 |
| |
| | Мы улетели далеко далеко от этого кабинета, школы на другую планету где кроме нас двоих никого не было. Эрик нежно и страстно стал ласкать мой лобок, клитор. Язычок у него был до того горячим, что я думала что там горит маленький костёр. Я была вся мокрая . С меня ручьем бежал горячий пот. А Эрик все шептал.. Ты моя Света слышишь моя!)) Но Я слабо сопротивлялась. | | |
| |
|
| |
| | Мать слушала, затаив дыханье. Эти слова были для нее так желанны. Быть женой ее собственного, дорогого сына! Крепко обняв сына, поцеловав его в губы она сказала. "Сынок, мой дорогой! Я была бы счастлива быть твоей. Я так люблю тебя." | | |
| |
|
| |
| | А где то в году 92-ом приходит ко мне на работу устраиваться девочка после техникума, девятнадцать лет ей. Времена уже неважные начались по работе, сокращения пошли. Куда там с улицы людей брать, своих некуда девать. А эта кукла села на против меня в кабинете и говорит: - "Я все, что хотите делать буду, только на работу возьмите." Ну мне по приколу, возьми и ляпни: - "Что и замуж за меня пойдёшь?" Скажите - пойду. Ну, я сразу понял - девочка наша. Кладовщицей её взял. Через два дня в кладовую перед второй сменой захожу, смотрю никого, я за такие вещи крепко девушек своих драл. | | |
| |
|
| |
| | С интересом бросаю взор на единственную в комнате женщину. Мой взгляд не затуманен. Прищур глаз свидетельствует не о степени опьянения - он глубоко сканирует сидящую рядом даму: "Работаем, Сява!". | | |
| |
|
Рассказ №24674
|
