 |
| |
| | Мы сидели, ели, пили и разговорили. Потом мы решили потанцевать и Макс пригласил маму на танец. Мама: Мммм) я не против) Они стали танцевать медленный танец и было видно что Макс положил руки ей на попу но она была не против! И тут мне Сергей говорит. Сергей: Чувак, сгоняй за вином а то кончилось Я нехотя согласился и пошел в магазин. Шелтя долго, ибо магазин был далеко. Когда я поднялся и зашёл в квартиру то не увидел на кухне никого а из спальги стали слышны странные стоны. | | |
| |
|
| |
| | По моему блестящему, облитому тончайшей серебряной пленкой телу, пробегают волны слабых электрических импульсов, вызывая конвульсивную дрожь. Мое тело в области шеи, талии, рук и ног обхватывают эластичные белые кожаные браслеты, лишающие меня возможности двигаться. Руки и ноги до упора разводятся в стороны. Лишенная всякой возможности сопротивляться, распятая, я лежу, ожидая, чем это все закончится. | | |
| |
|
| |
| | "Ух, какие пугливые", усмехнулась санитарка, затем сказала медсестре: "Люда, ты может подержи пока сжатыми ягодицы девицы, а я пойду, клизму вымою и сейчас назад вернусь". "Хорошо", ответила медсестра, отпустила ноги Ирины и стиснула вместе полушария её попы. "Дурочка ты, Ирочка", она стала воспитывать девочку, "чего же ты добилась своим сопротивлением? Только растянула уже и так неприятную процедуру, а вдобавок еще пацанов созвала. Лежала бы спокойно, никто и не заметил бы, что тебе клизма делается". Ира на то ей ничего не отвечала, лишь тихо всхлипывала в подушку. "А мальчикам вы тоже клизмы делаете?", вдруг спросила Валя. "Конечно, делаем, как же иначе!", ответила медсестра. "Тогда позовите нас тоже на них посмотреть, чтобы мы были бы квиты. А то не честно - они на нас смотрят, на мы на них - нет", возмутилась Валя. "Ну, не знаю, поговорю с санитаркой!", ответила медсестра Люда, "если вы за одно согласитесь их подержать, то она может и согласится". "Я согласна", ответила Валя. Вскоре вернулась санитарка, отпустила медсестру и сама начала удерживать попу Иры. "Отпустите Иру на горшок, хватит её удерживать", стали почти дуэтом умолять бабу Дусю Валя и Вика. "Еще две минуты пусть полежит, тогда пойдёт на горшок!", ответила санитарка. "Отпустите сейчас, мне очень какать хочется", сама Ира тоже стала умолять. "Ах, теперь, значит, хочется", усмехнулась санитарка, "а ведь несколько минут назад совсем не хотелось, не так ли?". "Хотелось, просто я не могла выжать", ответила девочка. "И не выжала бы, если клизму тебе не сделали бы", поучительно сказала санитарка, "так что, лежи теперь спокойно всё положенное время и не пикай. Кстати, если тебе распирает живот, подыши глубоко через рот!". Ира начала усиленно дышать ртом, её самочувствие на какое-то время улучшилось. "Когда же вы, ребята, дойдёте до ума и прекратите сопротивляться во время клизмы", вздохнула санитарка, "и нам, и вам было бы гораздо легче". "А вы сама не сопротивлялись, когда вам в детстве клизму делали?", вдруг спросила Валя. Баба Дуся слегка опешила, потом честно ответила: "Уже не помню, возможно, что и сопротивлялась, но новое поколение должно быть умнее старого. Кстати, в наше время запоры были гораздо более редкое явление, чем сейчас, когда уже почти каждый второй ребёнок сам не может сходить по большому". "Не уж то?", изумилась Вика. "Да, моя практика на работе это показывает... Ну, ладно, Ира, можешь вставать и садиться на горшок", сказала санитарка и отпустила ягодицы больной девочки. Последняя молниеносно вскочило на ноги и села на рядом с кроватью всё ещё стоящий горшочек, в котором лежала ранее ею выжатая какашка. Содержание кишечника девочки шумно вырвалось наружу - сначала вылилась вода, затем стал падать размягченный клизмой кал. Ира обильно испражнялась в течении минут 7-8, затем она почувствовала приятную лёгкость в животе и стала звать санитарку, чтобы та обмыла её попу и вынесла вон горшок. Баба Дуся, на время вышевшая из палаты, вернулась обратно с миской тёплой воды, велела Ире присесть над ней, обмыла её промежность и задний проход, дала её кусок туалетной бумаги и сказала самой подтереться; когда это было сделано, она унесла горшок с калом Ирины в уборную. | | |
| |
|
| |
| | Лицо Толи исказила злобная гримаса, и он разразился тирадой, что он не знал, что Марина грязная шлюха, и не просто грязная шлюха, но и извращенка, и что ей надо срочно обратиться к психиатру, и что больше видеть ее он не хочет, так как она подло надругалась над его светлыми к ней чувствами. После чего быстро оделся и ушел, громко хлопнул входной дверью. Марине показалось, что ее сильно ударили пыльным мешком по голове, и что ей было бы не так противно, если бы ее с головой окунули в чан с дерьмом. Через несколько секунд слезы брызнули из ее глаз, и она в голос разревелась. А вот вытереть слезы и закрыть лицо руками, несмотря на инстинктивные попытки, она не могла - руки были скованы за спиной. Она попыталась стянуть наручники со своих рук, но ничего не получилось, от этих ее попыток они только защелкнулись на еще один щелчок. Марина никак не предвидела такого оборота событий, поэтому не поставила их на блокировку. Потом ее начал бить сильный нервный озноб. Трясущимися руками и обливаясь слезами, она, достала из прикроватной тумбочки ключ от наручников и попыталась их открыть, однако руки у нее тряслись и она никак не могла попасть в замочную скважину, хотя до этого она это неоднократно проделывала. Ей нравилось быть связанной по рукам и ногам, и еще у нее с юности была странная, как ей казалось, фантазия, чтобы ее молодой человек крепко ее связал, а потом от всей души оттрахал в рот. Но сейчас ей никак не удавалось снять с себя эту ее стальную "игрушку". В довершении всего, Марина уронила ключ на пол и он, звонко отскочив от паркета, как и положено, отлетел под кровать. Марину охватила паника. Запасной ключик она спрятала на кухне в настенном шкафу в банке с крупой, скованными за спиной руками его было тем более не достать. Глубоко униженная в своих искренних порывах, она в довершении всего не могла освободиться от наручников, будучи совершенно обнаженной. Мысль просить чей-то помощи усиливала панику. В голове у нее крутилось - Лучше умереть вот так, в наручниках, чем еще раз испытать позор при освобождении посторонними. Она попыталась пропустить руки через попку, в положение руки спереди, что бы легче достать ключ из-под кровати. Однако очень быстро бросила это занятие, так как довольно широкие бедра, не позволили провести ей это трюк. Проревев в подушку довольно продолжительное время, Марина немного успокоилась и, всхлипывая, пошла на кухню, взяла швабру, найдя глазами ключ под кроватью, очень осторожно, чтобы не загнать его еще дальше, все-таки вытащила его, положила на тумбочку, выждала еще некоторое время, пока окончательно пропала дрожь в руках, сидя на кровати, чтобы ключу на сей раз некуда было падать, наконец сняла с себя наручники. Как результат всей этой истории, у Марины образовался сильнейший панический страх, что новый молодой человек рано или поздно узнает о ее "странностях" , но второго такого унижения Марина не пережила бы. Поэтому она тихо, временами, занималась не экстремальным самосвязыванием, когда это позволяли условия. Она очень любила заморозить в пластиковой бутылке ключ от наручников, раздевшись до гола, сковать себе руки и ноги браслетами, потом сцепить их еще одной парой наручников и ждать долгие часы, пока из подвешенной бутылки не выпадет спасительный ключик. | | |
| |
|
Рассказ №3613 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Воскресенье, 13/04/2025
Прочитано раз: 37291 (за неделю: 16)
Рейтинг: 87% (за неделю: 0%)
Цитата: "Однажды Сидоров пошел прогуляться. Подойдя к магазину, где он обычно покупал хлеб, Сидоров краем глаза заметил, что с магазином что-то не так. Ах да, вывеска. Вместо "Хлеб" на ней красовалась странная надпись "Эротическая переПИСЬ населения". - Полный бред, - решил Сидоров и вошел в бывший магазин. - А где булки? - поинтересовался он у девушки, стоящей за прилавком. - Какие булки, мужчина? - округлила она глаза, - если мои, то мне их сейчас мнут. Сидоров заглянул за прилавок и увидел, что сзади девушки пристроился на корточках мужик, который задрал ей платье, залез ручищами под трусики и тискает ее попку...."
Страницы: [ ] [ 2 ]
Маша вывела Вадима из кабинки и провела в другое помещение, похожее на больничный изолятор: кровать, тумбочка, раковина.
-Валя, слышишь меня?
-Слышу.
-Что у Вас, везде переговорные устройства?
-Конечно, для удобства поголовной переписи. И видеокамеры еще есть, чтобы нас лучше видно было.
-Я так не хочу.
-Да ладно Вам! Какой нудный. Взялся за гуж... Наденьте презерватив, я пока сниму трусы и лифчик. Але, третья, Надь, ты как там?
-Я тут девушку обслуживаю, лесбияночку, у нее киска такая смачная, так в нее язычок приятно было макать! Слышишь, она стонет, это я ей три пальца ввела, она только задницей вертит, кайфует.
Маша взяла Сидорова за руку, опустила ее на свой животик, прихватила пальцами свои трусики, потянула их слегка вниз, намекая, чтобы мужчина раздел ее, и продолжила перекличку.
-Четвертая! Вадик, что у тебя?
-Не что, а кто. Молоденький мальчик, я его попку атакую.
Сидоров снял с Маши трусики, она повернулась к нему спиной и нетерпеливо повела плечами.
-Бюстгальтер расстегните. Пятая, Настя!
-У меня дама. Она как Вулкана увидела, аж задрожала от вожделения, а у пса при ее виде слюна из пасти закапала. Слышишь, она орет? Это наш кобель ей засадил.
Бюстгальтер Маши был снят, Сидоров начал ласкать ее груди, прихватывая пальцами соски.
-Шестая, Нин! - с придыханием сказала девушка.
-Мужчина хочет козу!
-Ну и стань его послушной козочкой.
-Я бы стала, но он хочет настоящую козу.
-Так, веди его в фургон, через дорогу, там, кажется, есть разная фауна.
Маша перебирала пальчиками яички Сидорова, поглаживала его набухший член. Он в ответ проник пальцем в ее киску, натирая ее клитор.
-Седьмая, Вовчик! - дыхание Маши еще более затруднилось.
-Тут человек бабушку хочет поиметь.
-Мне бы его проблемы! В соседнем доме, в комнате Совета Ветеранов, есть пожилые добровольцы - старички и старушки. Как у нашей бабушки, бабушки - старушки, семеро налетчиков отобрали честь!
Маша властно надавила на грудь Вадима, направляя его к кровати.
- Ты почему кондом не надел, разбойник! Ну, любитель клубнички, давай своего малыша, я его подготовлю к работе.
Она заставила его лечь на спину, сама села в позе наездницы и, слегка приподнимаясь, стала насаживаться на член Сидорова.
-Восьмая, Лева! - постанывая, обратилась девушка к новому невидимому собеседнику.
-Мужик хочет переспать с трупаком.
-Е - мое! Придется тебе везти его в морг, у нас с ними договор на время проведения переПИСИ. Только аккуратно все запиши в анкету, все, что тебе в морге наговорит анкетируемый. Пока перекличку прекращаю, у меня ответственный момент. Продолжим через 15 минут.
Маша предложила Вадиму сесть на стул, сама села сверху, Сидоров целовал ее в губы и тискал смачную попочку. Затем они легли на кровать боком, Вадим нашептывал Маше нескромности, от которых ее киска еще больше увлажнилась. Они сменили позицию, девушка легла на спину, мужчина прижался к ее шелковистому животику и наслаждался крепостью и нежностью ее ляжек, сжимавших его с двух сторон. Позиции сменяли друг друга, казалось, что время остановилось. Наконец, Маша сказала, - Пора испробовать твое излюбленное блюдо. Она встала рачком, раздвинув бедра, ее плоть сочилась, источая аромат самки. Вадим не заставил себя ждать и вошел в нее. Его поршень терзал ее изнутри. Маша вцепилась в подушку двумя руками, уткнулась в нее лицом и громко застонала. Они кончили почти одновременно, но девушка все же немного раньше. Минут пять они томно лежали, лаская друг друга и нашептывая благодарные слова. Идиллию нарушил голос из динамика:
-Маша, ты там не слишком ли увлеклась? Дело переПИСИ превыше всего.
-Уже лечу! Вадик, когда эта переПИСЬ закончится, я хочу продолжить наше знакомство.
-И я не против.
..........................................................................................................
Сидоров, утомленный любовными утехами, часа два прогуливался, с аппетитом выпил пива. Когда Вадим вернулся домой, он включил телевизор. Шла информационная программа. Диктор сообщил:
-Как Вы знаете, в России проходит новая переПИСЬ населения, теперь эротическая. У нас в гостях - начальник службы безопасности московского Центра эротической переПИСИ населения Евгений Иванович Бонд. Пожалуйста, Евгений Иванович.
-Дорогие москвичи. В настоящее время наш центр занимается очень важной работой. Благодаря переПИСИ мы с Вами досконально узнаем, сколько в России гетеросексуалов, гомосексуалистов, лесбиянок, педофилов, некрофилов, зоофилов и прочих. Это очень важно для стабильности общества и роста взаимопонимания во всех его слоях. К сожалению, и в таком важном для страны деле нашлись проходимцы, которые под видом переПИСИ снимают порнофильмы и распространяют их потом для любителей "клубнички". Наши доблестные стражи порядка обезвредили сегодня в Москве один из таких пунктов лже-переПИСИ населения. Смотрите один из изъятых порносюжетов.
Сидоров в нехороших предчувствиях так и впился взглядом в экран. На экране появилось крупно изображение мужских гениталий, которые энергично ласкает женская рука. Появился звук:
-Валь, пиши: реакция хорошая! - крикнул женский голос.
-Не реакция, а эрекция, - возразил мужской.
-Мы в университетах не кончали, - ответил женский.
Картинка на экране сменилась. Машино лицо, пьяное от эмоций, лицо Вадима. Звуковое сопровождение:
-Вадик, еще!
-О-о-о!!!
-А-а-а!!!
Сидоров выключил телевизор, метнулся к двери. Раздался телефонный звонок.
-Алло?
-Сволочь ты, Вадим!
-Ира, подожди, я все объясню!
-Не нуждаюсь в твоих объяснениях! Трахай свою сучку! Снимайся в порнушках!
Трубку бросили. Вадим положил трубку своего телефона и вышел на улицу. Вместо надписи "Эротическая переПИСЬ населения" на булочной вновь была вывеска "Хлеб". Сидоров взял в булочной батон и направился в магазин "Альянс", чтобы затариться под завязку водкой и пивом. Пропали выходные!
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 23%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 86%)
|
