 |
| |
| | Сергей почувствовал руку у себя на ягодицах и сразу понял, чья это рука. Горячая ладошка скользила по ягодице, постепенно опускаясь все ниже и ниже. Наконец пальчики коснулись его мошонки и стали царапать ее коготками. Дополнительная ласка подстегнула парня и он стал сильнее вдалбливаться в подругу. | | |
| |
|
| |
| | В конце концов, она вздрогнула задрожала, но скачку не остановила, а наоборот, села над моим членом на корточки, и стала полностью выпускать меня из себя, и снова падать на него. По тому как из нее струйками брызгали соки, я понял, что она вошла в раж и вовсю кончает. Ее дрожь стихла, но она продолжала, потому что мой боец стоял как неприкаянный. Я почувствовал, как к моим яйкам подкатывает спазм оргазма, и вот уже струя, не большая, но струя, брызгала то в нее, то на ее ноги, живот. Она чуть сбавила темп, но не останавливалась. Мой боец, было начал опадать, но снова окреп. Еще минуту или две такой скачки, и почувствовал, как мой член сжимают спазмы мышц ее влагалища, она рухнула на меня, и затряслась. Я продолжал чувствовать, как ее мышцы сжимали и отпускали мой член, как по нему внутри нее что-то прыскало, и от этих ощущений меня снова потряс взрыв. В этот момент я сел, Ксюха раскинула ноги, мы обнялись. И вот так в объятьях друг друга, мы содрагались в едином оргазме. Меня охватил затяжной, рывками. Но я чувствовал, что ее накрывало волнами. | | |
| |
|
| |
| | Я мозгами пьяными шевелю: это что ж получается, я в групповухе участвую, незванная? А Лизка ничего, меня не отпихивает, вперед не лезет, вообще никакой враждебности не показывает. Стало мне как-то стыдно за себя, а к ней расположение появилось. Захотелось мне как-то свою благодарность проявить, ну, я ее по голой спине и погладила. А Лизка от Кости оторвалась, и улыбнулась мне, хорошо, дружески, по-доброму. Тут меня совсем развезло. Чувствую, что обоих их люблю, и все время любила, и всегда любить хочу. И забыла все наше соперничество. Скрутились мы в клубок. Все пробовали. И минет Косте по очереди строчили, и друг другу лизали. Костя лесбийским зрелищем наслаждался. Потом седлали его вдвоем, я на члена, он на лице. Потом наоборот. Много чего делали. Только Костя с виду был здоровяк, а любовник был одноразовый. Как кончил, так все, не хотелось ему больше никакого секса. Лег себе на кушеточку, да заснул. Ну мы с Лизой и пустились во все тяжкие. Все перепробовали. Даже инструментами друг друга долбили. По пять оргазмов испытали. К концу совсем хмель из головы вышел. | | |
| |
|
| |
| | он играл с моим клитором до того, пока не почувствовал что я вот вот... но не дал... он поднял меня, сидя у него на руках лицом к лицу... я сверху села на его огромный член... потихоньку и все глубже насаживалась... сладострастно и тесно он входил в меня... а потом он встал на ноги вместе со мной... и я безумно глубоко чувствовала его в себе... обхватив его ногами!!! Это наслаждение длилось и длилось... он положил меня на кровать и резкими движениями овладевал... я прижимала его к себе за его упругую попку... чтобы он не выходил из меня... и я испытала такой оргазм... закрывая ладонью свой ротик... чтобы не разбудить соседей... Он целовал мои глаза, щеки, лобик и приговаривал: Моя умница... это только первый раз... будет еще... я стонала!!! ДАЛЬШЕ? | | |
| |
|
Рассказ №25923 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Воскресенье, 13/02/2022
Прочитано раз: 12977 (за неделю: 31)
Рейтинг: 0% (за неделю: 0%)
Цитата: "Переодевание Куликовой затянулось надолго. Елене Павловне нужно было набраться решимости встретиться с человеком, которому позволила несколько дней назад проделывать с её телом то, что не делал даже супруг. Ещё она хотела успокоиться. Забыть сцены недавней измены. Стать женщиной с кремневым сердцем и твёрдыми принципами. Калинин, узнай он о случившемся, мог запросто убить солдата. Да и ей бы досталось. Тоже, в какой-то степени, виноватой. Провоцировала молодого человека фривольной одеждой, яркой косметикой, излишним кокетством. Про дневник и вспоминать не хочется...."
Страницы: [ ] [ 2 ]
...
Переодевание Куликовой затянулось надолго. Елене Павловне нужно было набраться решимости встретиться с человеком, которому позволила несколько дней назад проделывать с её телом то, что не делал даже супруг. Ещё она хотела успокоиться. Забыть сцены недавней измены. Стать женщиной с кремневым сердцем и твёрдыми принципами. Калинин, узнай он о случившемся, мог запросто убить солдата. Да и ей бы досталось. Тоже, в какой-то степени, виноватой. Провоцировала молодого человека фривольной одеждой, яркой косметикой, излишним кокетством. Про дневник и вспоминать не хочется.
Сегодня на Елене Павловне строгий костюм, сдержанный макияж. Выражение лица непроницаемое. Нужные выводы сделаны. Эмоции под контролем.
Когда Калинина вышла из подсобки, Большаков был на рабочем месте. Обтягивал фанерный планшет влажным листом ватмана. Лицо его было напряжено ожиданием первых слов предстоящих объяснений, которых, увы, не избежать.
Елена Павловна прошла к своему столу, нашла заготовленный текст и, молча, отнесла его помощнику.
- Простите меня, - услышала она еле уловимые слова. - Я не хотел: Так получилось.
"Он не хотел! - Калинина вернулась за свой стол и принялась настойчиво смотреть в окно. - Конечно, не хотел! А как страстно всё проделывал! Вспомнить жутко. Не хотел: А она? Она тоже этого не хотела? За стеллажи пошла САМА. Никто не тянул. САМА выполняла указания. САМА всё позволила. Ужас-то какой! Прояви она, хоть малейшую твёрдость, у парня ничего бы не получилось. Теперь он мучается, боится наказания, а она, вроде, как - жертва."
Женщина глянула в сторону Большакова. Тот ответил взглядом провинившейся собаки. Вели этой собаке сейчас умереть, и она - умрёт!
В глубине души Калиненой что-то шевельнулось. Неужели жалость?
- Работайте! - сказала Елена Павловна помощнику строгим тоном. - Не отвлекайтесь, а то сделаете в тексте ошибки, - и снова отвернулась к окну.
...
В казарму рядовой Большаков возвращался едва ли не на крыльях. Слов прощения от Елены Павловны он не услышал, но они, как бы витали в воздухе. Обе стороны конфликта не общались, соблюдали субординацию: начальница - подчинённый. Перекинулись лишь фразами по работе: о колере текста, характере шрифта, о рисунке к тексту.
Когда планшет был заполнен, Калинина сказала:
- На сегодня достаточно.
- Я свободен? - спросил Большаков.
- Свободен. - сказала Калинина.
Эта слово для солдата прозвучала, как индульгенция. Он не наказан, свободен в перемещении, может завтра явиться в библиотеку и увидеть Елену Павловну вновь!
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать из этой серии:»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 50%)
» (рейтинг: 61%)
» (рейтинг: 79%)
» (рейтинг: 49%)
» (рейтинг: 64%)
» (рейтинг: 64%)
» (рейтинг: 71%)
» (рейтинг: 65%)
» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 56%)
|
