 |
| |
| | Я как безработный временно (пока работал патефон) "тапёр" принялся закусывать. Но тётя Тоня подскочила ко мне и потребовала, чтобы я с ней потанцевал. Видимо, это выглядело комично: худенький 15-летний пацан и высокая, с большой грудью красивая женщина. Тётя Тоня крепко обхватила меня и прижала к своему дородному телу так, что я просто утонул между её крупных сисек. Мне казалось, что всё моё тело тоже тонет между её ляжек, и я весь плыву чуть ли не на весу под бодрые звуки фокстрота, а мой член быстро принял свою боевую стойку и упёрся тёте Тоне куда-то ТУДА. Не знаю, почувствовала ли она что-нибудь, но по окончании танца она подтащила моё размякшее туловище к стулу возле пианино и уронила меня на него. "Хорошо хоть так!.." - подумал я, довольный тем, что никто ничего не заметил, и ударил по клавишам. | | |
| |
|
| |
| | И тут он вставил свой член в её расслабленную попку. Зверское сношение, которому подвергалась Иринаа, все больше вгоняло ее в перманентный оргазм, из которого она не могла вырваться. По ляжкам ее текли выделения, которые периодически брызгали из измученное влагалища женщины. Комната оглашалась ее стонами, вскриками, полными боли и блаженства, в которых смешивались просьбы о пощаде и мольбы о продолжении. Изо рта разгоряченной мамочки Игоря вместе со стонами и хрипами теперь беспрестанно текла тягучая слюна, которую она уже не могла удержать. Ирина не могла закрыть рот, постоянно открытый в крике, и тягучая слюна похоти вытекала и капала на ковер перед ее красным от натуги лицом. Ответом на крики женщины было только сопение Игоря и звучные шлепки его яиц о ее голый зад. | | |
| |
|
| |
| | На моей старой, давно списанной плащ-палатке, лежит на животике юная и просто очень аппетитная девчонка-акселератка лет 18-19. А какие чудесные формы у неё - весьма возбуждающие! Юбочка у неё задрана, трусишки приспущены, а на ней лежит и явно имеет её в попку - парнишка, чуть старше или её возраста. Немного подождав, когда эти юные развратники закончат, я шумно стал к ним спускаться. Вначале они немного испугались, но мы быстро раззнакомились и они успокоились. Присев рядышком, я рассказал, что это моя палатка, на ней удобно полежать после купания, а если дождь, то и укрыться. Достал я из пакета еду, мы перекусили, я лишь пожевал только пряник, а юные развратники были точно голодны и слопали всё. | | |
| |
|
| |
| | У Игоря Васильевича Ивановой была самая большая коллекция женских трусиков. Розовенькие, голубенькие, беленькие, ярко красные, черные, с гипюром и без, с узорами, кружавчиками и вышивкой. Были близкие по форме к мужским плавкам и длинные, облегающие ляжки, как мужские "семейные трусы". В горошек и цветочек, с "окошками" и глухие, и бог весть, какие еще. Он мне сам об этом рассказал, и я имел возможность в этом удостовериться, так как видел очень большую часть его собрания. В любых женских трусиках его член вызывал с моей стороны совершенно бешеную реакцию. Говоря самокритично, наши свидания носили с моей стороны любовно припадочный характер. Меня начинала быть лихорадка. Я устремлялся в кабинку, закрывал за собой дверь, сбрасывал с себя полотенце, которым был опоясан, - и с вознесенным к пупу членом приближался вплотную к Игорю Васильевичу. Обнимал его и сильно упирал свой член в его, находящийся в трусиках. Или под поясом для чулок. Или в трусиках, поясе и в дамской комбинации. Игорь Васильевич никогда не надевал бюстгальтер, потому что у него была костлявая грудная клетка, прорезанная с обеих сторон ребрами. Но и без бюстгальтера он смотрелся во всем остальном или только в чем-то одном, как настоящая женщина. Нет, как дама, оказавшаяся внезапно голой под взглядом незнакомого мужчины. | | |
| |
|
Рассказ №19492
|
