 |
 |
 |  | Эти нежные ласки и необычные фрикции в анусе начали по спирали поднимать меня на волну оргазма. Заметив это, мой мучитель сам начал возбуждаться, но не прекратил ласок. Он снова резко вырвал шланг из ануса и начал его (анус) вылизывать. Затем, видимо больше не в силах сдерживаться, он быстро стащил с себя штаны и начал сношать меня попеременно то во влагалище, то в анус. Это быстро возымело надо мной действие, и я стала ярко и долго кончать. Это продолжалось и продолжалось. Я перестала считать оргазмы и вскоре все-таки потеряла сознание. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | В купе заехал столик на колесах (в которых возят по вагонам всякие напитки, печенье и всякое другое, продавщицы вагона-ресторана) ведомый проводником. Улыбаясь проводник, накрыл столик скатертью, и начал его сервировать. Расставил две большие плоские тарелки, на них положил две тарелки поменьше, возле тарелок он расположил вики и ножи, обернутые в салфетку. Рядом с тарелками поставил по одному бокалу и рюмке. Возле окна расположился набор: соль перец, горчица и салфетница. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Опустившись на корточки, она поймала ртом член. Перекатывая его языком и посасывая, успела снять с меня брюки вместе с трусами. Рубашку я сбросил сам. Когда член ее стараниями принял боевое положение, он встала и проделала со мной то же, что и с Лехой прошлый раз. Изящно запустив руки под платье избавилась от трусиков, а заодно продемонстрировала что сегодня предусмотрительно надела чулки. Задрав подол, прижалась ко мне голым животом, приподнялась и опустилась точно на торчащий член. Я, придавленный ею к стене, не мог пошевелиться, но она вертела тазом не замечая этого, член скользил в ней, входя неглубоко и вызывая жгучее желание подпрыгнуть, воткнув его до конца. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Вылезая из кабины я буквально падала от усталости, все мои дырочки ныли, особенно попка, так её ещё не разу не имели. Возле машины с мои мужем меня уже ждали все трое ебарей с моим, давно забытым сарафаном. |  |  |
| |
|
Рассказ №21904
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Воскресенье, 17/08/2025
Прочитано раз: 26232 (за неделю: 38)
Рейтинг: 23% (за неделю: 0%)
Цитата: "Мама отбрасывает волосы, короткое каре, вздергивая голову. Ее грудь, не стесненная бюстгалтером, подпрыгивает под тонкой тканью. Мне отчетливо видны вставшие соски и моему перчику это почему-то очень, очень приятно. Я хочу его погладить, но понимаю, даже сквозь сон, что нарушу волшебство этих утренних часов и терплю. Мой взгляд скользит по маминой фигуре, от тонкой шеи, что кажется такой изящной под гривой русых волос, до места, где задравшаяся ночнушка почти показала мне ее попу, и я почти не слушаю, о чем она говорит. - Григорий Иваныч, если деньги срочно отдать надо - я на работе займу и в обед могу зайти, отдать вам - льется мамин голосок - Хорошо, тогда к часу заходите, я забегу. Я снова засыпаю, времени еще навалом...."
Страницы: [ 1 ]
Шел 94й год, в стране, еще недавно бывшей какой-никакой державой, давно наступила анархия. Мой отец, военный, умер в один день с началом очередной Олимпиады. Денег ему платили, как я сейчас понимаю, немного, но у нас хотя бы была служебная квартира, из которой нас почти сразу и выселили. Моя мама, до того преподававшая французский в одной из школ северной столицы, и содержать нас, и снимать жилье в Питере не могла. Какое-то время мы мыкались по знакомым, но это быстро закончилось - я отчетливо помню этот день, третье марта 1994го. Тогда, после очередного переезда, мы бросили свои невеликие пожитки в комнате коммуналки, которую нам сдал дед Гриша - вроде бы дальний родственник отца или, может, какой-то его знакомый.
Утро было туманным и, несмотря на начавшуюся вроде весну, здорово морозным. Меня, четырнадцатилетнего распиздяя, разбудил звонок пожелтевшего от времени дискового телефона - сквозь неразвеявшийся еще сон я увидел, как мама выбежала в из своего закутка за шкафом, подняла трубку. Все было так, словно сон продолжался, поэтому я не нашел ничего постыдного в том, что мой перчик приподнял трусы - конечно, маму я не хотел. Просто вся эта обстановка - сонное тепло, длинноногая, не старая еще блондинка в короткой ночной рубашке наклоняется над обшарпанной тумбочкой, снимая трубку. Черная ночнушка задирается, открывая крепкие белые бедра все выше и выше - еще чуть-чуть и покажутся трусики.
Мама отбрасывает волосы, короткое каре, вздергивая голову. Ее грудь, не стесненная бюстгалтером, подпрыгивает под тонкой тканью. Мне отчетливо видны вставшие соски и моему перчику это почему-то очень, очень приятно. Я хочу его погладить, но понимаю, даже сквозь сон, что нарушу волшебство этих утренних часов и терплю. Мой взгляд скользит по маминой фигуре, от тонкой шеи, что кажется такой изящной под гривой русых волос, до места, где задравшаяся ночнушка почти показала мне ее попу, и я почти не слушаю, о чем она говорит. - Григорий Иваныч, если деньги срочно отдать надо - я на работе займу и в обед могу зайти, отдать вам - льется мамин голосок - Хорошо, тогда к часу заходите, я забегу. Я снова засыпаю, времени еще навалом.
В восемь утра мама, уже собранная, накрашенная и пахнущая какими-то особенным, официально-отчужденными духами, будит меня. На ней уже не ночнушка, а все скрывающий пиджак с набитыми ватой плечами и юбка-карандаш из какой-то плотной, невзрачной ткани - учительская униформа. "Так, молодой чемодан, я на работу, а тебя ждет школа. Вставай-вставай, петушок пропел давно, - мама присаживается рядом на диванчик и надевает сапоги на каблучках. На миг ее юбка чуть отъезжает, показывая совсем немного стройных ног, чуть выше колена, и я снова, как вспышкой, вспоминаю утреннюю сцену. Мой маленький перчик подпрыгивает и в этот раз вполне осознанно. Я отвожу взгляд, испугавшись, что мама только по нему все поймет. И будет ужасненько стыдно. Ужасненько-ужасненько. "Ну, не вешай нос, гардемарин! - улыбается мне мама, вскочив с диванчика - увидимся вечером!"
Школа, где преподает мама - на другом конце Петербурга. Я же должен ходить в местную хмызню, поэтому и выходить из дома я могу позже. Хотя выходить я никуда и не собирался, ученик я был и так далеко не из первых, а в свете постоянных переездов и смен одной школы на другую - посещал родной седьмой класс не чаще двух раз в неделю. Тогда, во времена всеобщего упадка, это было не то, что бы у всех и всегда, но и редкостью тоже не было. Я вылез из постели часам к десяти, послонялся по нашим десяти квадратным метрам, сходил в туалет. Успел пообедать остатками вчерашних макарон, когда вдруг вспомнил, что к часу заявится дед Гриша, да и мама должна зайти с работы - утром они, похоже, о плате за комнату говорили. Взглянув за окно я расхотел шароебится по улице - за окном было от силы градусов десять. Недолго думая, я забрался в платяной шкаф, разделяющий нашу "гостинную" и "спальню", запасшись книжкой о Бешеном - шкаф шкафом только назывался, это было неказистое сооружение из гипсокартона и досок, щелястое и скрипучее, и света через те щели было вполне достаточно для чтения.
Страницы: [ 1 ]
Читать из этой серии:»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 57%)
» (рейтинг: 37%)
» (рейтинг: 40%)
» (рейтинг: 39%)
» (рейтинг: 75%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 19%)
» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 59%)
» (рейтинг: 48%)
|