 |
| |
| | Я страшно возбудилась от всего этого обряда и потекла, поэтому хуй Свистуния входил как по маслу. Через минуты три он кончил и я вместе с ним. Свистуний обкончал мне всю пизденку так что малофья свободно вытекала из нее. Потом Свистуний зачем-то вставил мне в пизду свисток. | | |
| |
|
| |
| | Ну и вот как-то вечером мы бухали вместе с друзьями, в то время это были таки напитки как родничок и летний сад в пакетиках, ну начали мы где-то в 8 вечера и пили много, к нам присоединились в компанию девочки, (после того как убрались дома и собрали скотину (деревня все-таки) . Сначала мы просто пили и прикалывались, поэтому в начале никто ничего не замышлял и не мог подумать, если честно то и в мыслях не было, что либо осуществить хранящееся в голове, т. е. трахнуть девочку, хотя в то время мы были уже освещены на эту тему по полной программе, если по крайней мере я дрочил постоянно, но не пробовал, хотя очень хотелось! | | |
| |
|
| |
| | Ума не приложу, как чувствует себя на том свете чешская княгиня Либуше. В свое время, еще в девятом столетии, она, по преданию, стоя на холме и созерцая мерно журчащую под ногами Влтаву, предсказала, что вскоре на этом месте возникнет город, равных которому по красоте в мире не будет. С одной стороны, она, княгиня эта, может собой гордиться - угадала-таки. Город возник и быстро стал одним из самых красивых в мире, а в Европе, говорят, - самым красивым. Какими только эпитетами не награждали Прагу | | |
| |
|
| |
| | С этой ночи я жил в двух параллельных мирах. Первый, внешний, был не в фокусе, я рассеяно улыбался и отвечал невпопад. Во втором - жизнь вспыхивала красками и в небе сверкала радуга, когда Санькины руки касались меня. Мы бешено трахались всю оставшуюся неделю до моего отъезда, урывая те немногие моменты, когда нам удавалось остаться одним посреди бурной жизни нашего многочисленного семейства. Ни испепеляющее солнце, ни комары, ни муравьи, ни даже свалившийся однажды ежик не в силах были отвлечь нас от самого приятного в мире занятия. Растягивая удовольствие, я поливал Санькин член медом, а он ерошил мои волосы, стонал, бился и ранил травой спину. | | |
| |
|
Рассказ №18292
|
