 |
 |
 |  | Смазанная головка легко нашла вход и начала свое погружение. Моя партнерша замерла, чувствуя, как ее разрывают уже с другой стороны и резко поддалась назад, заставив меня сразу оказаться в ней. Какой это был восторг. Я рычал от удовольствия. Я разрывал ее, входил в нее с остервенением и я видел, как ее голова лежа на руках мечется из стороны в сторону. Капли дождя падали совсем рядом, брызгали на нее чуть остужая ее разгоряченное тело. Это был контраст страсти и дождя. Это была безумная скачка, завершение которой все быстрей и быстрей приближались. И ...... вот тот миг, когда я затаив дыхание выстрелил в нее, наполняя это тело своим соком любви. Она содрогнулась, напряглась, принимая в себя всю мою силу, которую я дарил ей. Ноги не держали меня. Я обессиленный опустился рядом с ней. На ее лице я увидел счастливую улыбку блаженства. Я был опустошен. Она откинувшись назад привалилась к моим ногам и замерла. Только вздымающаяся грудь при дыхании говорила о том, что она сейчас жива. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Ирина лежала в палате одна. Она плакала от боли. Но сильнее всего она боялась, что Сашка не будет любить ее. Ее изнасиловали, осквернили. Она физически ощущала грязь, которая прилипло к ее телу. Может быть заразили чем ни-будь. Он больше не обнимет ее, не поцелует. Не войдет в нее, побрезгует, побоится испачкаться. Ее тело было игрушкой для поддонков. Она снова будет одна. Дверь открылась и зашел Лешка, брат. Он подошел к кровати. "Как, ты, сестричка?"-его голос странно дрожал. Ирина заплакала. Алексей скрипнул зубами и вышел из палаты, глаза странно блестели. Следом пришел Сашка и какой то майор. Это был особист. Ирина механически отвечала на вопросы, вздрагивая от воспоминаний. Затем пришел следователь из полиции и все повторилось снова. Сашка сидел у кровати мамы. Он вышел из палаты. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | - Или вжился в роль, - насмешливо улыбнулась Дженни, - Раз меняют подгузник, как малышу, надо и вести себя соответствующе - ерзать, вырываться, уворачиваться. А самый лучший способ доказать, что он ясельный карапуз - фонтанчиком между ножек. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Проведя с полдня в какой-то глухой отрешённости, Олежка от нечего делать открыл интернет. Первое, что кинулось ему в глаза, это кем-то присланная на его страницу картинка. Заброшена она была с уже удалённой страницы, явно "одноднёвки", владелец которой был указан в виде какого-то набора букв. Это было изображение гравюры американского художника конца первой половины 19 века, борца с рабством и рабовладением. Называлась гравюра как-то вроде "Возврат беглого раба его хозяину". На ней двое дюжих надсмотрщиков в сдвинутых на затылок широкополых шляпах, с длинными бичами, волокли закованного в цепи негра к бревну-коновязи, на котором его собрались растянуть и привязать для истязания на глазах у собранных по этому случаю всех остальных рабов-негров с этой хлопковой плантации. Несколько в стороне восседал верхом на лошади толстый хозяин-плантатор, в добротной шляпе, в сюртуке с золотой цепочкой часов, с сигарой в зубах, распоряжавшийся наказанием. |  |  |
| |
|
Рассказ №0365
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Среда, 24/07/2024
Прочитано раз: 27897 (за неделю: 0)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Все разошлись, один Достоевский остался. Смотрел, смотрел, как Пушкин бабу пашет, потом и ему надоело, кончил он, плюнул и ушел. Ему как раз нужно было очередную главу "Преступления и наказания" для газеты сдавать...."
Страницы: [ 1 ]
Поспорили раз писатели - у кого из них больше.
- У Пушкина, кричат, - у Пушкина. Пушкин, покажи!
А Пушкин уперся и не показывает. Послали гонца к царю с жалобой: "Пушкин не хочет показывать".
Царь тут же стал указ писать:
"Мы, Божию милостию государь император и самодержец всероссийский, царь всей Великия и Белыя и Малыя России, царь польский, великий князь финляндский"... короче - покажи, сука, а то хуже будет.
А Пушкин и говорит:
- Я на вашего царя и на ваши указы - во-от такой!
- Какой?
- А вот не покажу!
Арина Родионовна говорит: "Покажите им, барин, они же не отстанут" Крестьяне из Тригорского собрались вокруг усадьбы и скандируют: "Покажите, барин! Покажите, барин!" А Пушкин вышел на крыльцо и говорит: "Вот вам всем!"
- Где?!
- А вот не покажу, - отвечает Пушкин.
Набросились тогда писатели на Пушкина - Лермонтов за руки держит, а Тургенев штаны снимает. Пушкин верещит, как поросенок :
- Пошли вон, козлы! Я - Пушкин!
- Хоть Пушкин, хоть Хрюшкин, - отвечает Гоголь, - а показать придется. Народ требует.
Сняли писатели с Пушкина штаны и давай хохотать:
- С этим, ты, - говорят, - помнил чудное мгновенье?
А Пушкин покраснел и говорит :
- Да это он у меня сейчас такой, со страху, а вообще-то он у меня ого-го.
Что писатели с Пушкиным ни делали, а у него, собака, не встает. Наконец Гоголь догадался:
- Надо бабу поймать!
Поймали бабу. Пушкин как бабу увидел, набросился на нее и давай наяривать, только у него и мелькает.
Писатели их обступили и давай мемуары строчить: "Поймали мы как-то с Пушкиным бабу".
Тут уже вечер, пора писателям домой. А Пушкин все трахается, остановиться не может.
- Пушкин, мы пошли!
- Погодите, сейчас кончу, - говорит Пушкин, а сам не кончает.
- Пустите, барин, у меня корова не доена, - взмолилась баба.
- Ничего, мужик подоит, - отвечает Пушкин и снова за свое.
Все разошлись, один Достоевский остался. Смотрел, смотрел, как Пушкин бабу пашет, потом и ему надоело, кончил он, плюнул и ушел. Ему как раз нужно было очередную главу "Преступления и наказания" для газеты сдавать.
А Пушкин долго хохотал: "Вот как я их надул! Ай да Пушкин! Ай да сукин сын!!"
Страницы: [ 1 ] Сайт автора: http://belenky.hypermart.net
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 70%)
» (рейтинг: 82%)
» (рейтинг: 79%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 77%)
|