 |
| |
| | Наташе было немножко больно, но она не могла сказать ни слова, ни крикнуть, потому что Николай закрыл ей рот рукой. Он настолько разошёлся, что сам стал покрикивать от блаженства и радости. Наташа уже кончила 2 раза, а Николай, всё не оставлял её в покое...он продолжал её трахать и тогда он движением дал ей понять, что хочет поиметь её в попку. Она послушно повернулась к нему, встала на колени и раздвинула ноги. Коля сходил по ней с ума. Одной рукой грубо мял её ягодицы, а другой держал себя за твёрдый от возбуждения член. Сначала он просунул большой палец в задний проход Наташи и стал совершать медленные движения туда - сюда, когда же проход расширился он легко стал вставлять член в кричащую от блаженства женщину. Он тяжело входил в попку, но всё же он доставлял Наташе огромное удовольствие...и заметив это он стал совершать дижения ещё быстрее. Он сделал сильный толчок и они оба забились в оргазме. Наташа лизала грудь Николая, покусывая его соски, а другой рукой доставляля себе удовольствие между ног. Она пила сперму, мазала ею своё влагалище и достигла снова оргазма. Это было что - то немыслимое! После всего происходящего они с улыбкой посмотрели друг на друга и стали искатьсвою одежду. | | |
| |
|
| |
| | - Тьфу, как такие сигареты можно курить, только шалавы такие курят... - Мать закашлялась, прикурив от моей зажигалки, сигарету, взятую из пачки " гламура". После дешевой и крепкой " Явы" которую курила мать, да и другие доярки, лёгкие женские сигареты, вызвали у неё кашель. Она хоть и корила дочь за блядство, но не постеснялась, взять у неё деньги, заработанные проституцией, пить дорогой коньяк, и курить ее сигареты. | | |
| |
|
| |
| | В школе ровным счетом ни чего не обычного не произошло, все было как прежде, поначалу мне казалось, что кто-то заметил на мне одежду явно не того пола. То штанина слишком высоко задралась, то казалось, что когда я нагибаюсь, на брюках выделяются швы колгот, которые сзади спускались с обеих сторон петлями вниз от резинки колгот до овала моих ягодиц, тем самым, опоясывая мою попу. Но это были лишь мои иллюзии вызванные страхом быть разоблаченным в прямом и переносном смысле этого слова. Все было как всегда, уроки перемены. И на следующий день тоже ни чего не произошло, так полетели дни, недели. По началу внутри возникало какое-то возбуждение, оттого, что у меня есть тайна, о которой кроме бабушки ни кто не знает. Да и сама одежда возбуждала меня. Но со временем эти чувства стали притупляться, поэтому я стал, приходя из школы домой, часто крутиться перед зеркалом в колготах, рассматривая себя в разных позах, и в это время я ощущал, как волна возбуждения согревала мой низ живота, а мой членик в трусиках становился твердым. Тут надо сказать, что перед приходом бабушки я всегда переодевался в спортивки, потому что я чувствовал какую-то неловкость, и это вызывало во мне чувство стыда, почему не знаю. | | |
| |
|
| |
| | Василий Ситников застрял в порту города Красноярска. Наглухо. Ни копья в карманах. Он их выворачивал по нескольку раз, да что толку - если не ложил, откуда ж они возьмутся? Во, попал! Загулял так загулял!
| | |
| |
|
Рассказ №24426
|
