 |
| |
| | В следующий момент продюссер сфокусировал свое дорогостоящее внимание на тщетных потугах наших англикосов спасти еду, ещё через мгновение его мозг оценил тот беспредел, что пытались произвести его подопечные. "Блядь, вы суки неразумные! Что же вы за козлихи-то такие, на хуй!?" - громко обратился продюссер к весело жующей массовке. С этими словами он, проявляя неожиданную для его животастости прыть, подскочил к ближайщей стайке девиц и короткими по-футбольному точными пинками начал отгонять их от кормушки. Действия продюссера привели шоу-girls в ужас. Coffe breaks были спасены. | | |
| |
|
| |
| | Он чувствовал как вторая проститутка начала стягивать ему теперь и локти. Он начал кричать, но первая шлюха быстро зажала ладонью ему рот. Закончив с руками, девушки заклеили парню рот скотчем и потащили своего связанного пленника по переулку. В конце темной улицы стояла машина, подойдя к ней девушки без труда запихнули сопротивляющегося пленника в багажник, и крепко связали ноги. Парень лежал и мычал в багажнике, а эти шлюхи о чем то громко спорили. Договорившись они захлопнули крышку багажника и машина тронулась. Ехали долго, около часа. Машина остановилась и багажник открылся, девушки вытащили брыкающегося Диму и не выпуская из рук, занесли в какой-то дом. | | |
| |
|
| |
| | Раздевайся-раздевайся, прокричал я из-за ширмы, при этом я сам сначала испугался своих слов. Я сейчас выйду, добавил я, что бы избавиться от мучительной тишины безответности. Сам же стал одеваться медленнее и не отрывался от щели. Наталья уже покраснела. Она повернулась спиной к целителю, скрестив руки перед собой, взялась за краешки обтягивающей фигурку кофточки и потянула ее вверх. Она всегда очень трепетно подходила к выбору нижнего белья, поэтому сейчас она была даже рада возможности покрасоваться перед посторонним мужчиной, нечасто приходится показывать себя кому-то, кроме собственного мужа. Я, немного полюбовавшись столь волнующим зрелищем сквозь ширму, оделся и вышел. Мне было предложено присесть на стул, пока целитель осмотрит Наташу. Она стояла, максимально выпрямив спину и, по просьбе врача, выполняла различные манипуляции телом. Он же водил пальцами вдоль ее позвоночника, местами надавливая и прощупывая что-то. Было интересно наблюдать за действом со стороны. Когда человек мастер своего дела, за ним всегда интересно понаблюдать, а когда в его руках слегка прикрытое тело вашей жены, это тем более привлекает внимание. Я вдруг понял, что его фоновое до этого момента бормотание, это комментарии процесса. Стало немного неудобно, ведь он старался рассказать мне что-то, а я погрузился в свои фантазии. Теперь я внимательно слушал все, что он говорил. Собственно он лишь проговаривал названия мышц и сообщал их состояние. Периодически он просил свою пациентку принять то, или иное положение. То, как он ее ставил, смущало и мою супругу, и меня самого. Не то, чтобы это были слишком непристойные позы, просто сам процесс был нестандартен. Хоть и врач, но все же мужчина ощупывает женщину в присутствии ее мужа, да еще и просит ее всячески выгибаться и наклоняться. Пока он осматривал спину, я еще успокаивал себя, но принципом его метода было то, что он за время сеанса не оставлял без внимания ни одной мышцы, пусть даже она и не беспокоила пациента. Я понимал, что он вот-вот попросит развернуться мою жену. Если бы она готовилась к такому осмотру, то, конечно, надела бы закрытое белье, больше похожее на одежду для занятий спортом. Сейчас же на ней был настолько открытый бюстгальтер, что кружевная линия проходила над самым выступом сосков. Мне очень нравилось, когда Наталья надевала такое белье. Грудь была высоко поднята, и каждое движение открывало взору розовый ореол, а иногда и сам сосок. Я сидел за спинной врача, чуть правее от него. За время осмотра он не раз просил Наталью поднять руки вверх, и я ни разу не замечал, что бы она поправляла бюстгальтер после каких-то телодвижений. Я замирал при каждом слове доктора, ждал, что он попросит ее повернуться, но эта фраза все равно словно ударила меня. Повернитесь, пожалуйста, произнес он. Движения моей супруги казались мне кадрами замедленной съемки. В висках тарабанил пульс, все сжалось внутри и лицо охватило жаром. Наверняка, многие из вас бывали в ситуациях, которые вызывали подобные ощущения. Очень волнующее и возбуждающее чувство. С одной стороны ревность, стыд, какая-то непонятная жадность будто бы он собирался воспользоваться ею, одновременно с этим, желание предложить отложить осмотр на другое время, но с другой стороны, где-то в глубине, не давала покоя мысль о том, что сейчас я буду свидетелем чего-то необычного. Попытка успокоить себя тем, что это всего лишь врач и для него это стандартная ситуация, не дала никаких результатов. Когда она повернулась, я заметил, что врач на какое-то время отвлекся, он осматривал мою жену, как и я. Мы смотрели на женщину, взволнованную ситуацией, ее дыхание участилось. При каждом вдохе, грудь поднималась. От этого, и без того уже заметный контур ореола, открывался все больше. Она явно была возбуждена, кожа вокруг сосков приобрела характерный, более темный, чем обычно цвет и немного сморщилась, кроме того, стали заметны увеличившиеся соски. Она знала об этом, старалась не встречаться глазами ни с кем из нас. Этот знакомый мне блеск в глазах: Похоже ей нравилось шокировать меня. В таком наряде, она казалась еще более развратной чем, если бы она была совсем голой. Белоснежный, почти не скрывающий грудь, бюстгальтер, длинная черная юбка и обнаженные ступни ног, давали странный эффект, как бы недосказанность. Юбку чуть выше колен поднимите, попросил доктор. Наталья покорно, как мне показалось, излишне низко нагнулась и, взяв руками край юбки, выпрямилась. При этом она задрала подол намного выше, чем ее просили. Когда врач, осмотрев суставы, предложил провести первый сеанс прямо сегодня и сказал, что в обход кассы, это будет дешевле, я уже был не способен над чем-то думать. Ну, как вы? Он переспросил, так и не получив ответа. Если не начнете сейчас, то вас второй раз сюда не затащишь, почувствуете эффект и решите, продолжать или не стоит. Даже если бы мы и решили отказаться, то хотя бы оправдывающую причину нужно было выдать. В общем, так или иначе, мы согласились. Вернее ответ дала моя жена, а я лишь одобрительно кивнул. И снова последовала обжигающая слух фраза. Раздевайтесь, произнес доктор и жестом показал на ширму. Насколько нужно было раздеться, он не сказал, жена моя не спросила, а я не находил себе места. В каком же виде она выйдет? Вышла она, обернув себя простыней, которая лежала в пакете забытом мной. Простыню она держала рукой на груди. Однако простыня должна была лечь покрывалом на кушетку и жене моей пришлось остаться в одних трусиках. Это были скорее маленькие шортики из плотного кружева. Вещица довольно таки красивая и не открывающая лишнего. Началась процедура. Я уже со странным ощущением удовольствия наблюдал, как по телу моей супруги скользят смазанные каким-то маслом руки доктора. Пациентка тоже вкушала прелести массажа. Разогрев, довольно приятная процедура, а после, очень болевые воздействия во время которых, даже мне хотелось взвыть от боли, но после которых, в теле ощущалась такая легкость, что хотелось повторить. Она ели сдерживала крик, на глазах появились маленькие капельки несдержанных слез, от которых немного потекла тушь. Болевые приемы чередовались успокаивающими, почти ласкающими поглаживаниями и растираниями. В такие моменты на лице появлялось блаженство. Она уже не стеснялась смотреть на меня, даже дразнила. Когда было больно, она прикусывала губу. Ее негромкие вскрикивания, стали больше похожи на сладострастные постанывания. Дыхание стало тяжелым, лицо сильно раскраснелось. Она была очень возбуждена и даже не старалась скрыть это. Наоборот всем своим видом она подчеркивала это. Когда врач работал над ее поясницей, она прогибалась изо всех сил, то выпячивала попку, то прижималась лобком к кушетке. Не заметить ее странного поведения уже было невозможно. Наверное, и на моем лице было написано, что я готов кончить от одного прикосновения к члену. Тем временем, руки доктора опускались все ниже. Он уже приспустил широкую резинку белья на несколько сантиметров. Он ничего не говорил, но и мне, и моей жене была понятна причина небольшой паузы. Растирать нежную кожу через кружево было не очень то удобно. Супруга не стала дожидаться предложения. Она приподняла попку и медленно спустила трусики почти до колен. При этом, она так согнулась, что ее попка едва не коснулась груди сидящего позади ее доктора. Все это время она, не отрываясь, смотрела мне в глаза. Ее глаза были преисполнены похоти. Опускаясь, она расправляла перед собой простынь, а когда руки были на уровне груди, она поправила ее, но не просто удобно уложила, сильно сжала и оттянула соски. Сидящему сзади врачу, не было заметно этих подробностей, но акт ласки не остался незамеченным. Он уже понял, что является участником некой игры. Он давно заметил, что супруги, находящиеся в его кабинете, оказались в подобной ситуации впервые, что ситуация эта вызвала интерес у обоих, и что они совсем не против подобного эксперимента. Дошла очередь до ног. Я уже говорил, без внимания не оставлялась ни одна группа мышц. Естественно было необходимо немного расставить ноги, но этому мешали трусики, которые так и остались на уровне колен. До последнего момента, я надеялся, что это небольшое развлечение, игра закончится на этом. Трусики должны были оказаться на прежнем месте, они больше не мешали. Я ошибся! Моя супруга села на кушетку и сняла их совсем. Она стояла абсолютно голая. Ты не против, милый, неуверенно сказала она. Не знаю почему, но я не стал возражать, хотя сам вопрос и голос были поставлены так, что она как будто спросила разрешения на то, что бы ее поимели на моих глазах. Самое интересное то, что я был согласен и на это и всем своим видом давал им обоим понять это. | | |
| |
|
| |
| | Я чуть не визжала от удовольствия - это было потрясающе! Он лизал долго, проникая языком в саму дырочку, а когда я уже была на пределе, перешел к киске, немного потрахал ее языком и наконец-то приставил к входу во влагалище головку своего члена. После моего пальчика и его языка моя киска была готова к чему-то большему, так что мне не было очень больно. Мне нравилось, что меня трахает взрослый мужчина, к тому же мой начальник, и я скоро кончила. Он тоже кончил, и, не смотря на то, что был уже второй час ночи, собрался и уехал. Следующие два дня у меня были выходными, а когда я снова вышла на роботу, он завел меня в какое-то подсобное помещение и там оттрахал в обеденный перерыв. Это было немного унизительно, но так заводило, что мне хотелось снова. Так было почти каждый день. Иногда он ругал меня при других сотрудниках, за мелкие ошибки, а потом заводил в свой кабинет или в подсобку и там трахал, как бы в наказание, но нам обоим нравилось. Иногда мы делали это, закрывшись в комнате охраны, так что я думаю, охранники знали о наших отношениях. Редко, когда не было родителей, мы занимались сексом у меня, иногда в его машине. Ему нравилось, как он говорил "трахать молоденькую сладкую конфетку". Через два месяца я уволилась, потому что начался сентябрь, и я ходила в школу, но мы встречались еще полгода. | | |
| |
|
Рассказ №19187
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Суббота, 01/04/2017
Прочитано раз: 97262 (за неделю: 68)
Рейтинг: 59% (за неделю: 0%)
Цитата: "Верно говорят, что женщину лучше чувствует женщина, чем мужчина: первой под воздействием как раз женского языка добралась до оргазма Валя: знакомо заскулила. Из занимаемой мною позы можно было видеть зад Вали, которая опустилась на Нинино лицо, прижавшись к нему вагиной, завздрагивала, и, наверное, замотала головой, как обычно. Есть! Валя сползла в сторону и затихла...."
Страницы: [ 1 ] [ ]
Я уставился на Валю. Она поставила на стол стопку чистых тарелок, положила вилки. Немного помявшись, пробормотала, уставившись в пол:
- Понимаешь: Только не сердись, ладно?
- Пока не понимаю.
Я, кажется, сердился, но быстро сообразил, что с торчащим из расстегнутых брюк членом это может выглядеть несколько нелепо, попытался затолкать его обратно. Не особо, впрочем, успешно.
Увидев это, обе дамы хмыкнули.
- Ну понимаешь: Если ты не против, конечно: В общем, если ты не против, то мама: в общем:
- И чего замолчала, доча? Ладно, в общем, так. Она хотела сказать, что если ты не против, я сегодня проверю, какой у моей Вали мужчина. Мы с тобой вдвоем, или все втроем, как пожелаешь. Ты как на это смотришь?
Я обалдело посмотрел почему-то на стол.
- Ну, правильною После ужина. Мы ведь еще не всё съели и выпили. Так как? Согласен?
Не дожидаясь ответа, обратилась к дочери:
- Видишь - он не против, а ты боялась. За стол! А всё остальное - потом.
- Да подождите вы! Я же еще не сказал "да"!
- Зато член твой сказал. Кстати, Валя. Пока предварительно оцениваю твоего кавалера на четыре с плюсом: член есть, размерчик подходящий, на ногах стоит уверенно.
Я опять стал заталкивать член в на место под трусы и в брюки, но Нина остановила меня:
- Да пускай воздухом подышит. Потом спрячешь, когда упадет. Садись пока к столу, на свое место.
Подмигнула, и тоже направилась к столу, но села не на стул, как до того, а примостилась рядом со мной на диване:
- Привыкать мне к скрипу надо.
Разумеется, продолжение ужина оказалось несколько скомканным. Мы почти не прикасались к еде, но довольно резво опустошали бутылки. Я даже стал опасаться, как бы не опьянеть чрезмерно. А уж разговор пошел такой - хоть стой, хоть вались:
- Валюша, доченька, Ну-ка скажи: любишь пососать у него?
- Мама!
- Да ладно тебе! Дело-то житейское. Помню, когда я тебя учила, ты не очень-то охотно сперму проглатывала. У этого: Васи: или Пети: помнишь? Специально приглашали. У него не яйца, а целый спермозавод был.
Я сидел, слушал, и постоянно приглаживал волосы на макушке. Казалось, они все время становились у меня дыбом. А Нина как ни в чем не бывало продолжала:
- Мужчинам же обычно нравится, когда миньет до самого конца: отсосешь, проглотишь, и еще и сделаешь вид, что вкусно. Ну, ты это знаешь сама.
Нина повернулась ко мне:
- Глотает? Или выплевывает?
- Да мы как-то и не: В общем, не это:
- Как - не это? Ты же сказал - Валюха тебе исправно миньеты делает?
- Мам! Ну, делаю. Только ему не нравится, чтобы: ну: до конца.
- Так это не ему, а тебе не нравится, когда мужик в рот спускает! А он видит это - и жалеет тебя. Так ведь? - повернулась ко мне.
- Ну: примерно так.
- Вот! Сейчас посмотришь, как мамка твоя стариной тряхнёт.
И опять ко мне:
- Отсосу по полной программе. А между ног засунуть всегда успеешь.
Тут уж и мне шлея под хвост попала:
- Значит, Валь, тебя мама научила делать миньет какому-то Петьке-Ваське? А со мной стесняешься?
- Нет! Я всему тому, что мы с тобой в постели делаем, на заочных бесплатных курсах научилась, - огрызнулась Валентина. И в рот брать, и шкурку таскать, и в разных позах трахаться. А тебя кто учил кунилингус делать и прочее всякое-разное? Тоже в журнале "Здоровье" прочитал?
От выпитого, от таких разговоров стало жарко, и я расстегнул верхние пуговицы на рубашке.
- Сними её совсем. И мы с дочей тоже чуть-чуть разденемся. Да, Валюша?
В считанные секунды Нина осталась топлесс. Высвобожденные из чашек бюстгальтера, ее груди оказались чуть пышнее Валиных, но такие же округлые, с четко выраженными ореолами и сосками-горошинками, и на вид молодые и упругие. Помедлив, освободилась от верхней част одежды и Валя. Судя по всему, пора отодвигать от дивана стол и раскладывать диван: комната в квартре одна, и всё, что должно произойти, может произойти только здесь.
Диван разложен, чистая простыня его покрывает, девушки - в душ!
М-да. В душ они пошли вдвоем, и довольно долго шумела вода.
Вышли обе с блуждающими глазами. Наверное, сказалось количество выпитого: почти две бутылки крепкого вина.
- Тебе помочь?
Одинаковые халатики сделали женщин еще более похожими друг на друга.
- Спасибо, сам справлюсь.
- Ну ладно. А то можем помочь. Яйца намылить, например.
Кто это сказал? Уже никакой разницы.
- Сам намылю.
- Не перстарайся только. И побыстрее, а то мы уже скучаем. Да, мама?
Ого! Валя уже на язык впереди мамы? Подошла к маме сзади, запустила к той руки за пазуху:
- Мамуля! Я по твоим сисечкам соскучилась!
- Это у тебя сисечки, а у меня классная грудь. Вот! Смотри!
- Ладно, девочки. Я быстренько. Разминайтесь пока.
- А как же! Приходи.
Я нырнул в ванную, быстро, но тщательно помылся, и, поскольку халат для меня приготовлен не был, явился к дамам в полотенце.
Нина всё же чуть-чуть крупнее дочери: и груди побольше, и зад пошире, да и талия тоже. Впрочем, различия совсем невелики, и проще всего отличать их друг от друга можно было лишь по волосам на лобке: у матери - в первозданной красе, у дочери - свеженький бикини-дизайн.
А дамы были уже неглиже и правда разминались! Обнимались, целовались, тискали друг друга за груди, что-то шептали друг дружке и хихикали. Увидев меня, откатились в стороны и одновременно похлопали ладошками на освободившееся пространство между ними: мол, давай сюда!
Я принял приглашение, отбросил ненужное уже полотенце и забрался между двух голых женских тел. Никогда раньше не доводилось мне оказаться в постели одновременно с двумя женщинами, и я опасался, что на двух у меня может не хватить: нет, не здоровья, а просто внимания.
Опасения оказались напрасны. Когда я ласкал мать, груди или вагина дочери оказывалась в её власти, а дочь при этом ласкала меня. Потом я ласкал дочь, а она уделяла внимание матери, которая в это время активно шалила с моим членом и яичками. Порой они оставляли в покое друг дружку, и все их нежности доставались мне.
От более продвинутых в этом вопросе товарищей я слышал, что с двумя женщинами мужчине в постели ничего не достанется, потому что они будут заняты исключительно друг дружкой, но нет, не в этом случае.
Конечно, нужен был руководитель, чтобы процесс стал более или менее равномерно приятен всем. Руководство, как наиболее опытная, приняла Нина. Она и составила в конце концов финальную конструкцию их трех тел: легла на спину, раздвинув колени и отправив к своей обрамленной густыми кудряшками расщелине моё лицо. Валя была поставлена на четвереньки так, чтобы ее художественно выбритая раковинка оказалась точно над лицом Нины. И завершающий процесс пошел!
Я вылизывал текущую чуть ли не ручьем вагину Нины, помогая себе пальцами, а та, как я мог догадываться, работала губами и языком между ног у Вали. И только прерывистое дыхание всех троих, да иногда чмокающие и хлюпающие звуки раздавались в тишине.
Верно говорят, что женщину лучше чувствует женщина, чем мужчина: первой под воздействием как раз женского языка добралась до оргазма Валя: знакомо заскулила. Из занимаемой мною позы можно было видеть зад Вали, которая опустилась на Нинино лицо, прижавшись к нему вагиной, завздрагивала, и, наверное, замотала головой, как обычно. Есть! Валя сползла в сторону и затихла.
Я интенсивнее заработал языком. То ли от этого, то ли Валин оргазм на нее так подействовал, но почти сразу же стала кончать Нина. Эта не скулила, а выгибалась дугой и громко кричала непристойности! Потом схватила меня за что придется (это оказались уши) и потянула на себя.
Я вошел. Влетел. Вонзился. Сразу на полную длину.
Нина кричала и подмахивала. И я тоже закричал, почти сразу же.
Мы орали и прыгали: я на Нине, она подо мной. Под нами что-то текло и чавкало, хлюпало и брызгалось, а яйца толчками выбрасывали сперму в самую глубину горячего мокрого скользкого влагалища. Мышцы его судорожно сжимались, отчего я никак не мог остановиться и успокоиться: при каждом сжатии вскрикивал, дергался, и старался всунуть еще глубже!
Страницы: [ 1 ] [ ]
Читать из этой серии:»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 56%)
» (рейтинг: 31%)
» (рейтинг: 65%)
» (рейтинг: 29%)
» (рейтинг: 56%)
» (рейтинг: 58%)
» (рейтинг: 70%)
» (рейтинг: 71%)
» (рейтинг: 50%)
» (рейтинг: 49%)
|
