 |
| |
| | Сестрица вдруг охнула и, схватившись за сердце, сползла по стене на пол. Полотенце, намотанное на волосы, спало. Второе, зацепленное за грудь, скатилось с оной, открыв правую - красивую, налитую молодостью, упругую сисю всеобщему обозрению. Тёмно-шоколадный сосок в форме заострённой горошины, поникший, окружённый такого же цвета ореолом размером с пятирублёвку, сверкал, мне показалось, маняще-игривыми искрами. Запястья обеих рук украшали кожаные фенечки, напоминающие обыкновенные шнурки, завязанные на простой узел. | | |
| |
|
| |
| | И сейчас едет, мучается: Далеко ли ещё ехать ей? Только бы дотерпела:". Но у "Электросилы" девушка не вышла, и Сергей, глядя на неё, понимал, что она уже сильно мучается, и ничем не мог ей помочь. Вряд ли она обрадуется, если он к ней подсядет и предложит помощь или проявит сочувствие. Поэтому он только смотрел на неё и мысленно поддерживал. Ему было больно смотреть на её агонию, особенно когда она фактически легла на сумку и закрыла глаза: А потом она разогнулась и встала: на сиденье осталось большое мокрое пятно. Девушка стояла, согнувшись у двери, готовясь к выходу. Края юбки были в мокрых подтеках. Свет в вагоне на секунду погас и снова включился - это означало, что они уже подъезжали к станции "Московские ворота". "Интересно, где она только сейчас найдёт место. Ведь биотуалеты уже закрыты" , - подумал про себя Сергей и в этот момент увидел, что по ногам девушки потекли струи, а на полу, перед выходом из метро, образовалась лужа. Девушка закрыла лицо руками, выскочила из вагона и помчалась наутёк. Колготки с внутренней стороны ног были полностью сырые у неё. | | |
| |
|
| |
| | ЕГО близость спасала его от сумасшествия, и в то же время, уничтожала его как личность, разрушала его изнутри... ОН как эти волны, разрушал вековые устои и стирал все границы между человеческими чувствами и диким ненасытным желанием и страстью... | | |
| |
|
| |
| | Впрочем, лишь на короткое время... Взгляд вдруг сам собой почему-то стал все чаще задерживаться на краешке розовых трусиков, что проглядывал из-под платьица. А Сашка, будто нарочно сел так, что стройные ножки мало, что скрывали... Он был сама невинность, просто пил чай со смущенной улыбкой. И понятия не имел, что может кого-то очаровать до глубины души... | | |
| |
|
Рассказ №22190
|
