Рассказ №2309 (страница 2)

      Ленка с удовлетворением подергала путы:
      - Полежи тут, послушай поезда.
      - Он что, на электричке ездит?
      - Этот - да.
      - Ну у тебя и клиенты! А он не удивится?
      - Да какая ему разница? Ко мне он уже привык, начинает скучать. А тут свежак. Лицо, однако, я тебе прикрою - незачем светиться. И трусики в рот набью.
      Я слегка обеспокоилась:
      - А это-то зачем?
      - Ну, голос...
      - Он что, может голос узнать? Так мы знакомы?!
      - Ох, заткнись, Галыч! - проворчала Ленка, аккуратно вталкивая мои же собственные трусики в мой рот, а затем заклеивая губы широким пластырем. - Ты слишком много говоришь, сестра.
      В этот момент я расслышала шуршание гравия под чьими-то отдаленными шагами, потом стук входной двери.
      Ленка поспешно накинула на мое лицо капюшон, потом вышла встречать.
      - Подготовила кого-нибудь?
      Я дернулась всем телом, но ремни держали крепко: это был голос отца!
      - Да, заехала тут одна телка.
      - Ничего?
      - Сейчас увидишь. Только стесняется лицо показывать.
      - Да на кой мне ее лицо? Надеюсь, цена ее устроила?
      - Ну а как бы я ее иначе привязала? Давай, приступай. А я пока листья во дворе посгребаю.
      Я почувствовала знакомые руки, тщательно обследующие мой живот, внутреннюю сторону ляжек, груди. Ах, сука, что придумала! Во мне боролись злость и восхищение собственной младшей сестрицей. Примешивалось и что-то еще. Оно росло, становилось все сильнее, и, наконец, я поняла: во мне нарастало бешеное возбуждение. Ведь все было совсем как когда-то, может быть, даже лучше. Сейчас будет долго исследовать мое тело, изучать его. Я знала даже последовательность его движений: шея, уголки губ, уши. Несколько нежных поцелуев, покусывание мочки. Правая рука вслепую бродит в зарослях. Груди, соски - Боже, как мгновенно они набухли! Вот и упругое колечко его губ, палец, прорывающийся в скользкие недра. Сосет, посасывает, постанывает, трется лицом, щекой. Длинные музыкальные пальцы с аккуратно обстриженными ногтями широко растягивают вход там, внизу. Резковато, со мной он бывал осторожнее. Со мной! А сейчас перед ним просто очередное тело, теляк, телка. Наверное, я крепко изменилась за эти семь с половиной лет. Естественно. Повзрослела, сформировалась. Чего ж церемониться с такой крупной и растраханной пиздой?
      Попеременно посасывая то один, то другой сосок, он ввел во влагалище почти всю ладонь и медленно проворачивал ее там. Было приятно, очень приятно. Знакомая рука. Потом подошла очередь крема. Кремчик тоже выбран неслабый - я сразу ощутила доводящее до безумия жжение. Сейчас только бешеный трах мог бы утихомирить пожар между ног.
      К счастью, он тоже уже дышал тяжко, с трудом. Все-таки, возраст. Стал неловко взгромождаться на меня, грузно навалился, развел губы и несколько раз безуспешно попытался вправить восставший член.
      Я безумствовала под ним, жаждала, стонала.
      Наконец, он ворвался и началась гонка. Он накачивал меня напористо, мощно, думая только о своем наслаждении - такое женщина всегда чувствует. Если бы он знал, кто под ним, было бы по-другому, но я не уверена, что было бы лучше. Мне почему-то нравилось, что он просто использует меня для своих нужд. Я почувствовала первую волну и стала кончать - обильно, остро, отчаянно. Трусы не давали кричать.
      Он не обращал внимание на мои корчи. Сосредоточенно трудился. Он всегда подолгу не кончал.
      Ноги мои были широко разведены и закреплены ремнями, поэтому он смог подвести руку снизу и вонзить палец мне в зад. Нет, не для того, чтобы доставить мне дополнительное удовольствие - просто ему так нравилось. Ускоряло наступление оргазма.
      Меня опять захлестнула волна. На самом ее излете он стал мощно, обильно кончать. Изливаться. Извергать. Потом расслабился, затих и некоторое время лежал на мне мешком, успокаивая дыхание.
      Я тоже старалась не дышать, наслаждаясь весом его тела, прижимаясь к нему, впитывая его запах. Как уютно, какое чувство безопасности, покоя!
      Наконец, он сполз, покряхтывая, довольный. Зашелестел одеждой, прошлепал к дверям.
      - Ле-е-на-а! - голос казался благодушно-веселым. - Я го-ото-ов!
      Послышался ответ Ленки, затем оба вернулись в комнату.
      - Ну как?
      - Ништяк. Вполне стоит своих баксов. Где ты ее выкопала?
      - Через знакомых. Экс-профи, пару лет оттрубила в Германии, в дешевом бордельчике для чурок. Хозяйка поставила на анал.
      - Что значит "поставила"?
      - Эти, с Ближнего Востока, любят ебать белых девочек в попку. Поэтому в таких бордельчиках всегда есть парочка жопниц. Нравится им это или нет - никто особенно не спрашивает. Просто хозяйка подбирает зад покрасивше и дает распоряжение охране его разработать. Сначала используются просто пальцы, потом в ход идут искусственные и просто собственные члены. Это занимает две-три недели - и готова попница. Хочешь посмотреть?
      - Конечно!
      Ленка ловко отстегнула один из ремней и, резко закинув мою ногу вверх, оттянула половинку:
      - Видал?
      Я ощутила длинные музыкальные пальцы, ощупывающие, изучающие, растягивающие мой вход.
      - Н-да, впечатляет! Куда положить деньги?
      - Да скрути их трубочкой и засунь ей туда, - равнодушным тоном посоветовала эта змея.
      Я услышала шуршание бумажек, потом тугой жгут вошел в мой задний проход и несколько раз подвигался там словно член.
      - Надеюсь, ей приятно! - засмеялся отец.
      - Спросим у нее самой? - отозвалась Ленка.
      Она просунула руки под капюшон, аккуратно отклеила пластырь и извлекла из моего рта трусы.
      - Тебе понравилось, подстилка? - спросила она меня.
      От ярости у меня буквально потемнело в глазах. Она отлично знала, что после того, как отец увидел мою разъебанную попу, я не посмею признаться, кто я. Ведь для него я была примерной дочерью, отличницей, поступившей в Мюнхенский университет!
      Я молчала.
      - Снять с тебя капюшон, блядюшка? - снова спросила Ленка.
      Я в испуге замотала головой.
      - Видишь, она не хочет! - повернулась Ленка к отцу. - Стесняется. А хорошо ты ее отоварил! - я почувствовала ее пальцы, нащупывающие вход и мои малые губки. Наконец, она ухватилась за них и принялась безжалостно подергивать. Потом настала очередь клитора.
      Я сцепила зубы и молчала - отец мгновенно узнал бы меня по голосу.
      - Ну, мне, пожалуй, пора, - поднялся он. - Мать будет волноваться. Нет, не провожай. Созвонимся!
      Хлопнула дверь, и Ленка разразилась громким хохотом, попутно отстегивая мои ремни.
      - Ну что, классно я вас обоих разыграла, а?
      Я села, не зная, что сказать. Это было действительно классно, тем более, что несколько минут острого страха теперь лишь усиливали наслаждение от пережитого. Очень медленно я остывала, успокаивалась.
      - Деньги-то достань! - хмыкнула Ленка. - Ты их заслужила.
      Я извлекла трубочку, развернула. Там оказалось 200 баксов. Некоторое время мы молчали. Теперь, когда возбуждение от игры спало, сестра снова казалась тихой и умиротворенной.
      - Послушай, что же ты будешь делать тут одна, зимними вечерами? - спросила я.
      - Видишь ли, я немного пишу - стишата. Пока это не совсем то, что хотелось бы, но со временем...
      Да, со временем.
      - Ну, и конечно минеты, минеты, минетики, - добавила Лена..
      Она была признанной вафлисткой, моя младшая сестра. Немного иная специализация, чем у меня.
      Пока мы беседовали, пили чай, высыпали звезды. Мы вышли из дому. Было тихо. Только деревья слегка гудели свое в вышине.
      Путь до электрички недлинный. Полумертвый курортный город, погруженный в темноту.
      - Приезжай еще, - говорила она, прощаясь на перроне. - А то просто не с кем словом перемолвиться. Можешь приехать и с мужиком - отоварим по первому сорту... Конечно, привет маме-папе... - Она хмыкнула. -Не забывай!
      Электричка дернулась, поплыли назад дачи, деревья, стройная фигурка в длинной хламиде на перроне.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ]

Читать также в данной категории: