинула стринги, а другой тут же дернула меня вниз. На несколько секунд меня охватило полнейшее оцепенение... я еще ни разу не лизал ни у одной девушки, считая, что это они должны брать в рот - и только, это был как акт доказательства мужской власти и силы над женщиной, но, очевидно, моя Госпожа была другого мнения об этом. Она повелительно ткнула меня в свою полностью выбритую киску, и я увидел вздыбившиеся стальные шипы, охватывающие клитор - у нее был генитальный пирсинг. В штанах у меня все онемело...
     - Лизать!!! - раздался приказ с поднебесья, и острые ногти впились в мой затылок. Я робко посмотрел вверх, встретился взглядом с ее грозными очами, получил ремнем по спине и тогда провел языком по нежной плоти...
     Я плохо осознавал, что я делаю; что она заставляет меня делать. Вика зажала меня между ног своими обтянутыми сеткой коленями и опустила свои томные веки, как всегда, накрашенные черными тенями. Я подозревал, что ремень она судорожно зажимает в кулаке, готовый сейчас, в таком ее состоянии, в любую минуту за любое промедление обрушиться на меня, поэтому прилагал все усилия, чтобы удовлетворить свою Госпожу, хотя не умел это делать искусно. Я тщательно вылизывал ее лоно, по ее вздрогам определяя, где ей приятней всего, я терзал настолько нежно и яростно, насколько мог, ее проколотый клитор, и шипы отдавали во рту кисловатым привкусом металла; погружаясь языком в святая святых, я сглатывал вязкие выделения, и постепенно этот процесс, этот слабый животный сладостный запах стал так меня возбуждать, что я боялся спустить прямо в штаны. Викино хриплое, стиснутое в груди корсетом дыхание стало переходить в тяжелые стоны; она вздрагивала, стискивая меня между ног, и всхлипывала. Я открыл крепко зажмуренные глаза и вскинул взгляд наверх - на лицо мне свесились рыжие пряди, моя Садистка опираясь руками назад склонилась вперед настолько, насколько позволяла ей жесткая шнуровка спереди и сзади; ее бледное лицо приняло страдальческое выражение, а губы искривились в болезненном вампирском оскале, казалось, вместо удовольствия она терпит истязание. Я залюбовался этим восхитительным зрелищем, и тут она приоткрыла глаза и взвыла...
     - Давай же!!! Приказываю!!! - и, срываясь на порывистый хриплый шепот, - Санечка, пожалуйста, я не могу, ну же, еще, давай, мой сладкий, ты так хорошо это делаешь, нууууу!!...
     Я вновь лизал ее между ног как одержимый, и мой член уже болел, тогда я расстегнул штаны (руки у меня были свободны) и выпустил его, в полуобморочном состоянии готовясь кончить. Садистка вцепилась скрюченными пальцами мне в шею, глубоко вонзив ногти, и сильно задрожала; в страстнейших поцелуях ее киски я задел зубами ту пронзенную пирсингом плоть - и раздался животный вскрик, Вика продрала мне шею, резко отшвырнула от себя и обхватила руками трясущиеся колени, всхлипывая, как после сильной истерики. Я же в те моменты наконец-то спустил на ковер, чувствуя себя изнуренным, как после бурной ночи... И предвкушал, что я сейчас буду с ней делать.........


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать также в данной категории: