 |
| |
| | Алёна, подмывшись, вышла из ванной и сказала брату: " Спасибо тебе, Андрюша, ещё раз, ты меня от жуткого запора спас. Что я могла бы для тебя сделать?". "Ну, во первых", усмехнулся брат, "впредь не сопротивляться и давать мне на осмотр попу, когда я попрошу об этом: " "Да, да", перебила его сестра, "впредь всегда сможешь мне в сраку и палец засунуть и клизму сделать!", ": а во вторых", продолжил Андрей, "подрочи мой хуй, чтобы я мог бы кончить, а то он стоит и не падает, мне от этого хреново". "Да, братик, непременно!". Алена расстегнула молнию на брюках брата, вытащила оттуда его член и начала его быстрыми движениями правой руки дрочить. Вскоре из головки члена появилась сперма, полностью залившая ладонь девочки. "Фу-у, спасибо, мне полегчало тоже здорово", сказал Андрей. | | |
| |
|
| |
| | С того дня прошло около 2-х месяцев. Однажды мама вернулась с работы в странно озабоченном виде. Я подумал, что какие-то неприятности на работе и спросил у неё в чём дело. На это мама как-то странно посмотрела на меня и сказала, что хочет со мной серьёзно поговорить. У меня со страху аж волосы на голове зашевелились. Мама спросила: "Что ты со мной сделал?". Я не понимающе хлопал глазами и дела глупое выражение лица. "Ты знаешь, что я беременна" - сказала мама. Моё сердце просто взяло и ушло в пятки. Я понял, что отпираться нет смысла и опустил голову. Далее состоялся разговор, который, думаю, вам дорогие читатели не понравится. Я сам с ужасом вспоминаю те минуты. Мне пришлось выложить маме всё начистоту. Даже мои слова признания, то, как я люблю её не помогли. Около двух недель мы вообще не разговаривали. После того как прошло это страшное для меня времечко, мама потихоньку начала со мной общаться и уж чего я не ожидал, однажды вечером, она опять меня подозвала на серьёзный разговор. "Ты наверно не понимаешь" - сказала она: "но мне уже нельзя делать аборт". Я тогда в этом вообще не разбирался и слушал её, хлопая глазами. Дальше она сказала мне, что будет вынашивать и родит ребёнка от меня, но об этом никто не должен знать на всём белом свете, не то позор на весь город. Я вообще был ошарашен от таких речей своей мамы. Я спросил, а что говорить. Мама объяснила мне, что нужно говорить, что к нам приезжал папа из Норильска и всё. Я поклялся ей, что всё так и будет, что я "могила" на всю оставшуюся жизнь. Не знаю, простила она меня или нет, спросить я не решался, но моя жизнь с того вечера опять потекла мирно и спокойно. Исключением было то, что мамин живот с каждым месяцем становился всё больше и больше. Так прошло ещё 4 месяца, и мама пошла декретный отпуск. Ребёнок в мамином животике уже начал потихоньку толкаться, это она мне говорила. Спустя ещё месяц животик мамы стал совсем большим. Как ни странно мама стала отвешивать разные шуточки в мой адрес по поводу того, что я с ней сотворил, да шуточки то были порой совсем не литературные. А кроме этого мама предупредила меня, что я буду должен во всём ей помогать и ночью вставать и стирать и пеленать и тому подобное, общем нянькой бесплатной буду, раз такое сотворил с ней. Я со всем соглашался, другого пути у меня не было. Всё шло как-то на редкость хорошо и гладко, пока я вновь случайно не увидел маму голой. Кстати она стала вести себя как-то ещё более раскованно. Дверь в ванну, когда мылась, не закрывала. Ходила по дому в своём коротком халатике, который, кое-как завязывался на животе и постоянно распахивался. Так вот, проходя однажды мимо ванны, я вдруг задержал взгляд на огромной щели между дверью и косяком, шириной в ладонь. Мама стояла в ванной лицом ко мне, меня она не видела, так-как в коридоре было темно, была уже поздняя осень и на улице быстро темнело. То, что я увидел, опять возбудило меня до предела. В ванной стояла всё та же моя родная мамочка, но у неё был огромный живот, с напрочь расплющенным пупком, ставшие ещё огромнее груди. Околососковые круги и соски сильно потемнели и были тёмно-коричневые, а внизу под животом пушился всё то же родной и знакомый до боли мамин лобок. Мама медленно намыливала себя губчатой вихоткой, при этом потоки пены и мыльной воды растекались её по грудям, животу и спускались к лобку, капая с волос. У меня опять промелькнула шальная мысль, а как бы, если мама разрешила мне помочь ей помыться. Я схватился за член и стал судорожно дрочить. В этот момент мама растопырила ноги и чуть присев стала тереть губкой свою промежность, тормоша и растягивая половые губы в разные стороны. С тех пор как я их не видел их, они стали у неё ещё больше и выпячивались наружу ещё сильнее. Меня тут же захлестнула волна оргазма и я обкончал весь косяк и дверь. Мама стала обмываться и я поспешил убраться прочь. На какой-либо контакт с мамой я уже и не рассчитывал, но одно неприятное событие, случившееся через пару недель всё резко изменило в лучшую для меня сторону. | | |
| |
|
| |
| | Пока раб чистил жопу незнакомке, мы с Эллой харкали на землю. Двум девчонкам тоже предложили сплёвывать в то место, где были наши плевки. Когда наш пидорасик закончил вылизывать жопу от остатков говна, я сказала девке встать ногами на наши плевки и потоптаться по ним. А когда я приказала пидору вылизать ещё гостье подошвы обуви, надо было видеть его морду, бедолага аж брезгливо дёрнулся и отвернулся. Я схватила его за больные уши и ткнула носом в подошву туфли, которая была в плевках, перемазанных с землёй и пылью. Наш конченный чмошник нехотя начал слизывать всю эту парашу. А чтобы быстрее глотал грязь с подошв, я заставила его раздвинуть ноги, и мы с девчонками пинали его сзади по жопе и яйцам. Потом он вылизал обувь и двум другим девчонкам. После такого представления три подруги ушли счастливыми, а девчонка, которой вылизали жопу, была особенно радостной. | | |
| |
|
| |
| | Да, это короткое и нежное "я люблю тебя", о котором забывают многие неопытные любовники. Дело в том, что, когда проходит оргазм, любовник становится хуже импотента и, получив всё, чего желал, был бы не прочь хоть сквозь землю провалиться, лишь бы не видеть своей партнёрши, которая, почему-то, стала вдруг его очень смущать. Холод, следующий за страстью, становится причиной того, что до невозможного близкие мгновенье назад люди со страшной силой отдаляются друг от друга. Но не сигарета и не чашка кофе приводит в порядок истощённый организм, а волшебная фраза: "Я люблю тебя". Частенько однажды занимавшиеся любовью люди впоследствии стараются избегать друг друга и чувствуют себя в ужасном смущении, когда встречаются, а всё из-за того, что не было вовремя сказано "люблю тебя", так органически и так красиво завершающее жаркую сцену любви. | | |
| |
|
Рассказ №15559
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Среда, 17/09/2014
Прочитано раз: 106011 (за неделю: 39)
Рейтинг: 65% (за неделю: 0%)
Цитата: "Прихожая наполнилась женскими вздохами. Светку стало почти не слышно. Только в самом конце я разобрал ее вскрик. Наташка благодаря моим трудам ненамного отстала от нее, без сил сползая по стенке. Я тоже чуть не рухнул рядом, извергаясь в ускользающее влагалище. Следом и Олька знакомо охнула, жадно заглатывая воздух. Алик, тяжело дыша, отодвинулся от нее. Я отошел в сторону, застегивая штаны и столкнулся с ним...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Заметно повеселевшая компания расположилась за столом. Мы втиснулись на свободные места и присоединились к беседе. Я украдкой поглядывал на Наташку, пробуя по лицу угадать, помнит ли она хоть что-то о прошедшей ночи или, как и Олька, ничего. Впрочем, похмельные страдания маскировали все остальное. Разговор же шел о том, что для окончательного выздоровления неплохо бы растопить баньку. Заодно вновь возник вопрос с электричеством, которого все еще не было. После недолгого обсуждения постановили: Алика с Витькой послать за электричеством, а нам с Сашкой досталась баня. Женщины же традиционно будут заниматься кухонными делами.
Отправив экспедицию к трансформатору мы занялись баней. Увидев ее, я моментально распрощался с надеждами попариться там всем вместе. Баня была микроскопической, на двоих, и то без излишеств. Зато протопилась быстро. Алик с братом, правда, вернулись еще быстрее, но с плохими вестями: своими силами справиться с поломкой не удалось, что-то навернулось по крупному и починить смогут только специально обученные люди-электрики. А они, само собой, появятся только после праздника, которого в этом году выпало вместе с выходными аж три дня.
Как я и ожидал, банный процесс не принес ничего интересного в плане общения. Ну разве что попарились. Девки умудрились втиснуться туда втроем, а мы ходили по двое. Зато от утреннего недомогания не осталось и следа. Впрочем, "утреннего" - это условно. Проснулись-то все около трех. И со всеми хлопотами за вечерний стол уселись почти ночью. Что тоже не совсем правда, так как стол представлял из себя маленький столик в углу, освободив пространство для танцев. На этом в один голос настаивали женщины, когда узнали, что в доме завалялся допотопный радиоприемник, к которому замечательно подходили батарейки из пульта телевизора.
- Наливай! - скомандовал Алик, зажигая последнюю свечку.
Витька налил, причем женщинам немного больше. Спаивает, хитрец - подумал я - Надеется небось что и этой ночью ему чего-нибудь обломится. Само собой, поначалу, как водится, никто не хотел напиваться, но, опять же, как водится, за неимением другого занятия именно это и получилось. Все снова набрались. Мы с Аликом вышли на улицу покурить, а заодно и проветриться.
- Дим, что дальше-то делать будем? - спросил он, затягиваясь. - Я больше пить не хочу, а то будет как вчера.
У тебя-то вчера как раз все неплохо сложилось. - подумал я, а вслух сказал:
- Не знаю. Избаловалось человечество - всего-то электричества нету - а у нас катастрофа. Предки вон при лучине всю жизнь - и ничего, обходились как-то.
- Ну дак подскажи, какая у них была культурная программа на праздники? - ухмыльнулся Алик.
Я задумался. В голову ничего не приходило кроме универсального сценария: водка, балалайка и хоровое народное пение.
- Хрен его знает...
- Вот и я о том же. Ладно, пошли в дом. - Алик щелчком отбросил окурок и повернулся к двери.
В доме уже надрывалось радио. Сразу возле двери, в полутьме, Сашка с женой изображал танец, неуверенно покачиваясь. Моя Олька с Витькой топтались возле стола. Наташка в одиночестве скучала на диване. Мы с Аликом двинулись к ней, когда сзади послышался Светкин голос:
- Ну не надо, Саш! Ребята же смотрят!
Я обернулся. Сашка, одурманеный алкоголем, женским телом и полумраком, пытался забраться жене под платье и уже успел задрать его сзади, обнажив пухленькие Светкины ляжки. Правда, ненадолго - на этот раз Светка отбилась.
- Да ладно тебе, Свет, не мешай ему! - рассмеялся Витька.
- Ага, щас! - огрызнулась она, снова стряхивая Сашкины руки. -А вы смотреть будете!?
- Да мы не будем!
- Отвернетесь что ли?
- Да хоть вообще выйдем! Пошли, ребят, отсюда! Наверху подождем!
Подшучивая над Светкой, все остальные, толкаясь, вывалились в прихожую. Напоследок Витька нагнулся над столом и дунул на свечи. Наступила непроглядная темень. Алик, насколько смог прикрыл за нами перекошенную дверь. Естественно, наверх никто не пошел. Все столпились тут же, в прихожей, молча прислушиваясь к звукам из комнаты.
Оттуда немедленно раздалось шуршание и слабое Светкино:
- Саш, не надо. . не лезь туда...
- Ну так теперь никто не видит... Как ты хотела... - Сашкин шепот, на грани слышимости.
- Все равно... Слышно же...
- А мы тихонечко...
- Осторожнее, порвешь... я сама...
Мы молча прислушивались. Немного мешало бормотание радио. Я не двигался с места, ожидая пока глаза привыкнут к темноте. Из комнаты снова послышался шорох, звук расстегиваемой молнии и наконец тихое Светкино "Ой... ", сменившееся ритмичным шуршанием.
Рядом со мной кто-то прошел. Скрипнул пол в стороне, там, где вроде бы никого не было.
- Оль! - позвал я, движимый внезапным желанием - Ты где?
- Тут. - донеслось после длинной паузы откуда-то слева.
Пауза меня несколько озадачила. Попытка вспомнить, кто еще находится в той стороне не удалась.
- Иди сюда! - позвал я вытянув руки мелкими шажками двинулся навстречу.
Последующее, наверное, можно объяснить только неумеренным количеством алкоголя, растворившего все правила приличия, да темнотой, создающей иллюзию уединения. Руки наткнулись на женское тело, так же осторожно двигавшееся в темноте в мою сторону. Олька - решил я и без церемоний развернул ее спиной к себе. Она послушно, даже слишком, нагнулась, опершись руками о стену. Я торопливо стащил с оттопыренного зада колготки и трусы, расстегнул штаны и присев, загнал в нее член. За дверью, не сдерживаясь, постанывала Светка. Я двигался в такт с ее стонами, одновременно пытаясь сдвинуть лифчик и добраться до груди. В двух шагах от меня послышался знакомый шорох снимаемых колготок. О, Алик тоже решил присоединиться! - догадался я. Вжикнула молния, мужчина выдохнул... и с той стороны раздалось тихое:
- Дим, помедленнее... - сказанное Олькиным голосом.
Я резко остановился, погруженный в глубь, как теперь выяснилось, чужого влагалища. В голове с трудом оформилась мысль, что не только я трахаю чужую жену, но и Ольку рядом кто-то натягивает. Причем она думает, что это я. Надетая на мой член Наташка самостоятельно пыталась елозить на члене, побуждая меня к действию.
- Глубже. . - вновь послышался Олькин голос и с той стороны раздалось похлопывание чужого живота о ягодицы моей жены.
Ситуация сложилась патовая. Если сейчас громко возмущаться, то сразу же выяснится, что и я тут далеко не примерного супруга изображаю. А пока женщины думают, что трахаются со своими мужьями, то так тому и быть. Я снова вцепился в Наташкины ягодицы и с остервенением заработал тазом.
Прихожая наполнилась женскими вздохами. Светку стало почти не слышно. Только в самом конце я разобрал ее вскрик. Наташка благодаря моим трудам ненамного отстала от нее, без сил сползая по стенке. Я тоже чуть не рухнул рядом, извергаясь в ускользающее влагалище. Следом и Олька знакомо охнула, жадно заглатывая воздух. Алик, тяжело дыша, отодвинулся от нее. Я отошел в сторону, застегивая штаны и столкнулся с ним.
- После поговорим. - шепнул он, едва я открыл рот.
Нащупав в темноте так и стоящую раком Ольку я протянул руку к ее промежности. Из широко раскрытого входа сочилась чужая сперма, но никаких особых эмоций это у меня не вызвало. Я даже сам удивился. В конце концов все хорошо потрахались, а кто с кем - это дело десятое.
- Ну что, можно свет зажигать? - зашуршал спичками сзади Витька.
- Нет! - взвизгнула Наташка. - Дай хоть одеться!
- Да ладно, ладно... - успокоил он ее. - Подожду.
Женщины завозились, приводя себя в приличный вид.
- Зажигай! - наконец разрешила Наташка.
При свете, хотя и слабом, стало видно что одевались все второпях. Пуговицы застегнуты через одну, юбки перекошены. Зато настроение заметно поднялось.
- Ну мы и дали! - подвел итог Алик. - Давайте что ли обмоем, а?
Обмыли, естественно. И неоднократно. Тут Светка вдруг вспомнила про Витьку, сидевшего с явно выраженным разочарованием на лице:
- Ребята, а Витек-то наш... Он же обделенным остался! Вить, ты не сердишься?
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 32%)
» (рейтинг: 55%)
» (рейтинг: 78%)
» (рейтинг: 78%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 61%)
» (рейтинг: 67%)
» (рейтинг: 75%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 54%)
|
