 |
| |
| | Их роту, роту молодого пополнения, сержанты привели в баню сразу после ужина, и пока они, одинаково стриженые, вмиг ставшие неразличимыми, в тесноте деловито мылись, а потом, получив чистое бельё, в толчее и шуме торопливо одевались, сержанты-командиры были тут же - одетые, они стояли в гулком холодном предбаннике, весело рассматривая голое пополнение, и Денис... вышедший из паром наполненного душевого отделения, голый Денис, случайно глянувший в сторону "своего" сержанта, увидел, как тот медленно скользит внимательно заторможенным взглядом по его ладному, золотисто порозовевшему мокрому телу, еще не успевшему утратить черты юной субтильности, - Денис, которому восемнадцать исполнилось буквально за неделю до призыва, был невысок, строен, и тело его, только-только начинавшее входить в пору своего возмужания, еще хранило в безупречной плавности линий юно привлекательную мальчишескую грациозность, выражавшуюся в угловатой мягкости округлых плеч, в мягкой округлости узких бедёр, в сочно оттопыренных и вместе с тем скульптурно небольших, изящно округлённых ягодицах с едва заметными ямочками-углублениями по бокам - всё это, хорошо сложенное, соразмерно пропорциональное и взятое вместе, самым естественным образом складывалось в странно привлекательную двойственность всей стройной фигуры, при одном взгляде на которую смутное томление мелькало даже у тех, кто в чувствах, направленных на себе подобных, был совершенно неискушен; из коротких, но необыкновенно густых смолянисто-черных волос, ровной горизонтальной линией срезавшихся внизу плоского живота, полуоткрытой головкой свисал книзу вполне приличный, длинный и вместе с тем по-мальчишески утолщенный - на сосиску-валик похожий - член, нежная кожа которого заметно выделялась на фоне живота и ног более сильной пигментацией, - невольно залюбовавшись, симпатичный стройный парень в форме младшего сержанта, стоя на чуть раздвинутых - уверенно, по-хозяйски расставленных - ногах, смотрел на голого, для взгляда абсолютно доступного Дениса медленно скользящим снизу верх взглядом, и во взгляде этом было что-то такое, отчего Денис, невольно смутившись, за мгновение до того, как их взгляды могли бы встретиться, стремительно отвёл глаза в сторону, одновременно с этим быстро поворачиваясь к сержанту спиной - становясь в очередь за получением чистого белья... и пока он стоял в очереди среди других - таких же голых, как он сам - парней, ему казалось, что сержант, стоящий сзади, откровенно рассматривает его - скользит омывающим, обнимающим взглядом по его ногам, по спине, по плечам, по упруго-округлым полусферам упруго-сочных ягодиц, - такое у него, у Дениса, было ощущение; но когда, получив нательное бельё - инстинктивно прикрывая им низ живота, Денис повернулся в ту сторону, где стоял сержант, и, непроизвольно скосив глаза, мимолётно скользнул по лицу сержанта взглядом, тот уже стоял к Денису боком - разговаривал о чем-то с другим сержантом, держа при этом руки в карманах форменных брюк, и Денис, отходя с полученным бельём в сторону, тут же подумал, что, может, и не было никакого сержантского взгляда, с неприкрытым интересом скользящего по его голому телу, - Денис тут же подумал, что, может быть, всё это ему померещилось - показалось-почудилось... ну, в самом деле: с какой стати сержанту - точно такому же, как и он, парню - его, голого парня, рассматривать? - подумал Денис... конечно, пацаны всегда, когда есть возможность, будь то в душевой или, скажем, в туалете, друг у друга обязательно смотрят, но делают они это мимолётно и как бы вскользь, стараясь, чтоб взгляды их, устремляемые на чужие члены, были как можно незаметнее - чтобы непроизвольный и потому вполне закономерный, вполне естественный этот интерес не был истолкован как-то превратно, - именно так всё это понимал не отягощенный сексуальной рефлексией Денис, а потому... потому, по мнению Дениса, сержант никак не мог его, нормального пацана, откровенно рассматривать - лапать-щупать своим взглядом... "показалось", - решил Денис с легкостью человека, никогда особо не углублявшегося в лабиринты сексуальных переживаний; мысль о том, что сержант, такой же точно парень, ничем особым не отличавшийся от других парней, мог на него, обычного парня, конкретно "запасть" - положить глаз, Денису в голову не пришла, и не пришла эта мысль не только потому, что всё вокруг было для Дениса новым, непривычным, отчасти пугающим, так что на всякие вольные домыслы-предположения места ни в голове, ни в душе уже не оставалось, а не пришла эта, в общем-то, не бог весть какая необычная мысль в голову Денису прежде всего потому, что у него, у Дениса, для такой мысли не было ни направленного в эту сторону ума, ни игривой фантазии, ни какого-либо предшествующего, хотя бы мимолетного опыта, от которого он мог бы в своих догадках-предположениях, видя на себе сержантский взгляд, оттолкнуться: ни в детстве, ни в юности Денис ни разу не сталкивался с явно выраженным проявлением однополого интереса в свой адрес, никогда он сам не смотрел на пацанов, своих приятелей-одноклассников, как на желаемый или хотя бы просто возможный объект сексуального удовлетворения, никогда ни о чем подобном он не думал и не помышлял - словом, ничего такого, что хотя бы отчасти напоминало какой-либо однополый интерес, в душе Дениса никогда ни разу не шевелилось, и хотя о таких отношениях вообще и о трахе армейском в частности Денис, как всякий другой современный парень, был наслышан более чем достаточно, применительно к себе подобные отношения Денис считал нереальными - совершенно невозможными, - в том, что всё это, существующее вообще, то есть существующее в принципе, его, обычного парня, никогда не касалось, не касается и касаться в будущем никаким боком не может, Денис был абсолютно уверен, и уверенность эта была не следствием осознанного усвоения привнесённых извне запретов, которые в борьбе с либидо трансформировались бы в четко осознаваемую внутреннюю установку, а уверенность эта, никогда не нуждавшаяся ни в каких умственных усилиях, безмятежно покоилась на тотальном отсутствии какого-либо интереса к однополому сексу как таковому - Денис в этом плане в свои восемнадцать лет был глух, как Бетховен, и слеп, как Гомер, то есть был совершенно безразличен к однополому сексу, еще не зная, что у жизни, которая априори всегда многограннее не только всяких надуманных правил, но и личных жизненных представлений-сценариев, вырабатываемых под воздействием этих самых правил, есть своя, собственным сценарием обусловленная внутренняя логика - свои неписаные правила, и одно из этих объективно существующих правил звучит так: "никогда не говори "никогда". | | |
| |
|
| |
| | ... На этот раз она не экспериментировала, устроила нормальный мощный трах. Забег на длинную дистанцию. Она даже вспотела, капельки повисали на носу и падали мне на живот и грудь. Я, впрочем, тоже был и мокрый и потный, хотя моё участие было минимальным - я пытался подаваться ей навстречу, но от волнения часто сбивался с ритма, а она лишь крепче обнимала мою шею одной рукой и плотнее насаживалась. Движения её стали максимально размашистыми, её попка летала вверх-вниз, она часто соскакивала с конца, поэтому другую руку она завела за спину и контролировала прицел. В конце концов она так разошлась, что, соскакивая с конца, она опять точно попадала в цель без помощи руки, во дела! Бешеная гонка продолжалась минут десять, думаю. Кончили мы почти одновременно, в этот раз я её опередил на полкорпуса, как говорится. Она упала на меня и так мы провалялись очень долго, молча лежали, пока вода не остыла окончательно. Кончик мой оставался в ней, я ощущал, как пульсирует её попка, как она мягко, но настойчиво выталкивает моего дружка наружу. Как морковку... На мой вялый теперь уже кончик упало пару капель из неё - сам же только что наспускал в подшефную. Как это назвать? Я задумался - слово сперма мне не нравилось, какой-то медицинский термин, типа. Старушка называла это малафьёй - я раньше такого слова не слышал и оно мне тоже не понравилось: малафья - это то, чем брызгает Карабах-барабах. А я? Назову-ка я это дело - конечный крем. Логично, не так ли - в конце из конца брызжет конечный крем, нормально. Я кончаю - это конечный крем, она кончает - это пусть будет пип-крем. У всякого явления должно быть имя. | | |
| |
|
| |
| | - Погоди, - сказал Вадик, повернулся ко мне спиной, мою левую руку положил себе на живот, а правую обратно на свой член. Получилось, что я обнимаю его сзади, прижимаясь животом к его попке, и держу его член как держал бы свой. Дрочить так было гораздо удобнее, и я заработал рукой, стараясь доставить Вадику как можно больше удовольствия. Мне было неизвестно, как ему нравилось это делать, но я решил дрочить, как себе, и начал нежно, сначала несильно двигая кожицу и слегка сжимая член, постепенно увеличивая амплитуду и время от времени сжимая член посильнее, меняя скорость и ритм и делая короткие паузы. Другой рукой я чувствовал, как сокращаются мышцы его живота, своим животом чувствовал движения его ягодиц, мой членик бился о его ноги, низ живота у меня отяжелел. Не прошло и минуты, как он застонал и начал кончать, слышно было, как сперма шлёпается на вымощеный плиткой пол. Его тело содрогалось в моих руках, и то, что я доставил ему такое удовольствие, наполнило моё сердце радостью, я был счастлив! | | |
| |
|
| |
| | Как классно я так скучала по этому моменту - подумала я и стала стонать и кричать: "О-о-о! Я блядь! Еби меня! Еби, Еби, Еще, Еще сильнее" : Я чувствовала, что моя жопа вот-вот кончит, а Андрей все продолжал меня драть. Моя дырка увлажнилась и захлюпала. Я решила помочь Андрею и стала помогать ему, двигаясь на его члене во всю длину, тут я поплыла и кончила, да так сильно, что из жопы потекла струйка по яйцам: "Вот шлюха, потекла, как последняя блядь" - подумала я и тут я почувствовала что меня еще и в рот ебут: Я так и не помню в какой момент Игорь всунул мне в рот, но от таких ощущений я опизденела и попробовала двигаться с одного хуя на другой. В жопе появились новые ощущения, как будто мышцы в ней двигались вместе с хуем, а затем анус стал непроизвольно сжиматься, плотно обхватывая хуй Андрея. | | |
| |
|
Рассказ №5583
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Понедельник, 22/09/2025
Прочитано раз: 43198 (за неделю: 10)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Наконец, не выдержав к себе такого невнимания, мастер спорта решился на рискованный и, как потом выяснилось, последний штурм. Затушив бычок об алюминиевую ложку и сплюнув по-залихватски через форточку, он посмотрел на Наташу взглядом тёртого ловеласа и сказал......"
Страницы: [ 1 ] [ ]
-Левый прямой, правый прямой, боковой! Левый прямой, правый прямой, боковой!
Костик разошёлся не на шутку... пот градом катился по всему телу, а лёгким не хватало воздуха. Я крепче сжимал зубы, чтобы не выплюнуть капу.
-Работаем, работаем! Кто не работает, тот получает!
Руки отяжелели, будто на них подвесили пятикилограммовые гантели. Хотелось воды, домой, спать...
-Всё на сегодня. Отдыхаем.
Мы разбрелись по залу. Кто сразу пошёл переодеваться, кто - в душ, а у некоторых ещё оставались силы на ОФП.
Я упал в кресло и около минуты сидел неподвижно. Потом взял со стола часы. Они показывали половину девятого.
Костик ходил кругами, время от времени задавая риторические вопросы...
-Что, устали?
Не получив ответа, многозначительно кивал.
-Ничего, на соревнованиях будет легче... раз, два - и в нокауте.
Дверь в спортзал отворилась. Не обращая внимания, я продолжал разбинтовывать руки.
-Мне нужен Константин Васильевич.
Я поднял голову и... замер.
Она была с чёрными, как смоль, волосами. Большие голубые глаза смотрели на окружающих нахально, с нескрываемым вызовом, а маленький розовый ротик на фоне гладкой смуглой кожи казался откровенной экзотикой. Длинные ноги и пышная грудь довершали комплект столь необычной красоты.
Девушки и раньше посещали нашу секцию, чтобы получить автоматом зачёт по физкультуре, а заодно и пофлиртовать с парнями. Опытные спортсмены, а также ребята понаглее устраивали им любовную экзекуцию прямо в раздевалке. Многим нравилось.
Я не был наглым и в спорте не блистал, отчего на оргии меня не приглашали. Хотя очень этого хотелось.
Чалый Серёга, не сводивший всё это время глаз с незнакомки, издал, вдруг, душераздирающий вопль и помахал в воздухе презервативом. Она ушла...
...Наташа Кидалова, а звали девочку именно так, появилась на тренировке в коротких облегающих шортах и в белой футболке с фотографией Майка Тайсона. Она садилась на шпагаты, плясала под музыку и жевала ORBIT. Ей часто делали комплименты. Наталья принимала их как должное...
Соревнования проходили в КИСИ. Мы приехали за час до начала. Переоделись, провели разминку.
Первым вышел на ринг Коля Щербаков, следом за ним - Генка Косой. Оба досрочно одержали победу. Их поздравляли - они гордо кивали в ответ. Довольные собой, по очереди подруливали к Наташе и шептали ей на ухо что-то смешное.
Объявили мою фамилию. Костик помог завязать перчатки и ободряюще похлопал по плечу. Никогда не забуду наш короткий диалог...
-Егор, если кулак летит тебе в лицо, не отворачивайся!
-Почему?
-Пропустишь самое интересное...
Гонг! Сошлись в центре ринга. Соперник оказался сильнее... маневрировал, уклонялся, бил. Интересного в этом было мало.
Костик уже собирался выбрасывать полотенце, когда из толпы раздался пронзительный крик...
- Егор! Дай ему по детородному органу!
Я узнал Наташин голос. В зале захохотали. На кураже провёл два прямых в бороду...
...Я лежал в кровати, прокручивая в памяти события минувшего дня. Как после окончания поединка рефери поднял руку, не мою; как я переодевался, не проронив ни слова, и как покидал зал, даже не посмотрев в её сторону.
На следующую тренировку она не пришла. Зато пришёл Чалый. Злой. Ему отказали в ласке...
...Двери нам открыла Наташа. Мой напарник уже с порога начал охмурять девушку бесконечным количеством анекдотов. Это была его козырная фишка. Я сел на диван и взял в руки комиксы. Говорил редко.
Из рюкзака достали бутылку шампанского. Выпили за здоровье кубинских революционеров, за мексиканские телесериалы, потом ещё за какую-то хрень. Точно уже не помню.
Чалый настойчиво пытался сблизиться с Натальей. Она вежливо отстранялась, когда его громадная ладонь касалась её талии.
Наконец, не выдержав к себе такого невнимания, мастер спорта решился на рискованный и, как потом выяснилось, последний штурм. Затушив бычок об алюминиевую ложку и сплюнув по-залихватски через форточку, он посмотрел на Наташу взглядом тёртого ловеласа и сказал...
-Слушай, малышка, я не умру, пока тебя не трахну!
Малышка осталась невозмутимой. Она положила в рот дольку лимона, немного поморщилась и спокойно произнесла...
-Тогда, Серёжа, ты будешь жить вечно...
Чалый молчал. Я же, наоборот, рассказывал анекдоты.
Наталья накрыла сладкий стол... чай, конфеты и торт, который разрезали на шесть кусков. Каждому полагалось по два. Я съел три, после чего выпросил у неё пачку рафинада. И, напоследок, выйдя на лестничную площадку, назвал тапки из крокодиловой кожи, которые она приобрела в Сингапуре, дешёвой подделкой, купленной в Одессе на седьмом километре.
Я шёл быстрым шагом. Серый плёлся сзади. Мы расстались с ним возле Республиканского стадиона...
...Сессия была в самом разгаре. Конспекты, шпоры, озабоченные лица. Я готовился к экзамену по украинской литературе.
-Здорово, хулиган, как поживаешь?
Наташа бесцеремонно легла передо мной на парту. Сквозь прозрачную блузку просматривались контуры острых сосков. Я не ответил на приветствие.
-Ты не знаешь, Егор, перевод слова blitzkrieg?
Я знал, точно знал, что знаю, но забыл. На её губах застыла издевательская улыбка.
-У меня завтра вечеринка. Не желаешь прийти?..
Наталья проплыла по читальному залу. Ей глядели вслед... мужская половина - с восхищением, женская - с завистью...
...Я стоял посреди комнаты в полном недоумении. На полу валялись какие-то журналы, ножницы, лейкопластырь. На подоконнике лениво развалился рыжий кот. Вечеринкой и не пахло.
-Наверно, я рано пришёл?
Хотя точно знал, что опоздал на целых пятнадцать минут.
-Нет, в самый раз.
Наташа курсировала по комнате, на ходу собирая разбросанные вещи и хлопая выдвижными ящиками.
- Где же веселье?
Меня по-прежнему одолевали смутные сомнения.
Она подошла ко мне вплотную и поцеловала в губы.
-Раздевайся!..
Стало как-то неловко, но тем не менее я снял абсолютно всё и теперь неуклюже топтался на месте. Хотел выключить свет, но передумал.
-У тебя нелицеприятные ягодицы, милок!
Наталья вышла из ванной. Времени, чтобы обдумать сказанное, не дала... я принял на себя её упругое, гибкое тело...
Любимая дышала мне в лицо и царапала спину. Я лежал сверху и отчаянно вибрировал в предвкушении оргазма.
-Обзови меня как-нибудь!
Наташины глаза были закрыты - и я не придал её словам никакого значения, продолжая свою методичную работу.
-Скорее!
Остановился и посмотрел на неё в упор.
-Что, скорее?
Я не скрывал своего негодования... мою банальную идиллию прервали.
-Обзови!
Возобновив движение, начал судорожно перебирать подходящие ругательства. На ум пришло только bitch. К сожалению, она не владела английским, а русский аналог, как назло, вылетел у меня из головы.
-Скорее!
Наталья перешла на крик. Я почувствовал острую боль в спине. С языка сорвалось...
-Скотина!..
...Мы встречались уже около года, когда её родители получили вид на жительство в Канаде. Перед отлётом она сунула мне в руку блестящий свёрток. Просила открыть, когда самолёт поднимется в воздух...
Я перестал ходить на пары, а по ночам не мог заснуть. За неделю похудел на одиннадцать килограмм.
Про свёрток я вспомнил лишь на пятый день. Внутри обнаружил двух игрушечных совокупляющихся медведей и записку...
Хочу, чтобы ты стал чемпионом!
Натали
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 83%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 87%)
|
