 |
| |
| | Александру не очень хотелось сразу приступать к освобождению узниц бондажа. Их беспомощный вид его очень сильно возбуждал. Александр раздумывал, снимать повязку с глаз девушек или нет. С повязкой на глазах они не видели, как пристально он их разглядывает, что давало ему возможность беспрепятственного рассматривать их самые интимные места, которые были вполне хорошо выставлены на всеобщий показ. | | |
| |
|
| |
| | Электричка все дальше уносила нас от города, пребывание в котором доставило мне столько приятных моментов. И все-таки было как-то не по себе. Остался неприятный осадок, который я собирался растворить по прибытии в казарму. Как? Конечно, не в спирте. Там же остался Вадик! Я надеялся, что он по-прежнему спит на кровати, которая была придвинута к моей. В мои мысленные воздыхания неожиданным диссонансом ворвался Антон. Он по своей дедовской наивности не мог понять, как же может не надоесть так долго | | |
| |
|
| |
| | -- Что это значит, "здесь нет лифта"?! -- мои руки вдруг почувствовали всю тяжесть монитора, который я нёс.
| | |
| |
|
| |
| | Заканчивать на этом Оле не хочется, ей интересно, сможет ли она слезть с этого кола, не опуская его. Девочка встает на цыпочки, вся вытягивается в струнку, хочет сделать шаг, но чувствует, что фаллос еще глубоко в ней, он не пускает ее... Она берется руками за его опору, хочет приподняться... Руки скользят по гладкому смазному ей же металлу, подняться не получается. | | |
| |
|
Рассказ №25723
|
