Рассказ №11047

     Захожу в лифт со своим соседом мальчиком Гришей.
     - Дядя Леш, давно хотел вас спросить, - вдруг говорит мальчик Гриша, - что такое яйца?
     Я на мгновение оторопел:
     - Яйца? . . Зародыш птенца курицы, утенка, другой птицы.
     - Да нет, - раздраженно обрывает меня мальчик Гриша. - Крокодилы тоже сносят яйца, это мы проходили. Я про мужские яйца. Что такое мужские яйца?
     Быстро смекаю, что мальчик Гриша из полной семьи, вполне благополучной: папа, мама, бабушка есть, дедушка. Не могу понять, чем вызван его вопрос.
     - Спроси у папы, - отвечаю педагогично.
     - Не могу, - признается мальчик Гриша. - С родственниками о таких вещах не говорят. Я, знаете: конфужусь.
     Смотрю сверху вниз на мальчика Гришу.
     - Тебе сколько лет, Гриша?
     - Семнадцать.
     - Тебе - семнадцать?!
     - Мне завтра исполняется уже восемнадцать.
     - А почему ты такой маленький?
     - Не знаю, наверное, в бабушку:
     Лифт, наконец, дополз до нашего девятого этажа. Выходим. Мне направо - ему налево. Говорю ему:
     - И все-таки посоветуйся с папой.
     Он не смотрит в глаза и говорит:
     - Не буду. Только не с ним. - И вдруг быстро шепчет: - У меня яиц нет!
     Я замер.
     - Как нет?
     - Так. Нету.
     Смотрю на него - у парня настоящее мужское горе. На лице страдание. Он, можно сказать, заговорил с чужим человеком о самом сокровенном, потому что остался со своим горем наедине. Киваю ему головой, молча: иди за мной. Входим ко мне в квартиру. Запираю дверь.
     - Сними, - говорю, - ранец.
     Он снимает, бросает на пол. Кивком головы зову за собой - входим в ванную комнату. Я тщательно мою руки. Он по моей команде тоже.
     Командую:
     - Сними брюки.
     Начинает возиться с ремнем, запутался, потом не может расстегнуть пуговицы. Я жду. Стою, молчу. Справился. Спустил брюки, остался в плавках. Я педагогично дотрагиваюсь через плавки до его яичек, щупаю - нету. Пусто! Член - большой, даже, мне кажется, встает, даже вскакивает от моего прикосновения, - а яиц действительно нет. Я говорю:
     - Запомни, Гриша: у мужчин не яйца. Этот орган, Гриша, называется не яйца, а яички:
     Продолжаю пальпирование через плавки. Что, думаю, за ерунда - где его яйца-то? Мягко пальпирую - сверху руки хуй совсем затвердел и из-под края плавок выскочила здоровенная для такого маленького мальчика залупа. Тогда я принимаю решение: снимаю с него плавки, высвобождаю резинку, которая не снимается, наделась на стоячий хуй, сбрасываю плавки ему на стопы. Он сам задирает к горлу рубашку, чтобы мне было виднее. И начинаю искать яички прямо голой рукой. Огромный хуй уперся в пупок, хуй окружен густой рыжей-рыжей растительностью. На вид ему, этому елдаку, даже не 17 или 18лет, а лет 30. Но я стараюсь на сосредотачиваться на вторичных признаках половозрелости Гриши, а действительно помочь мальчишке. И вдруг нащупываю яички: они втянуты у него в живот!
     - Да есть у тебя яички, - говорю. - Вот они, я их щупаю.
     - Где?
     Он ищет руками - нет яичек.
     - Пойми, Гриша, оттого, что у тебя член сейчас возбужден, яички втягиваются в живот. А когда возбуждение спадет, то яички опустятся в мошонку. Это нормально.
     Гриша смотрит на меня и внимательно слушает. А хуй его тем временем мерцает: сам по себе шлепается залупой о пупочек. Пульсирует.
     - Тебе, Гриша, нужно, опустить его. Опусти.
     - Как, дядя Леш? Он у меня все время так!
     - Ну, - говорю, - сам:
     И не могу выговорить: "подрочи". Непедагогично! Смотрю на его здоровенную шишку, вижу, как она у него пульсирует. И вправду - нисколько не опускается. Протянул руку и стал ему легонько подрачивать - чтобы ребенка научить: Крепкий хуй Гриши тут взвился, хотя уж выше было некуда.
     - Да не так надо! - вдруг раздраженно произносит мальчик Гриша, со всех сил расстегивает мне брюки, сдергивает их вместе с трусами, падает на коленки и сразу заглатывает мой хуй - до корня.
     Я, честно, от такого напора охуел. А Гриша сосет, захлебывается от радости, слюней напустил под шкурку, языком вращает, ладошками помогает. Мой хуй тоже подскочил, напрягся, хотя умом я понимаю, что это непедагогично - но что поделать? Что?! Я в тот момент растерялся. А Гриша сосет и постанывает от счастья. Вдруг мой хуй у него изо рта нечаянно вырвался - Гриша поднимает глаза на меня и говорит:
     - Видите, какие у вас здоровые яйца? А у меня никаких нету!
     И - снова набросился сосать изо всех сил.
     Тогда я высвободил свой член из его рта, поставил мальчонку на ноги, сам присел и отсосал ему, как он мне сейчас, только еще лучше. Сосу, облизываю залупу, а сам рукой выдавливаю из его живота яички. Не успел только начать сосать, как Гриша кончил мне в рот, в самую мою глубину. А хуй не мягчеет и не уменьшается ни на миллиметр. Я сосу дальше - второй взрыв спермы. За ним - третий. Четвертый, пятый: Честно - не вру: пять раз подряд малец спустил мне прямо в рот, у меня вся полость обожжена была его жгучей спермой. И только после пятого спуска и пятого моего заглота хуй мальчика Гриши стал принимать обычную форму. И выползли из животика яички. Маленькие, кругленькие, тугенькие, как теннисные мячики. А Гриша-то, мой сосед, каждый раз, как из него стреляет сперма, закатывается в крике, отбрасывает голову, маленьким своим телом содрогается, как припадочный. Чувствуется: чистый парень, дрочкой не злоупотребляет. А между его страстными спусканиями кончил себе в руку я сам, тоже сладко было, как давно не спускалось: легко прошла сперма моя, вылетела, я ее почти не заметил, потому что весь был поглощен Гришиными юношескими переживаниями...
     - Вот видишь, - говорю напоследок, - у тебя есть яички, все нормально. Пощупай.
     Он пощупал:
     - Правда, есть. Появились. Значит, они в живот вползают? Интересно.
     - Да, в минуты напряжения вползают: Кто же тебя научил? . . - хотел сказать "сосать" , - неудобно, "минету" - тоже вроде стыдно. - Ну, говорю, - всему этому?
     - Никто не учил. В интернете насмотрелся. А вы разве не смотрите? . .
     
     : Недели через две встречаемся с мальчиком Гришей у лифта. Нажали кнопку. Стоим ждем, когда кабина прикатит. Я покрылся холодным потом. "Что, думаю, делать? Куда деваться от стыда? Зачем я его тогда зазвал к себе в квартиру, дурак?!" Вошли в кабину. И мальчик Гриша вдруг говорит:
     - Дядя Леш, у меня опять яиц нету: Уже давно.


Страницы: [ 1 ]

Читать также в данной категории: