Рассказ №18934 (страница 8)

     От охватившего ее стыда Людмила закрыла лицо руками. Но последовала команда... "Убери руки от лица", и она выполнила ее. Без сомнения, Михаил прекрасно понимал все, что сейчас творилось с Пашиной мамой. Но он был безжалостен и хотел без помех и сомнений довести начатую игру до конца. Он подошел к ней вплотную и вдруг, наклонившись, взял обе ее тяжелые груди, стал попеременно целовать соски, впиваясь в них своими губами. Людмила вся вибрировала, стоя перед ним. Губы Михаила и его язык были настолько горячими, что женщину попеременно бросало то в жар, то в холод. Парень вытягивал соски, всасывая их в себя, осторожно проводил зубами по самым нежным кончикам, заставляя женщину вскрикивать, напрягаясь всем телом.
     Но продолжалось все это недолго. Михаил отступил на шаг и оставил трепещущую от желания Люду стоять одну. Она застыла перед ним, обнаженная, с тихим стоном на устах.
     "Теперь ты можешь пососать у меня" - улыбнулся мальчишка. Людмила послушно открыла свои губы, и член парня медленно, но уверенно стал погружаться в нее. Языком женщина проводила по его концу. Она чувствовала языком смазку, обильно выступившую из канала, и еще она ощущала, какой он твердый. Между тем, член Михаила опять, как и в первый раз, двинулся дальше, заполняя собой весь подставленный Людин рот, доставая все дальше и дальше. Когда этот член достиг ее горла, женщина почувствовала признаки удушья. Член пульсировал в ее горле, он ходил взад и вперед, орудуя в ее рту бесцеремонно и уверенно. От удушья по щекам Людмилы потекли слезы. Она захлебывалась членом, тычущимся ей в самую глубину, она задыхалась, и она была счастлива...
     Сколько времени ни один член не потревожил ее покой. Сколькими бессонными одинокими ночами она мечтала об этом миге, предвкушала его, готовилась к нему. Конечно, она втайне, как и всякая одинокая женщина, надеялась хоть сегодня встретить того, кто пожелает воспользоваться всеми этими прелестями и, кроме того, окажется достаточно умел и догадлив. Но что, следом за сыном, это будет его друг, сын ее лучшей подруги... Этого она не могла себе представить даже в своих самых безумных и самых эротичных снах.
     И вот это случилось. И она - Людмила, стоит обнаженная, тряся своими голыми грудями, своим тяжелым задом, стоит на коленях перед молодым парнем, и, повинуясь его приказу, старательно сосет его громадный толстый член. Людмиле было стыдно, но и сладостно. Она поймала себя на том, что издает какие-то нечленораздельные звуки. Своим забитым до отказа ртом Люда мычала сладострастно, сопела, стонала от муки вожделения. Она не молила о пощаде, не просила и даже не помышляла просить о том, чтобы член не душил ее так сильно. Нет, она принимала его в себя жадно, без остатка, на всю длину, и сама перед собой была согласна на то, чтобы этот долгожданный член задушил ее... Одной рукой Михаил взял ее за волосы на затылке и начал двигать головой женщины, насаживая ее рот на свой член в том ритме, в каком ему было приятнее. Теперь Люда чувствовала себя полностью во власти этого молодого стервеца...
     Неожиданно он отступил и выдернул член из ее жадно раскрытого рта. При этом он поднял ее одним рывком, подхватив подмышками. Сунув руку между ног женщины, он присвистнул... "Ну. Людмила Валерьевна, ты и даешь! Не ожидал, что у тебя там такое болото..."
     Людмила от этих слов вся сжалась в комок и попыталась сдвинуть ноги. Но это оказалось невозможно. Твердая рука Михаила, уже проникшая в нее, и, шарившая в ее промежности, повсюду натыкалась на сырость, на липкие выделения, которые обильно вытекали из раскрытого и уже давно готового к сношению влагалища. Одним коротким движением юноша развернул Пашину маму к себе спиной и ловко согнул в талии. Она не успела даже охнуть и полностью осознать свое положение, как головка его члена стала нащупывать себе дорогу среди разверстых половых губок. Согнувшись и упираясь руками себе в колени, расставив полные стройные ноги, Людмила терпеливо ждала, когда обсосанный ею только что член юноши войдет в нее. И это ожидание было не напрасным. Член стал входить медленно, потом рывками стал продвигаться все глубже и глубже, заставляя раскоряченную женщину вскрикивать и приседать на полусогнутых ногах. Войдя полностью член Михаила уперся в матку и стал методично двигаться. И только тогда Люда поняла, что ничего подобного она не испытывала никогда в жизни...
     У женщины было такое чувство, что в ее пизде ворочается здоровенный шкворень. И вот этот агрегат методично бился в ее подставленную матку. Поначалу это было безумно больно. Ничего столь болезненного Людмила себе представить раньше не могла. Внутри ее как будто все разрывалось. Металлический стержень трахал ее со страшной силой, она чувствовала себя совершенно изувеченной, расколотой пополам, раздираемой страшным молотом, который все бил и бил внутрь ее не переставая. Людмила кричала и, выпучив глаза, хрипела, глубоко насаженная на этот стальной член... Из глаз ее катились слезы, горлом бедная женщина издавала хрипы и невнятные мольбы о пощаде, стоны. Люда даже представить не могла, что сношение может оказаться столь физически чувствительным. Но долго думать на эту тему женщина не могла, потому что постепенно начала чувствовать, как боль, не проходя сама по себе, начинает доставлять ей невыразимое наслаждение. Вернее, конечно, не сама боль, а то, что она несла с собой - наслаждение, ни с чем иным, испытанным ранее ею не сравнимое. Мощь, напор, жестокость, с какими Мишин хуй раздирал ее воспаленное истекающее влагалище, заставляли Людмилу с каждым ударом по матке сжиматься и трепетать. На нее стал накатывать вал возбуждения. Он прокатывался по ее телу, и постепенно женщина почувствовала, как ее настиг оргазм. За первым оргазмом последовал второй.
     Сношение не прекращалось. Людмила, все также прочно насаженная на член, так и кончала, полу присев и дергаясь в руках Мишки. Обеими руками он держал ее за огромный трясущийся в экстазе, зад, а сама женщина чувствовала, как немилосердно он вгоняет свой удивительный член в нее с каждым разом, казалось, все глубже и глубже. Мишка действительно не щадил и себя. Его крупные яйца ударялись с каждым разом о голый зад Пашиной мамы со смачным шлепаньем. Зверское сношение, которому подвергалась Людмила, все больше вгоняло ее в перманентный оргазм, из которого она не могла вырваться. По ляжкам ее текли выделения, которые периодически брызгали из измученное влагалища женщины. Комната оглашалась ее стонами, вскриками, полными боли и блаженства, в которых смешивались просьбы о пощаде и мольбы о продолжении. Изо рта разгоряченной Пашиной мамы вместе со стонами и хрипами теперь беспрестанно текла тягучая слюна, которую она уже не могла удержать. Люда не могла закрыть рот, постоянно открытый в крике, и тягучая слюна похоти вытекала и капала на ковер перед ее красным от натуги лицом. Ответом на крики женщины было только сопение Михаила и звучные шлепки его яиц о ее голый зад
     Наконец, Люда почувствовала, как член, шурующий внутри нее, стал еще тверже прежнего, как будто еще сильнее раздался вширь, и горячая струя спермы залила ее измученные внутренности. Мальчик в это мгновение замер, наслаждаясь, и Люда тоже остановилась, неподвижно повиснув на члене, заливающем ее влагалище. Теперь она чувствовала невыразимое облегчение, ощущая, как в нее извергается обжигающий поток мужской силы...
     Когда этот поток иссяк, и Михаил вынул член, Людмила, будучи не в силах больше стоять, повалилась на ковер. Она так и лежала, широко расставив ноги и постанывая. Михаил перешагнул через нее и сел в кресло, а потом легонько коснулся ногой лежащей женщины. Голос его был хрипловатый, он тоже старался отдышаться от проделанного упражнения... "Вставай, не разлеживайся, я хочу на тебя посмотреть". Измученная женщина подняла с пола пылающее лицо. Взгляд ее был мутным и безумным, глаза еще были нежными и хранили в себе недавно пережитое наслаждение. Несколько мгновений она смотрела на сидящего перед ней в кресле Мишку, не в силах понять, чего он от нее хочет. Наконец, она приподнялась на локтях и села в его ногах. Тогда он еще раз пошевелил ногой, толкнув ее слегка в высокую грудь,
     "Ты, шлюшка, ты чего, совсем одурела? Очнись и вставай".
     Постепенно она поняла, что от нее хочет ее ебарь. Она встала. Двигаться было больно, внутри развороченного влагалища все болело, она не могла сдвинуть ноги. Людмила с трудом, широко раздвинув ноги и смешно оттопырив свой крупный зад встала и попыталась повернуться. Она стояла под взглядом друга своего сына и ежилась от стыда, одновременно ощущая вновь в груди покалывание подступающего вожделения. Она чувствовала, что ему приятно видеть, до какого жалкого состояния он ее довел, приятно смотреть, как она, ковыляя своим растертым раздроченным влагалищем, покорно показывает ему всю себя. Между ног ее продолжали течь выделения, смешавшиеся теперь со спермой Михаила, но женщина больше не обращала на это внимания.
     Михаил пытливо рассматривал Людмилу, которая вновь присела на ковер у его ног. "Ну что, соска, проняло тебя? Чувствую, что проняло!". Людмила приникла губами к его колену, потом губы ее переместились на внутреннюю поверхность бедра. Пользуясь тем, что Миша расставил колени, женщина опять потянулась к его члену, который висел между ног. Она удобно устроилась между колен юноши и стала рассматривать головку члена, иногда целуя его и посасывая.
     Юноша велел Люде пойти в ванную, и принести бритвенные принадлежности. Мишка не мог без смеха смотреть на мать своего друга, которая еле ковыляла и поминутно стонала, держась рукой за растерзанную попу, как будто это могло облегчить ее участь. И это та женщина, о которой он так часто мечтал, дроча бессонными ночами. Вернувшись, Людмила подчиняясь уверенным указаниям юноши, села, раздвинув ноги, намазала свои волосы пеной, и, аккуратно начала сбривать их. Наблюдая, как мать его друга бреет перед ним свою пизду, освобождая свое залитое спермой влагалище от волосяного покрова, юноша почувствовал, что он опять хочет эту роскошную шлюху.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ] [ 9 ] [ 10 ] [ 11 ] [ 12 ] [ 13 ]

Читать также в данной категории: