 | | Когда она вернулась, мне удалось собраться с силами и достаточно внятно прошептать: "Лиза, а где твоя курточка?" - "Да у меня её тоже отняли! Я ведь и курточку обоссала!" - "Как это?" - "Да когда штаны отобрали, так я её обвязала вокруг живота, как юбку - всё лучше, чем с голой жопой гулять. Ну и опять, понимаешь, забыла отлить, так что обоссалась, да так неудачно - и сзади, и спереди. А тут как раз старая нянька идёт - та, что с меня вчера штаны сняла! Так она аж слюнями брызгалась, меня прямо по морде мокрой пижамкой била, ну и отобрала, конечно! Хоть бы простыню дали, суки!" - "Лиза, ты возьми мою курточку, она же мне не нужна!" - ещё раз прошептал я, пересиливая боль. "Спасибо, пацан! Да нет, не возьму - и меня застукают, и тебе попадёт! Я уже придумала - вот же у меня полотенце есть, смотри, какое большое! Можно укрыться, а завтра это у меня юбка будет! Только мне пока не холодно!" Лиза перевернулась на живот. "Эх, всё-таки хорошо в больнице, не то, что дома! Сёстры добрые, никто не ругается! И кормят офигенно, да ещё вовремя! А дома, бывает, от мамки днями еды не дождёшься, особенно, когда пьяная! Тогда мы с браткой сами пропитание добываем... Эх, знала бы - куда, так сбежала бы из дому, да только кому я нужна, я же ссыкуха!" - "Слушай, а ты доктору скажи - может быть, тебя вылечат!" - снова просипел я. "А разве лечат от этого?" - "Обязательно и непременно!" - уверенно заявил я, до того хотелось помочь девчонке. "А что, может и правда сказать? Вдруг вылечат - а то не могу же я всю жизнь голая ходить! Мне-то похер, особенно когда тепло, но ведь и холодно бывает!" - От волнения Лиза подскочила и села на койке по турецки. "Всё, завтра же обязательно скажу! Бить же они меня не будут - здеся культурно ведь, а поругают, так с меня - как с гуся вода!" Возбуждённая девчонка ещё долго что-то бормотала, я же опять провалился в забытье. | | |
