 |
| |
| | Джима дважды звать не нужно было. Он подошёл к Мишель и слегка присев, приставил свою толстую залупу к истекающей соками щелочке. Немного повозив залупой по анусу Мишель, Джим взяв свой толстый хуй в руку, надавил на сфинктер. Мишель застонала. Джим с силой нажал членом на колечко ануса, и оно отворилось, сантиметр, за сантиметром пропуская в жаркую глубину прекрасной задницы, столь большой и толстый хуй. Сделав движение тазом, Джим по самые яйца вогнал свой твёрдый член в жопу Мишель. Как только надутые яйца Джима шлёпнулись о гладкую жопу девушки, она взвизгнула от наслаждения. На её лице виднелась улыбка. | | |
| |
|
| |
| | Как-то, совсем недавно (по-моему, перед Днем Рождения), ты пришла на занятия в коротенькой юбочке... Помнишь? Какая там лекция? Я не могла сосредоточиться для того, чтобы написать хоть строчку. К моему счастью и сожалению одновременно - лекция все-таки закончилась. Все пошли по домам. Лишь я задержалась возле студенческой раздевалки... И тут вижу - спускаешься ты! В это время я одевала шапку... именно в такой позе я и замерла, произнося только одно слово: "WAW"! Наши взгляды снова встретились, ты улыбнулась, но на этот раз я опустила глаза. Если чесно, в тот момент, мне было ужасно стыдно за свое поведение. | | |
| |
|
| |
| | Они слились в порыве страсти, они непримеримые враги. Влажный член таможника уже давно измял всю контрабанду. Акт пидеров продолжался примерно десять минут, и таможник кончил дергаясь в сумасшедших конвульсиях. Серафим тоже кончил. Когда таможник извлек свой член наружу, он увидел, что на нем почти вся контрабанда. На залупе виднелись пакетики с кокаином, бриллианты, и сушеный урюк. Один из пакетиков с кокаином лопнул, и таможник изогнувшись так, что его нос оказался вплотную к залупе, принялся нюхать наркотик. Акробат - подумал Серафим. Таможник нанюхался, и принялся обзывать, и угрожать Сирафиму. Я все доложу началству, пидарас проклятый, я тебя сдам, тебя посадят, пидарас амааааа. Серафим опять оказался в безвыходной ситуации, но тут в его голову пришла идея. Со словами Мой милый, дорогой таможник, ты только что сделал меня пидером. | | |
| |
|
| |
| | слу-у-шай, а давай приколемся - давай прикинемся, что мы голубые, и - стоя в ожидании автобуса - в предвкушении повторения вчерашнего дня, я буду нежно смотреть на тебя влюблёнными глазами, и ладонь моя как бы непроизвольно и оттого неопровержимо естественно будет скользить сверху вниз по твоей упругой, обтянутой джинсами попке, а ты, приблизив своё лицо к моему, вжимаясь горячей твердостью паха в моё бедро, будешь что-то тихо шептать мне в ответ на мои молчаливые прикосновения, вплетая жаркое своё дыхание в тёплый ветер апрельского вечера, и - упоенные нашей любовью, никого не замечая вокруг, мы будем стоять на фоне пламенеющего заката под одиноко торчащим козырьком продуваемой всеми ветрами автобусной остановки, и стоящие рядом с нами в ожидании автобуса люди будут коситься на нас, словно мы с тобой - сказочные, им неведомые инопланетяне, невесть как занесенные из другой Галактики на эту пыльную городскую окраину, - они будут пялить на нас, прижимающихся друг к другу, глаза, а нам не будет до них никакого дела... - юные и счастливый, мы будем неотрывно смотреть друг на друга, упиваясь весной и любовью, и, когда подойдёт автобус, мы запрыгнем в его урчащее чрево и, по-прежнему никого не замечая вокруг, уедем куда-нибудь, на квартиру или на дачу - туда, где на тысячи световых лет никого не будет вокруг, и там, за пределами скучного "здравого смысла", мы будем всю ночь вдохновенно любить друг друга, с юной неутомимостью снова и снова поочередно подставляя один другому свои молодые ненасытимые попки, и лишь когда за окном забрезжит рассвет, опустошенные и счастливые, с опухшими членами и полуоткрытыми норками, прижимаясь друг к другу, мы уснем под одним одеялом, на двоих разделив одну подушку, - слушай, давай приколемся, что мы голубые! . . | | |
| |
|
Рассказ №24659
|
