 |
| |
| | Взгляд его почти непроизвольно упал ей в глаза, скользнул по её изогнутым в коварной улыбке губам, и он с некоторым оцепенением вдруг понял, что ситуация и впрямь заводит его, причём неимоверно. Его изловили в ловушку, ловушку безжалостную и жестокую, но выполнение этого странным образом дурманит разум и пробуждает вожделение - к ней, к коварной искусительнице, которая мастерски осуществила комбинацию и заключила его в путы. | | |
| |
|
| |
| | Я лежал под Викой, её упругая круглая и гладкая попка была прижата к моему животу. Было немного неудобно... но моим рукам досталась грудь Вики... и это было очень приятно и возбуждающе. Немного помедлив, я скользнул правой ладошкой по её животу вниз, пальчиками развёл её влажные от возбуждения, чисто выбритые губки и стал пальчиком скользить по её клитору. Вика беспокойно заёрзалась на мне... | | |
| |
|
| |
| | Я же присматривался к новому члену нашей семьи - к Маше. Брюнетка с короткой стрижкой и жгучими цыганскими глазами, с хорошей фигурой (сказывались занятия спортом в школе) , небольшими упругими грудками (лифчиков она не признавала) , достаточно высокого роста (это у них семейное) - Маша вызывала вполне определённое желания раздеть её и трахнуть, тем более, что она постоянно ходила в открытом купальнике. Антон, ещё при первом нашем с ним разговоре, попросил не форсировать события, так как Маша была (так он считал) полным профаном в сексе. В доказательство Антон привёл случай, когда Маша зашла в ванную, где он принимал душ, и, покраснев, вылетела оттуда пробкой - и это случилось сейчас, во время выпускных экзаменов. Поэтому Маша была изолирована от наших оргий. Волей-неволей, оставаясь одна, Маша бесцельно слонялась по дому, заглядывая во все его уголки. Так она и набрела на флигель, где познакомилась с нашим садовником, и стала помогать ему по саду. | | |
| |
|
| |
| | Оля идет в спальню Аллы и застает ее голую, прикованную к кровати за шею толстой цепью. Оля ложится рядом с подругой, их губы сливаются в нежном поцелуе. Потом они ложатся в позу шестьдесят девять, Аллочка оказывается внизу. Ее опытный язык обрабатывает вагину Ольги. Оля старается не отстать от партнерши, вставляя свой язык в ее лоно. В это время Ира, кончив два раза от ласк Жени, заставляет рабыню повернуться к ней спиной. Госпожа пристегивает толстый страпон и с трудом заталкивает его в анус Женечки. Рабыня кричит, но Ира не останавливается, пронзает зад Жени своим членом так что рабыня почти теряет сознание от боли. | | |
| |
|
Рассказ №0365
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Среда, 24/07/2024
Прочитано раз: 27586 (за неделю: 4)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Все разошлись, один Достоевский остался. Смотрел, смотрел, как Пушкин бабу пашет, потом и ему надоело, кончил он, плюнул и ушел. Ему как раз нужно было очередную главу "Преступления и наказания" для газеты сдавать...."
Страницы: [ 1 ]
Поспорили раз писатели - у кого из них больше.
- У Пушкина, кричат, - у Пушкина. Пушкин, покажи!
А Пушкин уперся и не показывает. Послали гонца к царю с жалобой: "Пушкин не хочет показывать".
Царь тут же стал указ писать:
"Мы, Божию милостию государь император и самодержец всероссийский, царь всей Великия и Белыя и Малыя России, царь польский, великий князь финляндский"... короче - покажи, сука, а то хуже будет.
А Пушкин и говорит:
- Я на вашего царя и на ваши указы - во-от такой!
- Какой?
- А вот не покажу!
Арина Родионовна говорит: "Покажите им, барин, они же не отстанут" Крестьяне из Тригорского собрались вокруг усадьбы и скандируют: "Покажите, барин! Покажите, барин!" А Пушкин вышел на крыльцо и говорит: "Вот вам всем!"
- Где?!
- А вот не покажу, - отвечает Пушкин.
Набросились тогда писатели на Пушкина - Лермонтов за руки держит, а Тургенев штаны снимает. Пушкин верещит, как поросенок :
- Пошли вон, козлы! Я - Пушкин!
- Хоть Пушкин, хоть Хрюшкин, - отвечает Гоголь, - а показать придется. Народ требует.
Сняли писатели с Пушкина штаны и давай хохотать:
- С этим, ты, - говорят, - помнил чудное мгновенье?
А Пушкин покраснел и говорит :
- Да это он у меня сейчас такой, со страху, а вообще-то он у меня ого-го.
Что писатели с Пушкиным ни делали, а у него, собака, не встает. Наконец Гоголь догадался:
- Надо бабу поймать!
Поймали бабу. Пушкин как бабу увидел, набросился на нее и давай наяривать, только у него и мелькает.
Писатели их обступили и давай мемуары строчить: "Поймали мы как-то с Пушкиным бабу".
Тут уже вечер, пора писателям домой. А Пушкин все трахается, остановиться не может.
- Пушкин, мы пошли!
- Погодите, сейчас кончу, - говорит Пушкин, а сам не кончает.
- Пустите, барин, у меня корова не доена, - взмолилась баба.
- Ничего, мужик подоит, - отвечает Пушкин и снова за свое.
Все разошлись, один Достоевский остался. Смотрел, смотрел, как Пушкин бабу пашет, потом и ему надоело, кончил он, плюнул и ушел. Ему как раз нужно было очередную главу "Преступления и наказания" для газеты сдавать.
А Пушкин долго хохотал: "Вот как я их надул! Ай да Пушкин! Ай да сукин сын!!"
Страницы: [ 1 ]
Сайт автора: http://belenky.hypermart.net
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 79%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 76%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 82%)
|
