 |
| |
| | Задница вздрагивала от его резких движений снизу. Я видел как его залупа то показывалась наружи, то скрывалась в теле моей жены. Четко и ритмично Сашка загонял свой кол в ее влагалище. Навалясь сзади, я приставил свой тоже не маленький член к ее анусу, я не вводил его в попку моей дорогой, но давал почувствовать, что я это сделаю. Нужно было, что б Татьяна потеряла контроль над собой и тогда настанем мой черед. Аккуратно сжимая груди в своих руках я попеременно клал в рот моего друга то один ее сосок, то другой. Эта игра продолжалась до тех пор, когда уже я почувствовал напор на свой член ее задницы. Вот теперь: Взяв с тумбочки первый попавшийся крем, я густо намазал залупу скользкой массой. Получилось забавно, красный член и белая шапочка. Осторожно направляя его в попу, я сделал небольшое усилие и ввел сантиметр внутрь. Мои партнеры замерли почувствовав изменение мизансцены. Но делать больно, когда было так хорошо, я не хотел, и поэтому замер ожидая помощи снизу. Помощь пришла сразу. Сашка, опять вошел в Татьяну и немного приподнял на себе, и так как я замер и не двигался то мой член вошел немного вглубь. Еще раз, движение снизу и сантиметр отвоеван. Татьяна зажатая с обоих сторон не предпринимает никаких попыток к сопротивлению. Ей хорошо, как и нам. Мои сомнения, что член такого размера не войдет в зад не оправдались. Я уже был в заднем проходе моей ненаглядной по самые не балуйся. Мы входили одновременно, он снизу, я сверху. Каждый раз, через тоненькую стенку я чувствовал, как еще один член с другой стороны выворачивает наизнанку влагалище моей жены. Темп нарастал, и вот уже без всякой жалости и деликатности наши игрушки с сосущим звуком входят с разных сторон в разгоряченное тело. Татьяна потеряла темп и не знает кому из нас подмахивать, и уже не стон а долгий крик удовольствия вырывается из нее. Еще, еще, сильней, из стороны в сторону, вынуть почти совсем, и вогнать с силою. Последний раз наши залупы встречаются где-то там глубоко и не имея возможности и желания сдерживаться мы кончаем. Кончаем все сразу. Я долго, не за один раз наполняю весь задний проход. Такие же судороги потрясают Сашку. Татьяна не знает кок остановить этот хоровод и поэтому напирает то вниз, то на меня своей попой. Мы не вынимали и не расцеплялись пока наши пенисы не обмякли там где было так тепло и сыро. | | |
| |
|
| |
| | Она положила свою ножку на меня, и отодвинула полоску трусиков, которые намокли от ее соков, чтоб мне было удобнее ее гладить... Из нее прямо текли соки, я ввела свои два пальчика ей во влагалище, они проскользнули туда так легко... Ира прошептала: «Вставь еще один... Глубже... Сильнее...» Я медленно вывела свои пальчики из нее... Стала гладить ее клитор, давя на него все сильнее и сильнее, делая это все быстрее и быстрее... Ира стала лихорадочно дышать... Все сильнее и быстрее были мои движения... Вдруг я ей ввела три своих пальчика, Ира вскрикнула и я почувствовала, как ее влагалище начинает сжиматься... Она вцепилась в меня руками, укусила меня за плечо, и ее тело стало биться от сильного оргазма. Я остановилась, мое сердечко, казалось вот-вот вылетит... Я убрала свою руку от влагалища Иры. Я была до сих пор очень заведенная, но стала остывать. Только тогда мы осознали, что могли разбудить Таню. Я спросила Иришку: «Ирка, что мы с тобой делаем?!!» Но она в ответ только прошептала: «Я хочу еще... Пойдем ко мне...» Я сама была заведена, мои трусики полностью намокли, а промежность горела. | | |
| |
|
| |
| | Я, наклонившись, жадно разглядывал сие таинство. Впитывая в себя эту новизну, эту поразительную отличимость от моего собственного и других пацанов хозяйства, не забывая при этом быть строгим судьей и признать, что, несмотря на вопиющую разницу в выполнении процесса, "девки" ничуть не хуже нас с Генкой справились с задачей. Барышни, торжествуя свое законное посвящение в снайперы, снова завалились на паклю грызть яблоки. Я же, возбужденный увиденным, хотел большего и шептал Генке, чтобы он, по свойски, спросил Томку "потискаться" с нами. Я не мог даже представить, как бы я смог сделать это предложение сам. Нет, лучше Генка - он свой. Генка завалился на паклю рядом с сестрой и начал шептать что-то ей на ухо, показывая на меня пальцем. Томка, как заправский посредник в дипломатических переговорах, наклонилась над Веркиным ухом что-то ей шептала. Их взаимные перешептывания закончились Томкиным заявлением, что с Генкой ей нельзя - он брат. Она будет со мной, а Генка с Веркой. "Будет со мной" громко сказано, а мне что делать. Я с ужасом и дрожью в коленях подходил к пакле с моими "компаньонами" и лихорадочно вспоминал подробности пацанячих высказываний в таком деликатном и незнакомом мне деле. Тем временем девчонки деловито спустили на колени трусы и, подобрав повыше подолы платьев, были готовы к нашим действам, к которым Генка уже приступил. Лег на Верку и стал тереться об нее, так как трут разрезанный и посыпанный солью огурец. Я спустил шаровары и стал на колени между ног распростертой Томки. Я видел перед собой то, о чем мечтал в своих фантазиях, о чем мы со знанием дела говорили с пацанами. ЭТО было совсем не ТО. Нет, это не дырка в Томкин живот. Между ее ног был маленький трамплинчик, который переходил в две пухленькие щечки, а из розовой щелки между ними выглядывали два, таких же розовых, тоненьких лепестка похожих на лепестки не полностью раскрывшегося пиона. Я осторожно дотронулся до ЭТОГО рукой, ощущая мягкую, теплую шелковистость, которая оказалась удивительно податлива и легко сдвигалась в стороны от легких прикосновений пальцев. Я лег на неё и своим стоячим концом прижался к этой податливости, испытывая наслаждение от прикосновения к бархатистой теплоте, которая двигалась и, раздвигаясь, позволяла проваливаться глубже в мягкую влажность желобка, по которому двигался мой "инструмент". Нет, он, конечно, не проник в ее глубину, он даже не подозревал о ее существовании, но это мягкое, влажное, порхающее скольжение приносило наслаждение более ощутимое, чем уже знакомое наслаждение игры с ним руками. Между тем Верка прервала, почему-то, свой с Генкой дуэт, и лежала с голым животом на расстоянии вытянутой руки от меня. "А как там, у Верки?" мелькнуло в мозгу. "А мне можно с Веркой? Я же ей не брат" Все согласилась с моими доводами. Я переместился на голое Веркино естество, а Томка, натянув трусы и поправив платье, стала наблюдать с Генкой на наше "тисканье". Верка приступая к исполнению своей части арии, согнула и развела в стороны острые коленки от чего ее "пирожок" несколько укоротился и щелка превратилась в маленький ромбик, из которого высовывались влажные лепестки, под которыми темнорозово темнело углубление. При прикосновении к ее лепесткам мой кончик уже не стал двигаться по желобку как у Томки, а сразу погрузился в горячую влажную тесноту, охватывающую меня со всех сторон, заставляя двигаться кожу на головке и вызывая стремление засунуть его туда весь. Изгибаясь и двигая тазом, чувствовать, как в этой сладкой глубине упираешься в пружинящее сопротивление. | | |
| |
|
| |
| | Но потом я заметил, что мама вообще не любит наготы. Я-то сам её по-дружески никогда не стеснялся и, когда подрос, заметил, что она старается тоже на меня голого не смотреть. Но в остальном всё было нормально, мама меня никогда не била и голос повышала очень редко. Для нашего дома, где все орали друг на друга и частенько дрались, такая семья была почти идеальной. И достаток у нас был хороший, мы ни в чём особо не нуждались. Но вот какие-то ублюдки захотели отнять или, как тогда говорили, "отжать", у мамы её бизнес-торговлю компьютерами и оргтехникой. | | |
| |
|
Рассказ №25435
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Среда, 24/11/2021
Прочитано раз: 8072 (за неделю: 3)
Рейтинг: 69% (за неделю: 0%)
Цитата: "Я, взяв её на руки - как тяжела эта великолепно сложённая юная женщина, уложил Аллу на кровать, короткая юбка задралась и я нагло сталцеловать её стройные ножки. А затем... Пальцы ухватились за резинку трусиков, впившуюся в тело, и потянули вниз. Тонкая ткань, скатываясь рулончиком, заскользила по бедрам, обнажая небольшой плоский животик, с ярко красной полосой, оставленной тугой резинкой трусиков. Затем её круглые колени разошлись в стороны и я вовсю впился в её заманчивый бутон. Как чудесно пахла эта совсем молодая возбуждённая женщина. Под ласками моего язычка..."
Страницы: [ 1 ]
Тепло никак не хотело приходить улицы нашего небольшого уютного, очень зеленого города на Днепре. Осень выжелтила парки и скверы, устлала листвой пожухлую траву, а похолодание все задерживалось. Кое-где деревья облетели до полной графичности - сплошная прорись ветвей, голых и черных, колыхалась над тротуарами, расчерчивая небо хаотичным, но четким узором.
И ни единого облачка, предвещающего мокроту и слякоть! Глубочайшая, пронзительная синь распахивалась над крышами мегаполиса - "унылая пора" сгустила бледную летнюю лазурь, словно выцветшую на солнце, размалевала ею небосвод, не жадничая, не скупясь на яркость и сочность колера. Пусть хлопотливые носители разума налюбуются вдосталь синевой небес, пока не накрыла их зимняя хмарь, надышатся пусть печальной свежестью, настоянной на прели и тревожном запахе дальних снегов! Но вот закончилась так нелюбимая у нас на юге зима, точно как пел Яак Йоала "... как долго, как долго дымится зима". Но никак весна не прорвётся к нам сквозь укрепления нашей коварной южной зимы...
Мы с моей кузиной Галкой идём по улице ранним утром - скоро, в июне, очередная сессия и мы не только заканчиваем третий курс нашего техникума, но и уже чудесно отпраздновали наши 18 лет. Староста группы Александр немного недовольно морщится. Ведь в него вселился какой-то кукловод и постоянноруководит им. Хотя... Благодаря этому кукловоду Сашке удалось избежать многих ошибок и даже крутого избиения. Хулиганистые парни из одного района, так называемые "бассейские", очень хотели проучить старосту группы, мол все девчата на него "запали", но... Он ловко избежал всех ловушек!
А весной в воздухе запахло! Весна потягивалась в дремотной истоме. Робкая и нагая, она нежилась на мягкой травке, опушившей чернозём, стыдливо прикрываясь кипенно-белыми кружевами цветущих абрикосов. Голым ветвям не хватало сквозистого зелёного марева - им деревья окутаются чуть позже, как только распустятся первые клейкие листья, но почки уже набухали, словно соски взволнованной девушки.
А где-то далеко на простуженном севере, под Псковом или Ленинградом, в эти самые дни начинался ледоход - рыхлые, раковистые льдины лопались, натужно трогаясь с места, и ясное синее небо удоволенно смотрелось в талые воды.
А здесь, на югах, земля мреет от благодатного тепла. Не того сугрева, что в средней полосе, зыбкого и неверного - отшагнёшь с солнцепёка в тень, и сразу мурашки; нет, держится устоявшийся плюс. Лучезарный воздух истекает запахами буйной жизни, полузабытыми за зиму. Они будоражат воображение и дают волю таким шальным желаниям: Девчонки, как только солнце прогреет чуть воздух, сразу одевают такие дерзкие супер-мини, а легкие порывы ветра поднимают их юбочки, давая соцерцать восхищённым парням всю цветовую гамму их трусиков.
После занятий его двоюродная сестра Галина, приехавшая в этот славный город, поступила в техникум гидромелиорации и собиралась заняться орошения засушливых земель Юга Украины. Но вот отдельную комнату она у Сашки отобрала, как настояла его мамочка. И вот сейчас, в очередной раз чувствуя некоторую вину перед ним, она села на диван и позвала Сашку к себе. Ловко расстегнув ему ширинку, она, овладев им, умело запорхала язычком по нежной коже головки, даря Саше невероятное чувство прекрасного удовольствия.
А вот вчера его позвала соседка Валентина Павловна - телевизов барахлит. Нот явно она просто сильно "проголодалась". Но я не был наглым, искушенным в общении с женщинами, тем более намного старше меня, годящихся в матери. И, если бы не этот Евгений Иванович, который лихо руководил мной и не менее лихо обошёлся с соседкой, я бы просто удрал от неё. А так - я крепко обнял её, затем нахально уложил на живот и, приспустив её рейтузы, вошёл в её горячую жаждущую вагину. Но вот кончить - я не менее нахально всунул в её тугую дырочку. Она заохала, но поезд уже ушёл - я стакл бурно изливаться в её круглую аппетитную попку.
Ха! А Галка меня приревновала даже. Так что я дунул на стадион, да точнее - так мне посоветовал мой кукловод. Заскочил удачно в "Тройку", как раз довезёт до стадиона. Правда, давка там постоянно! И тут ко мне прижалась такая аппетитная высокая девушка - так это наша новая училка по химии. И тут к моей руке прижалась её голая нога. От откровенного прикосновения, чувствуя неудобство, стыд, попытался вытащить руку, непроизвольно приподнимая ещё выше подол довольно короткой юбки. Обалдеть, да она не может отодвинуться от меня!
Мужской инстинкт затуманивал разум. Я так балдел, аж в груди стало горячо. А вот её двинули сзади, она чуть повернулась ко мне и моя ладонь легла ей прямо в промежность. Мои брюки чуть не лопались, член стоял колом. Вокруг ничего не существовало, только нахальная ладонь, прижатая к низу женского животика, местами слегка скрываемая тонкой тканью узких трусиков! Я даже чётко ощущал её щелочку сквозь чуть влажные трусики. Оно затрепетало, задергалось, словно пойманная в силки птичка. Широко раскрытые глаза уставились на меня: "Саша, это ты?"
А моим разумом полностью овладел этот Евгений Иванович и, чуть наклонившись, шепнул на ушко Алле Павловне: "Вы просто великолепны. Хотите куннилинг? Не пожалеете, милая Алла". А она. сильно покраснев, вдруг кивнула. Так что из автобуса мы вышли вместе. Я сделал руку кольцом и она, тихо засмеявшись, вузяла меня под руку. А в правую руку я взял её неожиданно тяжелый портфель.
О! Ну конечно - тут между дворами постоянно крутятся мелкие урки, постоянно прося то "закурить", то двадцать копеек. И тут наглое предложение от двух крепких и сильно подвыпивших "орлов" с выколотыми перснями на пальцах - оставить девушку, а вот самому бежать без оглядки. Я бы раньше так и сделал, но...
- Хорошо, я ухожу, - эти орлы заржали, а Алла крепко вцепилась мне в руку.
Сделав вид, что вроде я поворачиваюсь, чтобы бежать обратно, я изо всей силы врезал портфелем ближнему - он упал как подкошенный. Похоже на нокаут! А вот второму я от всей души врезал носком ботинка прямо в ширинку. Он тоже упал, раззинув в беззвучном крике рот и затих. Похоже сильный болевой шок! И теперь он уже больше никого из милых дам не изнасилует!
- Алла, идём дальше, они сегодня решили тебя не изнасиловать. Похоже они решили лечь поспать. Хотя прохладно, но в них полно алкоголя, не простудятся...
Алла тоже была в шоковом состоянии и покорно тащилась за мной. Она, дрожала всем телом, словно её бил озноб, не в состоянии произнести слова, находясь в полуобморочном состоянии.
И только в её однокомнатной квартире на втором этаже, снятой для неё гороно, она пришла в себя. Прижавшим всем телом, как это умеют делать девушки, она закинула свои горячие руки мне на шею и сладко меня поцеловала.
- Саша, милый, как ты смог их побить... Эти урки постоянно грозили мне и сегодня точно хотели... - она замолчала, вновь обняв меня. И мы слились в поцелуе.
Мягкие, податливые губы пошли навстречу, раскрылись, как бутон, позволяя проникать языку внутрь, нежно лаская сладкие уста, вырывая из её груди тихий, протяжный стон, очень похожий на мурлыкание кошки.
Я, взяв её на руки - как тяжела эта великолепно сложённая юная женщина, уложил Аллу на кровать, короткая юбка задралась и я нагло сталцеловать её стройные ножки. А затем... Пальцы ухватились за резинку трусиков, впившуюся в тело, и потянули вниз. Тонкая ткань, скатываясь рулончиком, заскользила по бедрам, обнажая небольшой плоский животик, с ярко красной полосой, оставленной тугой резинкой трусиков. Затем её круглые колени разошлись в стороны и я вовсю впился в её заманчивый бутон. Как чудесно пахла эта совсем молодая возбуждённая женщина. Под ласками моего язычка
её клитор выполз из-под своего капюшончика и вскоре Алла пронзительно закричала.
- Аллочка, тише, ты что? - Сашок, я не могу, я такогоещё не испытывала, мне было так сладко и так волнительно... Я вся теку...
Легкое движение бедер, и вырвав из её груди тихий крик, я ворвался в неё, словно диверсант в логово врага. Страсть делала нас совершенно безумными. Я остался у Аллы до утра. Нежность и ласка сделали из Аллы просто безумную - давно у неё не было мужчин, её жених бросил девушку и она очень страдала. С ней я узнал невероятные страсти анального секса - это было так невероятно! Мы чуть не опоздали в наш ГМТ. Хорошо, что нас вырвал из неги утреннего сна звонок будильника. Но самое главное - моё задание как кукловода было выполнено.
Я написал в её блокноте пару формул и теперь Алла вскоре придумает новый наполнитель для снарядов. Она осталась жива и теперь будет жить в закрытом городке и придумывать новые варианты взрывчаток. Но вот память от том весьма нахальном и неожиданно умелом старшекурснике останется у неё навсегда!
Страницы: [ 1 ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 62%)
» (рейтинг: 26%)
» (рейтинг: 34%)
» (рейтинг: 47%)
» (рейтинг: 79%)
» (рейтинг: 80%)
» (рейтинг: 55%)
» (рейтинг: 54%)
» (рейтинг: 71%)
» (рейтинг: 60%)
|
