 |
| |
| | Когда сестра пригласила меня на вечеринку, я не думала, что там будет что-нибудь интересное. Но вдруг увидела Его, стоящего в другом углу комнаты. Через минуту наши глаза встретились, и поняла, что это мой шанс.
| | |
| |
|
| |
| | Под рубашкой у Дарьи оказался лифчик от купальника, синий с зеленым. Я протянул руки и моим ладоням стало тепло и упруго, я коснулся ее буферов. Они оказались именно такими, как представлялись мне по ночам, когда я мечтал, что поцелую Дашку, судорожно комкая уголки шерстяного одеяла, упругие и податливые. Еще сиськи были горячие, жаркие такие. И сквозь тонкую шелковистую ткань я почувствовал ее соски. Они были не очень твердые, как я ждал, но на прикосновение отозвались, как будто вздрогнули. | | |
| |
|
| |
| | Её киска плотно прижалась к моему члену, а её руки обвивали меня крепко обнимая. Её голова была близко к моей и мы начали чувствовать томное дыхание друг друга, уже спустя секунду наши губы слились в поцелуе, а затем и ещё в одном уже более страстном, наши языки переплелись и слюни так и кочевали из-за рта в рот. Одна её рука оторвалась от моей спины и взяв мой член она быстро и ловко ввела в себя, я сам не заметил как, оказался в её писе. Я отчётливо чувствовал как её киска обнимает мой член, то какая мокрая, грязная и теплая... Меня это сильно возбуждало и я начал делать нежные движения тазом не выходя из её киски. Мой член выходил максимум на сантиметр, а затем залезал обратно, нежно проникая внутрь мамы. "Мама, я сей... " - не успеваю я договорить как получаю ответ. "Даа, давай сына сделай это, осемени меня, сделай ребёночка мне" - кричит мама в порыве возбуждения при этом интенсивно поглаживает меня по голове... Я не смог удержаться подольше да и особо не хотел, а всего лишь хотел сделать то что просит мамочка. | | |
| |
|
| |
| | Место меж ног хозяйки занял француз, его пальцы поглаживали шелковистую внутреннюю поверхность бедер Веры, ласкали кожицу между двумя дырочками. Поцелуи, все более глубокие, были направлены меж складками ее половых губ, наконец, язык француза добрался до клитора. Лопухов и Кирсанов с двух сторон приподняли Верочкины руки вверх, положили их на постель и прижали к ней, чтобы женщина чувствовала себя беззащитной, а сами начали вылизывать и посасывать ее соски. Верочка застонала, Кирсанов шепнул ей на ухо "Приподнимись", мужчины освободили ее руки, француз отпустил ее бедра. Женщину поставили раком, Перрен припал ртом к ее промежности и начал вылизывать оба отверстия, подготавливать их. | | |
| |
|
Рассказ №23811
|
