 |
| |
| | Их роту, роту молодого пополнения, сержанты привели в баню сразу после ужина, и пока они, одинаково стриженые, вмиг ставшие неразличимыми, в тесноте деловито мылись, а потом, получив чистое бельё, в толчее и шуме торопливо одевались, сержанты-командиры были тут же - одетые, они стояли в гулком холодном предбаннике, весело рассматривая голое пополнение, и Денис... вышедший из паром наполненного душевого отделения, голый Денис, случайно глянувший в сторону "своего" сержанта, увидел, как тот медленно скользит внимательно заторможенным взглядом по его ладному, золотисто порозовевшему мокрому телу, еще не успевшему утратить черты юной субтильности, - Денис, которому восемнадцать исполнилось буквально за неделю до призыва, был невысок, строен, и тело его, только-только начинавшее входить в пору своего возмужания, еще хранило в безупречной плавности линий юно привлекательную мальчишескую грациозность, выражавшуюся в угловатой мягкости округлых плеч, в мягкой округлости узких бедёр, в сочно оттопыренных и вместе с тем скульптурно небольших, изящно округлённых ягодицах с едва заметными ямочками-углублениями по бокам - всё это, хорошо сложенное, соразмерно пропорциональное и взятое вместе, самым естественным образом складывалось в странно привлекательную двойственность всей стройной фигуры, при одном взгляде на которую смутное томление мелькало даже у тех, кто в чувствах, направленных на себе подобных, был совершенно неискушен; из коротких, но необыкновенно густых смолянисто-черных волос, ровной горизонтальной линией срезавшихся внизу плоского живота, полуоткрытой головкой свисал книзу вполне приличный, длинный и вместе с тем по-мальчишески утолщенный - на сосиску-валик похожий - член, нежная кожа которого заметно выделялась на фоне живота и ног более сильной пигментацией, - невольно залюбовавшись, симпатичный стройный парень в форме младшего сержанта, стоя на чуть раздвинутых - уверенно, по-хозяйски расставленных - ногах, смотрел на голого, для взгляда абсолютно доступного Дениса медленно скользящим снизу верх взглядом, и во взгляде этом было что-то такое, отчего Денис, невольно смутившись, за мгновение до того, как их взгляды могли бы встретиться, стремительно отвёл глаза в сторону, одновременно с этим быстро поворачиваясь к сержанту спиной - становясь в очередь за получением чистого белья... и пока он стоял в очереди среди других - таких же голых, как он сам - парней, ему казалось, что сержант, стоящий сзади, откровенно рассматривает его - скользит омывающим, обнимающим взглядом по его ногам, по спине, по плечам, по упруго-округлым полусферам упруго-сочных ягодиц, - такое у него, у Дениса, было ощущение; но когда, получив нательное бельё - инстинктивно прикрывая им низ живота, Денис повернулся в ту сторону, где стоял сержант, и, непроизвольно скосив глаза, мимолётно скользнул по лицу сержанта взглядом, тот уже стоял к Денису боком - разговаривал о чем-то с другим сержантом, держа при этом руки в карманах форменных брюк, и Денис, отходя с полученным бельём в сторону, тут же подумал, что, может, и не было никакого сержантского взгляда, с неприкрытым интересом скользящего по его голому телу, - Денис тут же подумал, что, может быть, всё это ему померещилось - показалось-почудилось... ну, в самом деле: с какой стати сержанту - точно такому же, как и он, парню - его, голого парня, рассматривать? - подумал Денис... конечно, пацаны всегда, когда есть возможность, будь то в душевой или, скажем, в туалете, друг у друга обязательно смотрят, но делают они это мимолётно и как бы вскользь, стараясь, чтоб взгляды их, устремляемые на чужие члены, были как можно незаметнее - чтобы непроизвольный и потому вполне закономерный, вполне естественный этот интерес не был истолкован как-то превратно, - именно так всё это понимал не отягощенный сексуальной рефлексией Денис, а потому... потому, по мнению Дениса, сержант никак не мог его, нормального пацана, откровенно рассматривать - лапать-щупать своим взглядом... "показалось", - решил Денис с легкостью человека, никогда особо не углублявшегося в лабиринты сексуальных переживаний; мысль о том, что сержант, такой же точно парень, ничем особым не отличавшийся от других парней, мог на него, обычного парня, конкретно "запасть" - положить глаз, Денису в голову не пришла, и не пришла эта мысль не только потому, что всё вокруг было для Дениса новым, непривычным, отчасти пугающим, так что на всякие вольные домыслы-предположения места ни в голове, ни в душе уже не оставалось, а не пришла эта, в общем-то, не бог весть какая необычная мысль в голову Денису прежде всего потому, что у него, у Дениса, для такой мысли не было ни направленного в эту сторону ума, ни игривой фантазии, ни какого-либо предшествующего, хотя бы мимолетного опыта, от которого он мог бы в своих догадках-предположениях, видя на себе сержантский взгляд, оттолкнуться: ни в детстве, ни в юности Денис ни разу не сталкивался с явно выраженным проявлением однополого интереса в свой адрес, никогда он сам не смотрел на пацанов, своих приятелей-одноклассников, как на желаемый или хотя бы просто возможный объект сексуального удовлетворения, никогда ни о чем подобном он не думал и не помышлял - словом, ничего такого, что хотя бы отчасти напоминало какой-либо однополый интерес, в душе Дениса никогда ни разу не шевелилось, и хотя о таких отношениях вообще и о трахе армейском в частности Денис, как всякий другой современный парень, был наслышан более чем достаточно, применительно к себе подобные отношения Денис считал нереальными - совершенно невозможными, - в том, что всё это, существующее вообще, то есть существующее в принципе, его, обычного парня, никогда не касалось, не касается и касаться в будущем никаким боком не может, Денис был абсолютно уверен, и уверенность эта была не следствием осознанного усвоения привнесённых извне запретов, которые в борьбе с либидо трансформировались бы в четко осознаваемую внутреннюю установку, а уверенность эта, никогда не нуждавшаяся ни в каких умственных усилиях, безмятежно покоилась на тотальном отсутствии какого-либо интереса к однополому сексу как таковому - Денис в этом плане в свои восемнадцать лет был глух, как Бетховен, и слеп, как Гомер, то есть был совершенно безразличен к однополому сексу, еще не зная, что у жизни, которая априори всегда многограннее не только всяких надуманных правил, но и личных жизненных представлений-сценариев, вырабатываемых под воздействием этих самых правил, есть своя, собственным сценарием обусловленная внутренняя логика - свои неписаные правила, и одно из этих объективно существующих правил звучит так: "никогда не говори "никогда". | | |
| |
|
| |
| | ... На этот раз она не экспериментировала, устроила нормальный мощный трах. Забег на длинную дистанцию. Она даже вспотела, капельки повисали на носу и падали мне на живот и грудь. Я, впрочем, тоже был и мокрый и потный, хотя моё участие было минимальным - я пытался подаваться ей навстречу, но от волнения часто сбивался с ритма, а она лишь крепче обнимала мою шею одной рукой и плотнее насаживалась. Движения её стали максимально размашистыми, её попка летала вверх-вниз, она часто соскакивала с конца, поэтому другую руку она завела за спину и контролировала прицел. В конце концов она так разошлась, что, соскакивая с конца, она опять точно попадала в цель без помощи руки, во дела! Бешеная гонка продолжалась минут десять, думаю. Кончили мы почти одновременно, в этот раз я её опередил на полкорпуса, как говорится. Она упала на меня и так мы провалялись очень долго, молча лежали, пока вода не остыла окончательно. Кончик мой оставался в ней, я ощущал, как пульсирует её попка, как она мягко, но настойчиво выталкивает моего дружка наружу. Как морковку... На мой вялый теперь уже кончик упало пару капель из неё - сам же только что наспускал в подшефную. Как это назвать? Я задумался - слово сперма мне не нравилось, какой-то медицинский термин, типа. Старушка называла это малафьёй - я раньше такого слова не слышал и оно мне тоже не понравилось: малафья - это то, чем брызгает Карабах-барабах. А я? Назову-ка я это дело - конечный крем. Логично, не так ли - в конце из конца брызжет конечный крем, нормально. Я кончаю - это конечный крем, она кончает - это пусть будет пип-крем. У всякого явления должно быть имя. | | |
| |
|
| |
| | - Погоди, - сказал Вадик, повернулся ко мне спиной, мою левую руку положил себе на живот, а правую обратно на свой член. Получилось, что я обнимаю его сзади, прижимаясь животом к его попке, и держу его член как держал бы свой. Дрочить так было гораздо удобнее, и я заработал рукой, стараясь доставить Вадику как можно больше удовольствия. Мне было неизвестно, как ему нравилось это делать, но я решил дрочить, как себе, и начал нежно, сначала несильно двигая кожицу и слегка сжимая член, постепенно увеличивая амплитуду и время от времени сжимая член посильнее, меняя скорость и ритм и делая короткие паузы. Другой рукой я чувствовал, как сокращаются мышцы его живота, своим животом чувствовал движения его ягодиц, мой членик бился о его ноги, низ живота у меня отяжелел. Не прошло и минуты, как он застонал и начал кончать, слышно было, как сперма шлёпается на вымощеный плиткой пол. Его тело содрогалось в моих руках, и то, что я доставил ему такое удовольствие, наполнило моё сердце радостью, я был счастлив! | | |
| |
|
| |
| | Как классно я так скучала по этому моменту - подумала я и стала стонать и кричать: "О-о-о! Я блядь! Еби меня! Еби, Еби, Еще, Еще сильнее" : Я чувствовала, что моя жопа вот-вот кончит, а Андрей все продолжал меня драть. Моя дырка увлажнилась и захлюпала. Я решила помочь Андрею и стала помогать ему, двигаясь на его члене во всю длину, тут я поплыла и кончила, да так сильно, что из жопы потекла струйка по яйцам: "Вот шлюха, потекла, как последняя блядь" - подумала я и тут я почувствовала что меня еще и в рот ебут: Я так и не помню в какой момент Игорь всунул мне в рот, но от таких ощущений я опизденела и попробовала двигаться с одного хуя на другой. В жопе появились новые ощущения, как будто мышцы в ней двигались вместе с хуем, а затем анус стал непроизвольно сжиматься, плотно обхватывая хуй Андрея. | | |
| |
|
Рассказ №4576
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Воскресенье, 10/11/2024
Прочитано раз: 66948 (за неделю: 11)
Рейтинг: 77% (за неделю: 0%)
Цитата: "Знаешь, как возбуждает, когда видишь в зеркало, как красивая леди плотно умеет схватить член губами и так пососать... и видеть, как движутся по стволу вверх-вниз твои губы... и помогать тебе, помогать, запустив тебе в волосы свои руки......"
Страницы: [ 1 ]
А: ты знаешь, я начал меняться, почувствовав, что такое счастье, любовь... когда вокруг нет никого, только мама и я... когда хочется, чтобы занятия закончились быстрее, чтобы опять спешить домой, чтобы увидеть ее, снова прижать, почувствовать теплоту ее тела, нежность ладошек, упругость груди, которая умеет так прижаться и на которую так приятно положить ладонь и сдавить, захватить в рот ее губы и на руках отнести в спальню... где мы снова будем с нею одни...
Казановва: вот это и плохо, что ты потерял совсем голову, забыв обо всем... ты мужчина, не женщина, которой простительно все... и если ты потеряешь индивидуальность, забудешь что ты мужчина... догадываешься, чем все закончится для тебя?..
Мама с тобою забыла, что такое неудовлетворенность... а дальше что - один секс? жизнь ведь сложнее и женщина любит мужчину не только за это... учти, мама - умная женщина, которая специально вреда тебе не принесет никогда, но подсознательно она женщина, да еще влюбленная в своего единственного и ненаглядного сына...
Отсюда ей важно гордиться тобою, подчиняться, полностью доверять, верить и покоряться тебе, знать, что ты защитишь, ревновать, понимая что ревнует напрасно, думать и переживать за тебя, что с тобою, как ты... оправдываться перед тобой, как оправдывалась когда-то перед покойным мужем, которого так сильно любила, и ты не только сын, но и продолжение отца, зная, что ты великодушно простишь, приласкаешь и всегда будешь с нею мужчиной...
А у тебя, парень, одни эмоции, как я посмотрю... еще немножко - и будешь ты под каблуком... да-да, парень у мамы...
Равенства не бывает ни в семье, ни в природе... либо ты берешь вверх, либо верх возьмут над тобой... альтернатива - анархия и бардак...
А: знаешь, я сначала психанул, как ты можешь так, не зная и не видя ее...
Потом понял, спасибо... мама, конечно, прежде всего женщина, которая должна чувствовать не только то, что я люблю ее, но и то, что рядом с нею мужчина...
Снова три раза в неделю спортивная секция...
Успеваю подрабатывать и времени стало в обрез...
Зато как приятно, в одиннадцать часов вечера придти домой, зная, что не спит, что ждет... ужин готов, она напротив так нежно смотрит, а в глазах наплывают часто слезинки... подойду, обниму... а еще мне нравится посадить ее на коленки, как ребенка, обняв и прижав, и, чувствуя, как она запустила в волосы мне свои нежные пальчики... и так целует в шею и ушко...
Стал тверже и жесче, стал делать замечания маме... она имеет один недостаток: она не любит или не успевает застилать по утрам кровать... мне это не нравилось никогда, и вчера утром, я заправил ее сам... когда мама одеваясь, вбежала, она, всплеснула руками, прошептав:" Сыночек, спасибо..." я, оставаясь спокойным, ответил на полном серьезе:"Мам, если ты не успеваешь, говори мне, я сам буду по утрам убирать нашу с тобою постель... мне не нравится, когда она не прибрана..."
Покраснела, но теперь, каждый раз она прибирала ее сама...
День рождения у друга... обиделась немного, что я пошел, хотя объяснил, что пойти туда просто обязан... когда вернулся, мне показалось, что она тихо плакала, нет, не при мне, до меня, когда ждала этих долгих четыре часа... еле сдержался, чтобы не броситься ей в объятия, целовать и шептать:" Прости..."
Сдержался, еле сдержался, поняв только то, что если надо надолго уйти, маму нельзя оставлять абсолютно одну... а на дне рождения не стоило столько времени торчать, зная, что мама ждет и волнуется... некрасиво, не по-мужски... нормальный урок...
И еще: мне стало нравиться ею руководить и доминировать над нею, показывая непроизвольно и ненавязчиво свою абсолютную власть, не как над мамой, как над женщиной... выяснилось, она почему-то стесняется раздеваться, притом сказала, что при папе она вела себя так же...
Я пошел на хитрость: на следующий день, в воскресенье, мы были с мамой на рынке и купили ей целую кучу обновок, в том числе из ажурного нижнего белья... когда вернулись, я попросил ее примерить, при мне... смутилась, но не сказала ни слова, помедлив секунду, потупив взгляд и начав расстегивать пуговицы на блузке...
О, это надо видеть и чувствовать... как блузка и юбку при мне были сняты, а следом за ним лифчик и трусики... а новые наряды, которые она быстро одела, так бесподобно смотрелись на ней, эротично подчеркивая все прелести ее обалденной фигурки...
Интересно, что чувствовала она в тот момент, когда первый раз при дневном свете раздевалась перед мужчиной и этим первым мужчиной был ее родной сын...
Вижу, вижу как мама возбудилась под моим внимательным взглядом, ощущая, как она призналась потом, что кружева так приятно щекочут грудь, а кружевные трусики так нежно и мягко надавливают на клитор... что женщина не может оставаться спокойной видя, как мужчина разглядывает ее так, как смотрел в тот момент я на нее и на зеркало...
Конечно, спокойно смотреть дальше не мог, видя в глазах мамы столько желания, страсти... знаешь, что сразу хочется сделать с такою малышкою, когда она почти обнажена, беззащитна и так сексуальна...и так крутит попкой, и прогибает спинку, и ходит по ковру спальни как по подиуму передо мною...
Конечно не выдержу и подойду к тебе сзади и прижмусь по-мужски без сантиментов крепко и сильно... чтобы почувствовать тебя полностью всю... так что тебе шевелиться и даже дышать будет трудно...
И поцеловав нежно шейку и плечико, жарко прошепчу на ушко о том, как ты прекрасна и сексапильна...и прижмусь своим окрепшим и твердым к такой упругой и хорошенькой попке мамы...
О, да тебе нравится почувствовать между своих половинок такое твердое и большое мужское начало, которое так жмется и хочет... надавливает и поддает тебе сзади... а сильные руки уже вовсю так мнут тебе грудь и с нажимом по животику движутся вниз...
А коленкой раздвинуть такие ножки пошире и заставить тебя упереться в зеркало шкафа...
Вот так моя девочка... вот так моя мамочка... наблюдая через зеркало за собой и за мной, как рука уже забралась к тебе в трусиках и вся ладонь легла на половые губки и так прижала... и давит, и чувствует как губки набухли... и вижу их через зеркало, как и ты, когда коротенькие трусики на тебе сдвинуть в сторону и видеть в зеркало, как они прижимаются сами к руке...
Интересно, неужели мама не делала никогда минет прямо у зеркала?.. и с нажимом легонько и властно её на корточки перед собою, а затвердевшей и обнаженной головкой члена по таким изумительным полуоткрытым губам, по щеке и по шейке... поласкай, как ты умеешь...
Знаешь, как возбуждает, когда видишь в зеркало, как красивая леди плотно умеет схватить член губами и так пососать... и видеть, как движутся по стволу вверх-вниз твои губы... и помогать тебе, помогать, запустив тебе в волосы свои руки...
А теперь я тебя... подниму, поверну снова лицом к зеркалу и увидев, как ты в страсти закрыла глаза, широко сама разведя ножки так широко в сторону передо мной...
Намочу в твоем нектаре на киске свой затвердевший до чертиков член, нагну сильнее, заставив руками развести твои половинки на попке самой... и смоченным в твоем соке членом в такую тугую и милую звездочку своим крепким мачо тебе толчками...до упора на всю длину... прямо у этого зеркала, крошка...видя как больно тебе, и слыша, как ты кричишь, я буду вводить и вводить... быстрее...и с силой и резче, понимая, что так делать нельзя... и трахать и трахать...так, чтоб яички больно били пещерку, а анус принял член в себя весь...рука давила на клитор... и чувствуя, как ты снова течешь мне прямо на руку, кончить прямо туда... и залить твою дырочку спермой... а затем еще твою попку и спинку... проведя по ним своим членом...
Потом была целая ночь нежности и любви, когда мама ласкала и пыталась мне рассказать о том, что она никому и никогда не разрешала в попку... о том, как ей нравится такой большой и крепкий член, как у меня... что последний мужчина был у нее год назад... и как целый год мучилась, когда киска так ныла и требовала мужской ласки и крепкого члена...
Я слушал и чувствовал, как возбуждаюсь опять...
Как прижал маму к себе и прошептал на ушко:" Теперь у тебя буду только я... если изменишь мне хоть раз, я уйду..."
В первую секунду мама замерла без движения... а потом был такой страстный секс, такие безумные ласки, такие признания в любви, верности...
С этой ночи она беспрекословно слушалась меня, наверное, во всем... (продолжение о новых проблемах между мамой и сыном следует)
для интересных женщин: kazanovva@list.ru
Страницы: [ 1 ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 73%)
» (рейтинг: 45%)
» (рейтинг: 47%)
» (рейтинг: 33%)
» (рейтинг: 62%)
» (рейтинг: 70%)
» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 81%)
» (рейтинг: 51%)
» (рейтинг: 85%)
|
