 |
 |
 |  | Он ткнулся лицом в обильно поросший тёмными кучеряшками лобок женщины, и коленки её безвольно разошлись в стороны. Это был самый вкусный из тех пирожков, которые доводилось выпросить Тимуру у полной доброй тёть Зины! Он влез всем лицом к ней между ног и засунул язык так глубоко внутрь, что язык даже заболел, чуть не надрываясь. Тётя Зина прикрыла глаза и вздохнула, нежно гладя обоих приникших к ней малышей по головам. Тимур стал беспорядочно вылизывать жаркую мягкую щель, сминая в руках необъятные прелести пышной тёть Зиныной задницы. Наташа осторожно задрала полы белого поварского халата, чтобы было удобней смотреть. Через минуту тётя Зина стала негромко постанывать, а через несколько минут её попа задрожала, коленки чуть согнулись, писька совсем широко раскорячилась навстречу лицу Тимура, и тёть Зина протяжно заохала, кончая струйками любвеобильной влаги прямо Тимуру в рот... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Я почувствовала, что ее мышцы больше не напряжены и взяла на палец вазелина. Одной рукой продолжая поглаживать ее, второй я развела упругие ягодицы и вставила палец в анус. Ленка громко выдохнула, но не зажалась. Я нежно стала двигать пальчиком у нее в попе, смазывая кишку. Девочка стала дышать чаще и громче. Закончив смазывание, я окунула наконечник в вазелин и стала очень медленно, бережно вводить ей в попу. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | А однажды, сидя на семинаре, когда кто-то из наших одногруппников сделал замечание по поводу нашего повышенного взаимного внимания, Леша в сердцах сказал: ну люблю я его! |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Это случилось теплым сентябрьским деньком. На улице правило бал бабье лето, и, хотя летние каникулы уже закончились, мы с жадностью использовали каждый погожий денёк для игр и развлечений. Придя из школы и наскоро перекусив, я побежал гулять. Во дворе я встретил только скучающего Виталика. Послонявшись по двору под желтеющими кронами молодых клёнов, мы отправились играть к нему домой. Виталик всегда очень любил заводить разговоры на всякие щекотливые темы. Не помню точно, о чем зашла речь на этот раз, но я, воспользовавшись случаем, открыто спросил его, правда ли, что он уже трахался. Прямого ответа я не получил. Виталику было явно лестно услышать такое предположение. Он сделал загадочный вид, из которого я должен был сделать вывод, что да, трахался, и неоднократно. Я в те времена даже не очень-то и представлял, как же этот процесс должен происходить. Кто-то из моих дворовых друзей предположил, что нужно засунуть "писю в писю". Само это предположение уже звучало дико. Как это засунуть? Зачем? Кроме того, из детского фольклора я знал, что "Ветра нет - кусты трясутся, что там делают? Ебутся!". Это означало, что половой акт сопровождается тряской. Что же заставляет людей трястись, когда они засовывают одну писю в другую? Этого я не понимал. Кто же мог объяснить и научить лучше, чем такой опытный человек, каким являлся Виталик? Вот с такой просьбой я к нему и обратился. Он сразу согласился и научить и показать. Единственным его условием было то, что мы должны делать ЭТО вместе, так как одному ему "неинтересно". Это было не совсем то, что я имел в виду, мне стало одновременно любопытно и страшно. Я сказал, что вообще-то не против, но не имею понятия как ЭТО делается. Виталик обещал показать. Он спустил брюки и трусы до колен и знаком велел мне сделать то же самое. Недоумевая, я подчинился. Мы сидели на кушетке совсем близко, касаясь друг друга голыми коленями. Виталик некоторое время смотрел на моего петушка, не решаясь, видимо, прикоснуться, затем решительно обхватил его рукой и мягко потянул кожу вниз, да так, что она натянулась и стал виден участок головки. Виталик тут же потянул кожу вверх, опять вниз, опять вверх. Успевший уже привыкнуть к регулярным манипуляциям, которые я и раньше проделывал с ним, мой дружок рванулся вверх. Сознание же того, что это делает со мной другой человек, только усиливало эффект. Виталик продолжал гонять шкурку вверх-вниз, не останавливаясь. "А ты - мне", прошептал мне на ухо. Я начал неумело и даже сделал ему больно, но вскоре понял, что от меня требуется, и быстро поймал ритм. Вскоре я почувствовал что-то такое, чего никогда не ощущал раньше. Какая-то теплая волна защекотала меня сначала в яичках, потом поднялась выше и запульсировала на самом кончике. Еще мгновение, и эта волна накрыла меня сладостным, неизведанным прежде ощущением. Глаза заволокло туманом, через который я увидел, как из головки, выстрелила фонтанчиком капелька какой-то жидкости, потом брызнула еще раз, правда, уже не так далеко. Последняя капля просто стекла на предусмотрительно подставленную Виталиком газету. Эта была первая в моей жизни сперма, или "малафья", если пользоваться словарем детского фольклора. Ошеломленный полученным впечатлением, я совсем забыл о члене Виталика. Впрочем, он неплохо справлялся и без меня. Я смотрел на его мелькающую туда-сюда руку, как зачарованный. И вот, он замер, изогнулся и со стоном изверг на ту же газету свою струю, уже побольше. Некоторое время мы молчали, тяжело дыша. Потом я вскочил, и побежал в ванную. Мне казалось, я сделал что-то ужасно постыдное и заслуживаю теперь всеобщего презрения. Торопливо натянув штаны, я выскочил из его квартиры в полном смятении, и понесся к себе. |  |  |
| |
|
Рассказ №22488
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Понедельник, 10/02/2020
Прочитано раз: 7902 (за неделю: 10)
Рейтинг: 0% (за неделю: 0%)
Цитата: "Я взяла страпон, это было моим продолжением, распределяя гель по фаллосу, несколько раз ударила его по ягодицам плеткой, я начала входить в него. Брала я его нежно. Затем примерившись, одним точным движением я вошла в его анус, и остановилась. Ему нужно было к этому привыкнуть. Снова стала слегка покачиваться, давая рабу привыкнуть к ощущениям. Оргазм накатывал с такой силой, что нас накрывало. А ведь к его члену я даже не прикасалась!..."
Страницы: [ 1 ]
- Я могу быть только такой, властной, ненасытной, иногда жестокой, но твоей Госпожой.
Это я проговорила ему в телефон и назначила свидание. Я твердо знала - он приедет. Ему тоже этого хотелось, как и мне. Мы оба попали в эту сладкую зависимость друг от друга.
Я сотворила его в который раз для себя, я уже в предвкушении нашей встречи! Мысленно я надеваю на него ошейник, символ рабского подчинения, и радуюсь вместе с ним. Плетка истосковалась, я тоже, ее рукоятка нагрелась в моей ладони, и теперь мы одно целое.
И вот мы вместе.
- Я такая мокрая, - сказала я. Это его привело в тонус. - Салфетки там, вытри меня или нет, вылижи.
Я бесстыдно раскинула ноги, позволила ему попробовать меня влажную, сочную, готовую к нему.
- Госпоже нужен нижний, а нижнему необходима Госпожа. Все очень просто.
- Просто, - согласился он, - просто я по тебе так скучал.
- Если бы ты знал: как я по тебе скучала, я тебя себе придумала и выпросила.
Я отошла, ему не было видно куда, а повернуться он не посмел. Его сердце замерло в предвкушении. Я вернулась с ошейником. Он не мог мне сопротивляться, это был мой триумф. Передо мной обнаженный, мне подчиненный взрослый мальчик, и он стоит в покорной, униженной позе. Он в моей власти, я наслаждаюсь этим, упиваюсь. Он моя вещь. Мой Раб.
- Мастурбируй! - приказала я.
Он не поверил и я настойчиво повторила:
- Ласкай себя! Ну же!
Он медлил.
- Дрочи!
После этого последовали мои удары плеткой, мне показалось, что он этого и добивался. Его рука плотно легла на член и заскользила вверх-вниз, он почти был готов кончить. Но он сидит у моих ног, жадно смотрит на меня, пользуясь редкой возможностью рассмотреть меня, свою хозяйку.
Я очень хотела проникновения, но еще не время. Я уверена, он все еще гадает, чем вызвано мое желание близкого контакта. Неужели я такая непредсказуемая?
- Ну что, мой милый мальчик, - я чередую боль и ласку, и он уже в том состоянии, что любое касание приводит лишь к усилению эрекции. Обещаю ему, - сейчас трахну тебя, как шлюху. Ведь шлюхи развратные животные. Отдаются по-всякому. Делают все, что им прикажут, лишь бы их имели. Да, шлюшка?
- Да, - стонет он в ответ.
В его голосе покорность и удовлетворение, ему хорошо. Я не тороплюсь. Он близок мне, как никогда. Ничего лучше не объединяет души и тела двух людей, как слияние во время секса. Держа поводок натянутым я ощущаю, как содрогается его тело, все под моим контролем. Скоро его оргазмы станут моими. Мой милый мальчик готов! Страх перед проникновением перешел в возбуждение.
- Сейчас я тебя буду иметь!
Я взяла страпон, это было моим продолжением, распределяя гель по фаллосу, несколько раз ударила его по ягодицам плеткой, я начала входить в него. Брала я его нежно. Затем примерившись, одним точным движением я вошла в его анус, и остановилась. Ему нужно было к этому привыкнуть. Снова стала слегка покачиваться, давая рабу привыкнуть к ощущениям. Оргазм накатывал с такой силой, что нас накрывало. А ведь к его члену я даже не прикасалась!
Я уже не различала раб передо мной, или желанный мужчина. Я просто хотела его. Я начала стонать, эта вибрация была для нас объединяющей.
- Ну что, мой милый мальчик, знаешь, что хочет госпожа?
- Да, госпожа, ножки: - Его язык заплетался от волнения. Он боготворил мои ножки. Это сводили меня с ума. Не контролируя себя, я начала мастурбировать. Он продолжал работать языком как сумасшедший, он почувствовал, что можно подойти к концу. Приближаясь к оргазму, я не забыла и о нем, только едва обхватив рукой его член, я привела его к разрядке. Его первая капля сделала свое дело. Оргазм. Его невозможно описать словами.
Ощущения после хорошего секса трудно с чем-то сравнить. Это и расслабление, и остатки истомы, и внутренняя нега. С каждым ударом сердца эмоции стихали, уступая более прочувствованному наслаждению.
Страницы: [ 1 ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 41%)
» (рейтинг: 51%)
» (рейтинг: 56%)
» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 40%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 89%)
|