Рассказ №21623

     Мегаполис стоял на гранитной скальной породе, прорезанной многочисленными жилами различных рудных соединений, формирующих мощные рудные тела в толщах гранита, которые разрабатывались тут же, в Мегаполисе, в его мрачных заводах, перерабатывающих руду в сырьё, сжираемое ещё более многочисленными предприятиями, кишащими работниками из числа жителей трущоб Мегаполиса. То есть, из числа городских отморозков, ублюдков и другого генетического мусора, не способного ни на что, кроме как всю жизнь быть рабочим скотом и безудержно плодиться в тесных клопятниках, уходящих на километры ввысь обшарпанных и вонючих коммуналок, тесно торчащих и изрыгающих из себя через ржавые канализационные трубы мегатонны нечистот, уносимой вонючими сливными трубами сквозь гранитную мощь и рудные тела в близлежащий океан. На большой глубине канализация извергала из себя испражнения в океанскую плоть, где планктон и микробентос поглощал в себя нечистоты. Мутации глубоководных организмов абиссали, пожирающих эти микроорганизмы, приводили к эволюционным сдвигам, совершенно непредсказуемым.
     
     Дина шла с тяжелой работы по грязным переулкам рабочих вонючих кварталов. Дошла до автобусной остановки и, сев на скамейку, углубилась в просмотр новостей на своем планшете, встроенном в хрусталик её глаза и проецирующем изображение прямо на сетчатку. Она не заметила, как трое укурков подошли сзади и, тыкая в её сторону пальцами, о чем-то шептались. Потом один из них подошел сзади к Дине и зажал ей рот, двое других подскочили, схватили её за руки и ноги и втроем понесли извивающуюся девушку в ближайшую подворотню. Приставив заточку ей к глазу и угрожая выколоть оба, они долго и изуверски насиловали её.
     Когда всё кончилось, она натянула назад короткую мини-юбку в виде тоненькой полоски в цветочек, едва прикрывавшей её ягодицы и короткую обтягивающую яркую цветастую блузку, пошла обратно к остановке на своих высоченных каблуках, мокрая от спермы и пота. Капельки спермы на её длинных ресницах и в пышных волосах переливались всеми цветами, как жемчужинки, в редких неоновых лучах вечернего города. Бельё она не носила, так как эти нападения происходили регулярно. Сопротивляться было бесполезно, жаловаться некому и девушка одевала минимум одежды, недорогой и едва прикрывающей наготу. Это было обычное дело в рабочих кварталах Мегаполиса. Полиции здесь никогда не было, все дела решались своими силами или не решались никак.
     
     Сев в подъехавший автобус, Дина опять углубилась в просмотр новостей, незначительным усилием воли выбрав из меню нужные ей разделы. Надругательство не особо её расстроило. Она давно уже сделала себе стерилизацию, прививки от различных венерических болячек давали надёжную гарантию от букетов, а пластическая операция по укреплению стенок влагалища и задней кишки гарантировала от травм. Это было привычным делом для современной девушки из трущоб. Правительство оплачивало все эти процедуры, чтобы уменьшить рождаемость, число больных и пострадавших от нападений, так как никакие другие методы не дали абсолютно никаких результатов - число отморозков росло и они, к тому же, блядь, ещё и плодились.
     
     Получив бесплатное образование в школе и универе, которые больше напоминали обезьянники, Дина устроилась на предприятие за мизерную плату, так как блата для хорошей работы и карьеры у неё не было. Её работа заключалась в обработке тяжелым молотком обломков свежедобытой руды для сортировки и отбора годных кусков породы. Приехав к своему небоскребу-коммуналке, обшарпанной и мрачной, но уходящей в вышину на километр, она направилась к входу. Лифт поднял её на один из самых верхних этажей. Проходя мимо подсобок, она услышала возню. Несколько отморозков насиловали двоих малолеток. По луже крови она поняла, что до утра они не доживут из-за открывшегося кровотечения в заднем проходе.
     Утром следующего дня она увидела как мусорщики сбросили два трупа в контейнеры мусоросборника. Это было обычным явлением в трущобах мегаполиса. Дина зашла к себе, а после ужина и просмотра фильма сделала ежедневную тяжелую тренировку с десяти-килограммовыми гантелями и турником, дабы держать себя в шикарной форме и не превратиться в толстых тёток-сослуживец, которые откровенно ненавидели Дину, плевали в её сторону вонючей зелёной слюной, когда утром она приходила на смену в своей вызывающей мини-юбке всегда в разноцветный цветочек и в ярком узорчатом облегающем топике, со сверкающим диамантовым пирсингом на пупке рельефного животика, изукрашенного живописной татуировкой, и на высоченных каблуках. Работа тяжелым молотком на смене и вечерние тренировки нисколько не изматывали её.
     
     Вечером следующего дня, после смены, Дина решила зайти в бар, выпить немного алкоголя и курнуть марихуаны. Она это делала только после особенно изнуряющей смены, когда приходилось пахать, не останавливаясь часами, долбя породу и перетаскивая булыжники. Так что вечером о тренировке не могло быть и речи - необходимо было дать организму восстановиться. В шумной, переполненной забегаловке одного из кварталов вблизи её завода, она уселась у окна с видом на океан, хорошо видный с вершины небоскреба, в котором забегаловка находилась. Луна была хорошо видна и трассы тяжелых грузовых космолетов, курсирующих между Землей и спутником, густой паутиной заполнили небо.
     Дина обратила внимание на девушку такого же блядского вида, как и она. Ей такие нравились и захотелось завязать романтическое знакомство. Та тоже оказалась блядью без комплексов, которую чуть не каждый вечер ебали подонки в вонючих подворотнях, она тоже работала в каком-то гадюшнике того же завода, что и Дина. Правда, выглядела она даже ещё более сексуальней, чем Дина, хотя куда уж было дальше. Весело болтая, зажимаясь и сосясь, они из забегаловки поехали к Дине. Уже дома оказалось, что новая знакомая с членом, но Дину такие тоже устраивали и после активного траха они уснули. Утром они вдвоем поехали на работу.
     
     Во время работы Дина вдруг почувствовала, что её пучит. Решила, что это из-за вчерашнего алкоголя, плюс у новой знакомой Дина отсасывала всю ночь, и спермы было слишком много, а то, что Дина всё проглатывала, возможно, тоже повлияло. Отпросившись в туалет у бригадира, она зашла в кабинку и, усевшись на очко, включила во встроенном в хрусталик планшете новости науки, решив посидеть, вспомнить универ. Передавали о новых месторождениях трансурановых элементов в недрах одной из планет в соседнем созвездии, где-то в двадцати световых годах от Земли. Сообщили об успешном опыте по перемещению во времени на 70 миллионов лет назад. До этого удалось только на 20 миллионов переместиться в неоген. Теперь мощности установки хватило, чтобы забросить зонд в меловой период, вернуть его назад с пробами воздуха, почвы, образцами древних насекомых, растений и даже рептилию какую-то, размером с курицу, удалось прихватить. Дина поудивлялась, потом посмеялась над этими новостями, вспомнив идиотов-доцентов её универа и как один из них убалтывал её пососать за хорошую оценку, а она отказалась, назло ему всё выучив и удовлетворившись незаслуженной тройкой, которую он ставил, брызгая в ярости и от обиды слюной. Да и хуй с ним.
     
     Тут она, к своему дикому ужасу, почувствовала что-то не то. Из её двух дырок выползало что-то длинное и толстое. Отвратительная вонь, исходящая от двух колбасин была до одури невыносимой. Что могло лезть из влагалища, не укладывалось в Дининой голове. И вот в голове у Дины что-то загудело от натуги и ещё от чего-то. Дине затошнило и она почувствовала, что теперь и из желудка что-то ползло в глотку, через судорожно открытый рот полезло с мерзкой блевотиной наружу, извиваясь желтой массой. Глаза вылезли из орбит, дыхание остановилось, вены на лбу надулись, лопнули, белки глаз побагровели. Дина безжизненным трупом упала с очка на мокрый пол.
     В унитазе извивались две длинные скользкие червеобразные мерзотные гадины, выползшие из ануса и вагины, а на полу извивалась гадина, вылезшая изо рта, которая вползла в унитаз, переплелась с двумя другими. Эти черви, пожирая кал и нечистоты на пути, поползли по канализационным трубам. Через несколько дней черви уже в виде единой массы одного организма вылезли из канализации и гадина, шлепая мерзкими отростками, двинулась к темным улицам, чтобы забиться в темном углу, сжаться в тёмный комок со ржавым оттенком, что придало ему вид заброшенного мешка с мусором и на несколько недель затихнуть, иногда подрагивая и дрожа от метаморфоз, происходящих внутри. Однажды из этого закоулка вышла обнаженная девушка, уверенной походкой направившаяся к ближайшей остановке, чтобы добраться до жилья Дины, на которую она была несколько похожа, деля схожесть и с той незнакомкой с членом, которая была также порождена из канализации.
     
     Новая девушка продолжила на заводе работу в качестве Дины. Так как штрих-код на хрусталике глаза уже давно заменил все удостоверения личности, а у новой девушки этот штрих-код был полностью идентичен штрих-коду Дины, то никто ничего не заметил, удовлетворившись объяснением Дины, что она сделала небольшую пластическую операцию после реанимации её трупа, найденному в сортире и отвезенному в клинику. В трущобах с многомиллиардным населением никто не отслеживал смерть и рождение рабочего скота, а достижения в науке были столь значительны, что поверить можно было чему угодно.


Страницы: [ 1 ]

Читать также в данной категории: