 |
| |
| | В воздухе веял холодный февраль. С полотна светло-серых небес не спеша опадали мелкие снежинки. В абсолютно запустевшем саду лишь несколько небольших деревьев беспомощно простирали свои темные ветви, словно беззвучно моля богов зимы о неведомой им милости пощады. В блеклые стеклянные глаза комплекса зданий незаметно вливался очередной долгий вечер. | | |
| |
|
| |
| | Я стал делать быстрые движения своим тазом. Оля легла грудью на стол и заскользила туда-сюда по его поверхности. Я просунул свои ладони под её груди, ощущая деформацию грудей то вверх, то вниз. | | |
| |
|
| |
| | Я начал водить языком по яицам, после проводил языком по стволу и опять вернулся к яичкам, начал брать их в рот, посасывать, после он прокряхтел сказал чтобы опять взял в рот и начал сосать сам, я взял член в рот и начал работать ртом и рукой подрачивал его член. Он сказал чтобы я встал на колени на пол, я так и сделал, он подошел и вставил член мне в рот, после начал трахать держа за затылок, после вытащил член и начал дрочить над лицом, я высунул язык, и он начал кончать, залил мне лицо, половина попала в рот, после он вставил обратно в рот мне, сказал чтобы вылизал все. | | |
| |
|
| |
| | Если читатель подумал, что у меня случилась осечка (в смысле, в самый ответственный момент Вася сыграл на "полшестого") то ошиблись. Дело в ином. Причина не в физиологии, а в психологии. Эта глава где-то перекликается с предыдущей. С незначительными различиями. | | |
| |
|
Рассказ №24611
|
