 |
| |
| | У Инны была широкая жопа дважды рожавшей сорокалетней женщины. Анатолий держался за эту жопу двумя руками и двигал ее взад вперед на своем хуе. В такт движению жопы у Инны раскачивались сиськи. Все было так просто и обыденно, как и задуманно в природе. Ну приехала баба на курорт, ну с мужем, ну с детьми, ну встретила мужика с большим хуем, ну не устояла, ну и получила три палки за полчаса. Это ж жизнь! Это ж природа! и против природы не попрешь... Темп ебли все учащался. Хуй все чаще входил в пизду Инны Николаевны, все сильнее раскачивались ее сиськи. Все чаще... все сильней... И вот Толян, в очередной раз натянув пизду на хуй, не стал ее стягивать обратно,а еще сильнее прижался своим лобком к жопе и замычал, замычал, как бык-осеменитель на корове... протяжно и басовито... и на всю округу... а там внутри его сперма брызгала... брызгала и растекалась по влагалищу женщины...и всасывалась в нее... | | |
| |
|
| |
| | Она так ждала того момента, когда грозное орудие брата наконец-то проникнет в ее ротик и лишит его девственности, разразившись там, внутри, порцией закипающей спермы, но вид тяжелой капли смазки, вскипевшей на самом кончике головки Володиного пениса так смутил ее, что она, думая, что у нее еще есть время, решила немного поправить ситуацию. Юркий розовый язычок ее скользнул из приоткрытых губ, нежно лизнул набухшую каплю и исчез за ровными зубками. Девушка уже была готова насадиться своим все еще девственным ротиком на игрушку брата, но время вышло: Володя вздрогнул, яички в его мошонке подобрались кверху, он хрипло, вполголоса вскрикнул, странно дернулся всем телом, и первая порция уже давно перекипевшей спермы ударила девушке в лицо, так и не попав по назначению. | | |
| |
|
| |
| | Пока он говорил, я вспомнил ту ночь. Нас - человек десять - доставили с митинга в поддержку секс-меньшинств в отделение милиции, отобрали паспорта. Но через несколько часов оставили почему-то только нас с Людой Гореловой. Кто-то из наших наклепал, что мы активисты: она - от лесбиянок, я - соответственно. Мы сидели в одиночных камерах до самой темноты. Потом к ней вошли женщины-милиционеры, ко мне - парни и велели раздеться догола. Люда качала права, я слышал ее возмущенный прокуренный голос: | | |
| |
|
| |
| | Когда за гостьей закрылась дверь, у нас с Анькой случился бурный секс. По-видимому, каждый из нас представлял в своих объятиях Елену. Секс был бурный и долгий, с криками, повизгиваниями, шлепками и беготней голышом по длинному нашему коридору. Проживавшая вместе с нами престарелая Анькина бабушка с опаской выглядывала в коридор из двери своей комнаты. Ей, участнице трех революций, старой большевичке, отличнице здравоохранения и герою предвоенной вакцинации народов Крайнего Севера, давно хотелось в туалет, но она так и не решилась выйти в коридор до глубокого вечера. Впрочем, она ничему не удивлялась и претензий не высказывала: она насмотрелась и не такого на Крайнем Севере и в ГУЛАГе. | | |
| |
|
Рассказ №24426
|
