 |
 |
 |  | Томми лежал на своей матери, какое-то время, пытаясь обрести дыхание. Он положил свое лицо на ее грудь, скользкую от его слюны и ее пота. Лиза сидела перед ним, и он мог видеть как ее пизда, трется о нос и рот матери. Девушка также была мокрой от пота. Обмякший член мальчика, по прежнему находился в теле Кимберли. Он перевел взгляд на руки своей матери. Веревки глубоко врезались в кожу на ее запястьях. Томми усмехнулся, он был еще мал и все еще нуждался в ней, и в то же время он был достаточно в |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Мужчины вошли в воспитательную комнату. Они подошли к металлической стойке и стали устанавливать горизонтальные перекладины. Открыв кейс, "Доктор" стал доставать и закреплять в зажимах, большие, из толстого стекла, флаконы с тёмной жидкостью. Когда всё было готово, Хозяин позвал рабу. Мужчины, почти волоком, подтащили стонущую пожилую женщину к стойке. При-стегнув старуху за ноги и за руки к стойке, ей в рот вставили затычку, а на глаза надели маску. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Видно было, что силы у начальника уже были на исходе и ему требовалась повышенная стимуляция. Он вышел из попу Светы и потянул ее за руку на улицу. Опять беседка, Игорь Борисович садится в кресло, разворачивает Свету к себе спиной и мягко насаживает ее попку на свой член, притягивая ее к себе. Так она еще ни разу не занималась сексом, а тем более в попу. Открытый воздух, беседка и жаркий мужчина ласково проникающий в попу. Света закрыла глаза и стала наслаждаться процессом. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | И здесь случился с Ваней конфуз... нет-нет, ничего страшного не случилось - такое встречается сплошь и рядом по причине избыточного ожидания, и только очень непросвещенным молодым рыцарям начинает сразу казаться, что заминка у врат долгожданного рая, наконец-то для них открывшиеся и даже гостеприимно распахнувшиеся, имеет непреодолимое и по этой причине судьбоносное значение... всё, конечно, не так! - и тем не менее, это все-таки был конфуз. Подражая Сереге, а может быть, уже действуя инстинктивно самостоятельно, Ваня упал на Раису и, приподняв свою юную и хотя - в общем и целом - симпатичную, но вполне заурядную попку, тут же сунул между животами руку, чтоб показать своему петушку дорогу, ведущую к храму, как вдруг почувствовал, как там, между раздвинутыми Раисиными ногами, все мокро и скользко... и Ваня, вдруг передернувшись от невольно и внезапно охватившей его брезгливости, в недоумении замер, - Ване вдруг удивительным и даже непостижимым образом стало противно... "Ну, ты еби пока, жарь... а я еще кого-нибудь позову. Хватит тебе двадцать минут?" - вопросительным предложением уже деловито уточнил закадычный друг, по душевной своей доброте готовый сделать приятное всему миру. "Хватит", - не думая, отозвался Ваня, и не увидел, а услышал, как дверь за ним снаружи захлопнулась - в замочной скважине дважды проскрежетал ключ. Так вот, о конфузе... трудно сказать, что именно не понравилось петушку - то ли он вдруг вообразил, что для первого раза, для боевого крещения, мог бы Ваня выбрать поле сражения и поприличнее, то ли по молодости он почувствовал неуверенность в конкуренции с теми, кто уже вспахивал эти отнюдь не целинные земли, то ли он просто устал в пути своего ожидания, как устает преодолевший многие тяготы путник, изнеможенно падая, когда до желанной цели остается какой-то шаг, - словом, трудно сказать, что петушку не понравилось, а только он неожиданно сник, напрочь отказывая Ване в его искреннем стремлении овладеть прелестями посапывающей под ним беспробудной труженицы. Растерялся ли Ваня? Конечно, он растерялся. Да и кто бы не растерялся, когда долгожданная цель была под ним, а он ничего не мог сделать, - став на колени, Ваня на все лады поднимал петушка, встряхивал, тискал его и гладил, напоминая, как все получалось у них в ходе бесчисленных тренировок, и как они оба об этом мечтали - сотни раз, стоя под душем или лёжа в постели, стоя в туалете или сидя за письменным столом... нет, петушок не отзывался! Ваня хотел, а он не хотел - и, прикинувшись недееспособным, он глумливо болтался из стороны в сторону, тщетно потрясаемый Ваниными руками, торопливо пытающимися восстановить status quo, - все было тщетно. И Ваня... Ваня вдруг понял, что все напрасно - что сегодня, наверное, не его день. Хорошо, что труженица спала, - не ведая, какая драма разыгрывается над ней, Раиса посапывала, раздвинув ноги, и из ее полуоткрытого грота, поросшего редким диким кустарником, вытекала, сочась, животворящая влага Сереги, и влага Ромика, бывшего перед Серегой, и влага еще бог знает кого, кто был перед Ромиком, не посчитав себя вправе отказываться от удовольствия на этом веселом празднике жизни... бля, хорошо, что Сереги нет, - подумал Ваня, не без некоторого сожаления вставая с ложа, так и не сделавшего в эту прекрасную Новогоднюю ночь его, Ваню, мужчиной - не лишившего его девственности... и здесь, наверное, можно было бы смело сказать, что Ваня остался мальчиком, если бы слово "мальчик" не употреблялось одновременно в совершенно иных - веселых - контекстах. Остается только добавить, что Ваня успел встать вовремя, потому что в замочной скважине вдруг снова проскрежетал ключ, и Серега, приоткрыв дверь, просунул в комнату голову: "Ну, как ты здесь? Кончил?" "Кончил", - в ответ отозвался Ваня ложно бодрым голосом, стоя к Сереге задом - застегивая штаны. "Давай, заходи! На тебе ключ... отдашь его Ромику", - услышал Ваня Серегин голос и, повернувшись, увидел, как в комнату входит, сменяя его у станка наслаждений, очередной пилигрим, жаждущий то ли познания, то ли привычного совокупления... |  |  |
| |
|
Рассказ №1733
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Четверг, 16/07/2026
Прочитано раз: 105130 (за неделю: 69)
Рейтинг: 84% (за неделю: 0%)
Цитата: "Томми лежал на своей матери, какое-то время, пытаясь обрести дыхание. Он положил свое лицо на ее грудь, скользкую от его слюны и ее пота. Лиза сидела перед ним, и он мог видеть как ее пизда, трется о нос и рот матери. Девушка также была мокрой от пота. Обмякший член мальчика, по прежнему находился в теле Кимберли. Он перевел взгляд на руки своей матери. Веревки глубоко врезались в кожу на ее запястьях. Томми усмехнулся, он был еще мал и все еще нуждался в ней, и в то же время он был достаточно в..."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Томми лежал на своей матери, какое-то время, пытаясь обрести дыхание. Он положил свое лицо на ее грудь, скользкую от его слюны и ее пота. Лиза сидела перед ним, и он мог видеть как ее пизда, трется о нос и рот матери. Девушка также была мокрой от пота. Обмякший член мальчика, по прежнему находился в теле Кимберли. Он перевел взгляд на руки своей матери. Веревки глубоко врезались в кожу на ее запястьях. Томми усмехнулся, он был еще мал и все еще нуждался в ней, и в то же время он был достаточно взрослым, чтобы ебать ее.
Через несколько минут он поднялся со своей матери, с интересом разглядывая ее пизду. Губки ее набухли, и раскрылись, его семя, смешанное с ее выделениями, медленно сочилось из нее. Лиза продолжая стонать, елозила по ее лицу. Томми наклонился и пальцем собрал жидкость вытекающею из женщины, еще раз удивившись мягкости ее киски. Его мать застонала во сне, и Лиза сразу устремилась своим клитором в ее приоткрывшийся рот.
"Тебе нравится это, Лиза?" - спросил мальчик.
Девушка покраснела:
"Нет, обычно я не занимаюсь подобными вещами."
"Тогда почему ты делаешь это сейчас."
"Я не знаю. Мне просто хочется кончить этой сучке в рот. Мне кажется, я делаю это только чтобы угодить тебе."
Томми посмотрел на свою мать, волосы которой стали намокать от выделений девушки, сидящей на ее лице. Мальчик вернулся к покупкам, и вытащил из стопки глянцевый журнал, завернутый в бумагу. Под бумагой, на обложке, оказалась фотография четырех женщин на полу. Двое из них облизывали друг друга, а двое других, мочились на них сверху.
"Лиза! Зачем ты купила это?"
Девушка в ужасе замерла, глядя на него. Томми знал такой взгляд, у него самого был такой же, когда мать нашла у него в комнате сигареты.
"Томми: мне жаль:"
Мальчик улыбнулся. Да, в этой девушке действительно спрятано что-то грязное.
"Ничего, этим мы тоже займемся."
Она глядела на него испугано и смущенно, испытывая тайные желания, о которых боялась даже думать. Томми подошел к ней, и провел пальцем по ее взмокшей груди, до соска.
"Мы еще многим займемся. И я буду иметь тебя как захочу, и куда захочу." - Он взглянул на часы. - "Я пойду к другу, поиграть на Сеге, а ты можешь пока тут развлечься с моей матерью, думаю, она не будет против."
"И, Лиза. Если ты хочешь подчиняться мне, у меня есть тебе подарок."
Томми снова вернулся к покупкам и вытащил оттуда кожаный ошейник, копию того, что охватывал шею его матери. Он нацепил его на девушку:
"Вот так. Теперь вы обе мои сучки, и принадлежите только мне."
Быстро собравшись, он побежал к дому Пола.
Вернулся он вечером, как раз к тому времени, когда должна была приехать его старшая сестра, Холли. Мама встретила его в шелковом халате, накинутом на голое тело, Лиза была в кожаном лифчике и трусиках. Мальчик поднялся к себе в комнату, а минут через пятнадцать, внизу, раздался стук в дверь, и Кимберли открыла дверь.
Холли была четырнадцатилетней девушкой, с длинными каштановыми волосами. Она была на пол головы выше Томми. Девушка была одета в традиционную форму Католической школы, белая блуза, черный свитер, зеленая юбка ниже колен и черные гольфы. Зайдя в дом, она потрясенно замерла. Специфический запах окутавший ее, был незнаком, но очень возбуждал. Ее мать, стоявшая напротив, в не застегнутом халате, совершенно не пыталась спрятать свою наготу. Тут же была и их сиделка, в откровенном кожаном нижнем белье.
"Мама, что происходит?"
Кимберли улыбнулась: "Проходи дорогая, мы должны тебе кое что объяснить."
Холли прошла в гостиную и опустилась на диван, рядом с матерью.
"Что случилось? почему вы так одеты?"
"Дорогая, ты знаешь, что такое секс?"
Холли покраснела, но кивнула. В школе им запрещали говорить на подобные темы. Кимберли стала рукой гладить волосы своей дочери.
"Я думаю что настало время, просветить тебя в этом вопросе, любимая."
Холли улыбнулась, она знала, что рано или поздно это произойдет, но сейчас это было полной неожиданностью. Лиза опустилась на пол рядом с Холли, и стала мягко поглаживать ее ногу.
"У тебя есть какие ни будь вопросы?" - спросила мать.
"Хорошо: Что такое секс? Я знаю, что от этого бывают дети, но что это такое?"
Кимберли улыбнулась. Она прижала голову дочери к своей груди: "Холли, секс - это самые лучшие чувства, которые ты можешь испытать."
Холли с удивлением почувствовала руку Лизы у себя под юбкой, а руку своей матери на попке.
"Те еще девственница?"
Ошеломленная Холли кивнула. Рука Лизы, перебралась на чувствительные губки ее киски, и стала медленно их поглаживать. Она напряглась, слушая нежный голос своей матери.
"Это хорошо. Я горжусь тобой: я нуждаюсь в твоей помощи с Томми."
"Томми? А что с ним?"
Кимберли снова улыбнулась: "Ты знаешь разницу, между телом мужчины и женщины?"
Холли зарделась: "Ну не совсем:"
"Я хочу, чтобы ты поднялась к своему брату, вы разденетесь. и он покажет тебе различия."
"ТЫ ХОЧЕШЬ, ЧТОБЫ Я РАЗДЕЛАСЬ ПЕРЕД НИМ?!"
Кимберли еще плотнее прижала ее лицом, к своей голой груди. Лиза засунула голову к ней под юбку.
"Дорогая, тут нечего стыдиться. Все это так естественно."
Холли почувствовала язык Лизы у себя между ног. Одна половина ее сознания захотела подскочить и скорее убежать из этого дома. Однако другая половина, плотно удерживала ее на месте. Она вспомнила, с каким интересом ее брат всегда смотрел ей на грудь. Да и мама этого хотела.
"Ладно, мама, а что мне делать потом?"
Кимберли улыбнулась и поцеловала ее в губы, совсем не материнским поцелуем, который ошеломил ее даже больше чем язык женщины у нее между ног.
"Все что он тебе скажет, дорогая."
Томми, сидел у себя в комнате, на стуле, размышляя о дальнейшей судьбе своей сестры, когда внезапно, она появилась у него в комнате.
"Привет, Томми."
"Холли, я:"
Прежде чем он успел сказать что либо еще, девочка уже стянула, через голову свой свитер, и отбросила его в сторону.
"Видел когда нибудь меня голой, раньше?" - Холли покраснела, но возбуждение уже охватило ее. В комнате появились и мама с Лизой, они с поддержкой смотрели на нее. Томми улыбнулся:
"Нет, ты ведь никогда не раздевалась для меня."
Медленно, она стала расстегивать пуговицы на блузке. Оставшись в белом лифчике, она взялась за одежду брата. С рубашкой она разобралась довольно легко, но когда добралась до его брюк, руки ее задрожали. Томми чувствовал прикосновение ее теплых ладоней, и начал потихоньку заводиться. Девочка стащила с него брюки вместе с трусами, и зачарованно уставилась на первый мужской член в своей жизни.
Томми протянул руки, и легко справился с застежкой, на лифчике своей сестры, выпуская ее маленькие груди наружу. Он слегка надавил ей на плечи, и Холли послушно наклонилась лицом к его члену, задев его щекой. Томми с удовольствием глядел на свою сестру, одетую лишь в юбку и ботинки. Он опустился на колени и помог ей скинуть ботинки и гольфы, после чего запустил свою руку ей под юбку.
"Томми, пожалуйста: я хочу остановиться."
Томми приподнялся, и стал облизывать ее маленькие соски. На мгновение, поглядев ей в глаза, он приказал:
"Снимай трусы."
Глядя на брата, Холли тут же спустила этот кусочек ткани до лодыжек. Мальчик расстегнул кнопки на ее юбке, и она упала на пол, открывая ему все достоинства его старшей сестры.
"Пожалуйста, Томми, остановись. Это неправильно. И с нашей мамой, что-то не так."
Томми усмехнулся, глядя, как Лиза привязывает их совершенно пассивную мать, за поводок, к кровати. Холли посмотрела на брата:
"Томми?"
Мальчик снова улыбнулся, и протянул ей такой же ошейник с поводком:
"А это для тебя, Холли!"
Девочка вскочила, пытаясь убежать, но Кимберли успела схватить ее за руку.
"Пожалуйста, мама, что происходит?"
Кимберли с любовью смотрела на нее:
"Томми, знает что делает. Доверься ему."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 14%)
» (рейтинг: 75%)
» (рейтинг: 64%)
» (рейтинг: 68%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 55%)
» (рейтинг: 80%)
» (рейтинг: 58%)
» (рейтинг: 59%)
» (рейтинг: 48%)
|