 |
| |
| | Нежность и только нежность. Она рвется наружу, не дает покоя. Я сама тебя раздену, осторожно, ласково, постепенно освобождая тебя от ненужной одежды. Нет, пуговицы рвать не будем. Медленно расстегиваю по одной и целую каждую освободившуюся клеточку.
| | |
| |
|
| |
| | Доктор, закончив осмотр вагины и анального отверстия моей супруги, громко объявил, что устранить нашу сексуальную дисгармонию можно только при непосредственном его участии. Алена встала и выпрямилась, но почему-то, не садилась на место и не одевалась, как будь то ждала продолжения. Доктор начал неспешно раздеваться. Мне показалось странным, что Алена продолжала стоять голой посреди кабинета, к тому же она, бесстыдно покручивала свой сосок на глазах у всех. Доктор, зачем-то раздевшись до трусов, приказал Алене присесть на кожаный диван. Она, томно покачивая бедрами, прошла к дивану, и села нога на ногу, подмигнув мне. Странно, моя, полностью обнаженная супруга в незнакомом месте, была так уверенна в себе, ее природные стыд и скромность, куда то улетучились. Я склонен отнести это к еще не ушедшему из ее недр возбуждению, которое и заставляет женщину делать разные непонятные вещи, о которых потом многим приходиться сожалеть. Я надеялся, что доктор будет делать Алене массаж. Он скинул с себя трусы, и сняв очки, подошел к медсестре. Когда этот тщедушный дистрофик, шел к противоположному углу кабинета, мне показалось, что со спины, между ног, я увидел раскачивающийся болт доктора. Это маловероятно, успокоил я себя, чтобы мужской член был виден со спины, он должен был быть сантиметров 25, не меньше. Медсестра спокойно производила какие-то манипуляции рукой, из-за спины доктора не было видно какие именно, но мне показалось, что она что-то тщательно втирает доктору одной рукой, а другой делала активные поступательные движения. Вдруг я увидел, как рука медсестры протиснулась между ног доктора, что-то втирая ему в промежность, яйца его покачивались, в такт движениям руки девушки. Через две минуты, не оборачиваясь к дивану, доктор сказал Алене, что бы она готовилась. "Ладно", сказала моя жена нервным глухим голосом. Тональность ее голоса выдавала крайнюю степень возбуждения. Я обернулся, чтобы убедиться в этом. Ее глаза горели похотливым огнем, она нетерпеливо облизывалась и, посмотрев на меня мельком, она попросила меня, чтобы я не обижался на нее, и понял, что все это мы делаем для нашего общего блага. Я согласно кивнул, еще не понимая, что дело пахнет керосином. Дав медсестре напоследок какие-то указания, доктор неожиданно повернулся ко мне лицом. Смазанный медсестрой хуй торчал в потолок, одной рукой он поглаживал его по всей длине. Обхватывая его ладонью, пальцы доктора не смыкались. Мне стоило не малых усилий скрыть зависть и удивление по поводу размеров его прибора. Намасленный эрегированный член доктора выглядел потрясающе на фоне худобы его тела: двадцать сантиметров в длину и с окружностью 18 сантиметров. Смотря прямо мне в глаза, он сказал, что сейчас проведет сеанс пролонгированного секса с моей супругой, что согласие это обоюдное и подписанные бумаги тому подтверждение. Я слушал его не внимательно, в висках била кровь, сердце бешено колотилось. Из сказанного я понял, что обратной дороги нет да и не нужно, так как только подобная терапия поможет вернуть нам с женой сексуальную гармонию. В домашних условиях мы сможем потом воссоздать происходящее здесь. Все еще сомневаясь, я обернулся к своей супруге, желая знать, что она думает по этому поводу. Ее пунцовое лицо меня поразило. Она нервно зевнула, я заметил, что ее бьет мелкая дрожь возбуждения. Даже не взглянув на меня, она, смотря на колбасу доктора, сглотнула слюну в пересохшем горле и ответила за нас обоих, что мы согласны. Доктор довольно кивнул и направился к дивану. Алена сидела бездвижно и смотрела на приближающегося к ней доктора, как кролик на удава. Яйца, качающиеся по сторонам при ходьбе, и здоровенный пульсирующий болт доктора, заворожили мою жену. Подойдя к ней, доктор что-то ей говорил, но Алена уже не слышала его. Бордовая залупа доктора, покачивалась перед ее лицом, как китайский болванчик. Машинально приоткрыв ротик, она потянулась рукой к основанию его члена. Она взяла в свою руку его венозный ствол и хотела уже губами обхватить огромную головку доктора, но он громко произнес, что здесь не притон, а комната интенсивной терапии. Это замечание меня порадовало, ведь это значит, что доктор был не прохиндей, а профессионал, дававший клятву Гиппократа. Замечание доктора слегка отрезвило мою жену, она была смущена своим низменным порывом. Далее доктор, сказал мне, чтобы я запоминал порядок его действий, чтобы реконструировать их дома. Алене же он сказал, что коитус, который он будет проводить с ней, является не актом доброй воли, а медицинской необходимостью. Потом он уже спокойным голосом попросил ее помочь своему супругу. Для этого Алена должна стараться никак не реагировать на действия доктора, т. е. изображать фригидность. Все поняли свою задачу и сеанс терапии начался. Доктор попросил Алену встать с дивана и принять собачью позицию, облокотившись на спинку дивана. Моя жена встала с кожаного дивана, а на месте где она сидела, я увидел мокрый участок трапециевидной формы. Она забралась на диван с ногами, встала на колени, а грудь положила на спинку. Расставив локти по сторонам, она положила голову на ладони, чуть склонив ее на бок, чтобы видеть, что происходит позади ее. Доктор, посадил меня на стул, рядом с диваном. Медсестра расположилась за столом, там где сидел доктор. Сам он подошел к Алене и постукав по внутренней части ее бедер, заставил их широко расставить. Мне открылась картина набухшей от желания Алениной пизденки. Две половинки толстых губ, прикрывавших вход в ее недра, слегка раскрылись. Доктор подошел к ней вплотную и постучал хуем снизу по ее сырым губам. Алена вздрогнула. Он как кисточкой, начал водить в беспорядке по ее ништякам, через минуту его болт был весь в ее выделениях, "девочка" Алены уже не могла терпеть. Алена, изогнув брови мучительной дугой, молча смотрела на доктора умоляющим взглядом. Он продолжал барабанить своим хуищем по наружным половым органам моей жены. По внутренней стороне бедра Алены потекла капля не то пота, не то вагинальных выделений. Я видел, как она закусила палец, все еще терпя пытку доктора. Десять минут спустя доктор начал присовывать свой хуй в Аленину пизду. Когда его толстая головка протиснулась в ее киску, Алена не выдержала и замычала. "Чу-чу-чу", убаюкивающим голосом, доктор попытался успокоить Алену. Продолжая проникать все глубже, я удивлялся, как тесная щелка моей жены принимает в себя этого монстра. Доктор не загонял шишку сразу, он протискивал два сантиметра вперед и медленно назад. Так, участками, смазывая свой хуй соками Алениной "киски" он вогнал его почти до основания. Последний раз достав свой блестящий от соков хер, доктор втиснул его до самых яиц и остановился. Мне показалось, что, приняв до основания его клин, Аленина жопа даже немного раздулась. Она протяжно застонала, и тоненьким умоляющим голоском попросила доктора не останавливаться. Доктор, повернув голову ко мне, сказал, что главное не стараться сделать женщине приятное, не надо думать о ее удовольствии, это может перевозбудить и сократить продолжительность акта. Я кивнул, давая понять, что усвоил урок. Далее доктор просунул руку под живот Алене, и прогулявшись по ее лобку, потеребил немного ее клитор, Алена задергалась. Потом он взял обеими руками мясистые груди Алены и начал их нежно наминать. Моя жена должна была скоро кончить, я знал уровень необходимой ей кондиции. Доктор принялся долбить ее сзади, загоняя хуй по самые яйца. Спина Алены вспотела. От каждого толчка доктора, по ее жопе прокатывались волны до самых лопаток. Чавкающие звуки массируемой Алениной пизды и смешанный запах гениталий заполнили комнату. Доктор долго держал хороший темп. Спокойно посмотрев на наручные часы, он дал мне знак, что с начала сеанса прошло уже пол часа. Я с пониманием кивнул. Медсестра взглянув на меня, сказала что еще остается два с половиной часа. Я удивленно подумал, как возможно такое, что бы человек смог трахаться три часа, не кончая. Миф, наверное. Я продолжал наблюдать за доктором и Аленой. Доктор был неутомим как кролик. Его тощая костлявая жопа ходила ходуном, забивая в недра Алены удар за ударом, а у него даже дыхание не сбилось. Такое ощущение, что его хуй был из каучука, большой и бесчувственный. Алена тяжело дышала, прогибала спину и страстно подмахивала своей жопой, частые стоны ее превратились почти в непрерывное монотонное мычание. Такого удовольствия своей жене я никогда не доставлял. | | |
| |
|
| |
| | Толчки все учащаются, и Аня понимает, что скоро долгожданный конец. Член мужа делается все тверже и толще. Вот еще несколько минут и нырнув в задницу жены на всю длину он замирает на мгновение а потом взрывается водопадом горячей спермы. И откуда у этой сволочи столько это противной липкой дряни. Ведь когда он кончает ей во влагалище женщина, потом долго и остервенело, подмывается едва ли не целый час. | | |
| |
|
| |
| | Я сел к нему на кровать и уже не мог сдерживаться. Я стал целовать его губы, такие нежные и сладкие, пытаясь разжать его зубы и почувствовать вкус его языка... | | |
| |
|
Рассказ №9912
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Четверг, 09/10/2008
Прочитано раз: 22121 (за неделю: 10)
Рейтинг: 64% (за неделю: 0%)
Цитата: ""Мам, я очень какать хочу!", сказала девочка. "Не удивительно, дитя моё, после такой большой клизмы иначе и быть не может", усмехнулась мать, "но ты же знаешь, 5 минут после проведения процедуры нужно подержать и удержать в себе водичку". "Я не смогу, я наделаю в кровати!", крикнула Оля. "Не наделаешь, Гена этого не допустит!", отрезала её мама и обратилась к мальчику: "Гена, стисни вместе её ягодицы и держи их так, пока я не скажу тебе отпустить!". Мальчик тут же выполнил приказ, мигом подлетев к кровати и стиснув обоими руками полушария попы Оли". Его сердце билось бешенным ритмом, он даже в мечтах не мог предположить, что ему даведётся такое - так близко видеть постановку клизмы однокласснице, а затем еще держать руками её сжатые ягодицы. "Ну, прекрасно!", восхищалась тетя Маша, "я пойду мыть клизму, а, когда вернусь, тогда посадим Олечку на горшочек. До тех пор держи и не отпускай её, ладно, Гена?". "Ладно!", ответил мальчик. Когда Олина мама ушла, он спросил девочку:..."
Страницы: [ 1 ]
Больная девочка лежала на спине, забравшись под одеяло, и испуганными глазами смотрела на зашедшую в комнату маму. "Спускай трусики, Олечка", мама распорядилась, "поворачивайся на левый бочок и притяни ножки к животику!". "Так всё-таки будешь делать мне клизму?", жалобно спросила дочка. "Ну, конечно, доченька, надо ведь животик тебе прочистить. Не бойся, всё очень быстро закончится, только не сопротивляйся!". Тяжело вздохнув, Оля отбросила в сторону одеяло, засунула пальцы за резину белых трусиков и медленно спустила их до колен. Затем девочка повернулась на левый бок, согнула ноги в коленах и прижала их к груди. "Ну, правильно делаешь, только постарайся колени подтянуть ближе к подбородку!", распорядилась Олина мама. "Эх!", застонала девочка и подтянула колени почти вплоть до самого подбородка. Её ягодицы широко раскрылись, отчетливо стала видна черная дырочка посреди них, пару сантиметров вниз начиналась половая щель, которая тоже предстала взору Гены и тети Маши.
Мальчик смотрел широко раскрытыми глазами, он впервые в жизни так близко видел половые органы и сраку у кого либо из девочек. "Очень хорошо лежишь, дочурка!", довольно констатировала мать. Она открыла банку с кремом, обильно намазала им указательный палец правой руки, нагнулась над дочкой, обвела пальцем вокруг анального отверстия Оли, таким образом намазав его складки, затем приставила конец пальца к дырочке и сказала: "Ну, потужись, Олечка!". Девочка стиснула мышцы ануса, дырочка раскрылась, и мама тут же ввела в неё свой палец до упора. "Ой, мам, не суй так глубоко!", захныкала дочка. "Надо, доченька, засунуть пальчик по возможности глубже, чтобы как следует всё проверить и намазать кремом", ответила мама и стала крутить палец вокруг своей оси. "Мне неприятно!", скулила Оля. "Всем детям неприятно, когда им палец в попу суют, но ничего не поделаешь, надо потерпеть", мама настояла на своём. Гена спросил: "Тетя Маша, а что вы там хотите проверить в Олиной дырочке?".
"Многое чего", Олина мама ответила, "например, нет ли у неё трещин в кишке или геморроя. А также, насколько тяжелый и глубокий запор у больной". "И что вы констатировали?". "Трещин и геморроя вроде нет, а вот запор довольно сильный, пальцем нельзя через него пробиться", ответила Маша и выволокла палец вон. После этого она выбрала из кармана клизму и стала намазывать её наконечник тем же кремом "Нивея". "Ничего, Олечка!", мама стала успокаивать дочку, которая, слыша её слова про тяжелый запор, начала тихо всхлипывать в подушку, "сейчас сделаю тебе клизмочку и покакаешь, весь запор выйдет вон, каким большим бы он не был". "А бывает такое, что клизма не помогает?", вдруг спросил Гена. "Если она сделана вовремя и правильно, то нет!", ответила тетя Маша. Она взяла грушу в правую руку, левой слегка приоткрыла и так уже широко раздвинутые ягодицы Оли и медленными, вращательными движениями ввела наконечник клизмы дочери в сраку. Несчастная девочка жалобно застонала.
"Тихо, тихо, доченька... это было самое неприятное, оно уже позади... теперь впустим водичку... ой, как тебе сейчас какать захочется", приговаривала Олина мама, обхватила грушу обоими руками и плавно, равномерно сжала её. Вода заурчала и стала переходить из клизмы в кишечник девочки. Оля почувствовала резко нарастающее распирание в животе, жидкость вливалось всё глубже в её кишечный тракт, своим присутствие создавая явное чувство дискомфорта и желание поскорее опорожниться. Гена наблюдал, как баллон сжимается и становится всё меньше, где-то через полминуты он вообще стал плоским. Тетя Маша сложила его пополам и ещё раз стиснула. Затем она извлекла наконечник из анального отверстия дочки. "Ну, вот, Олечка, всё в порядке, клизма тебе сделана", она довольно констатировала и положила использованный клизменный баллон на тумбочку у кроватки. Баллон понемногу опять стал засасывать в себя воздух и приобретать былую круглую форму. Его наконечник был сильно вымазан в коричневом кале девочки.
"Мам, я очень какать хочу!", сказала девочка. "Не удивительно, дитя моё, после такой большой клизмы иначе и быть не может", усмехнулась мать, "но ты же знаешь, 5 минут после проведения процедуры нужно подержать и удержать в себе водичку". "Я не смогу, я наделаю в кровати!", крикнула Оля. "Не наделаешь, Гена этого не допустит!", отрезала её мама и обратилась к мальчику: "Гена, стисни вместе её ягодицы и держи их так, пока я не скажу тебе отпустить!". Мальчик тут же выполнил приказ, мигом подлетев к кровати и стиснув обоими руками полушария попы Оли". Его сердце билось бешенным ритмом, он даже в мечтах не мог предположить, что ему даведётся такое - так близко видеть постановку клизмы однокласснице, а затем еще держать руками её сжатые ягодицы. "Ну, прекрасно!", восхищалась тетя Маша, "я пойду мыть клизму, а, когда вернусь, тогда посадим Олечку на горшочек. До тех пор держи и не отпускай её, ладно, Гена?". "Ладно!", ответил мальчик. Когда Олина мама ушла, он спросил девочку:
"Ну, как, тебе трудно терпеть?", "Лучше не спрашивай!", процедила сквозь зубы одноклассница. "Ничего, пять минут пройдут быстро!", пытался её успокоить Гена, "ты, главное, расслабься и думай о чём-то приятном!". "Что для меня может быть приятное?", проворчала Оля. "Ну, например... , представь себе, что это я сейчас лежу после клизмы, а ты держишь мою попу!", засмеялся мальчик. "Да пошел ты... , у меня нет не малейшего желания меняться с тобой местами!". "Ах, так! Ну, значит, тебе не так уж и плохо!" "Мне плохо... , но я не такой человек, который желает зла другим", пояснила девочка. "Так мы ведь тоже тебе не делаем зла, а наоборот - оказываем медицинскую помощь", умничал Гена. "Да, Гена, я знаю... , только уж жутко неприятен этот процесс оказания помощи", опять захныкала Оля. "Ничего не поделаешь, что надо, то надо. Так обычно говорит моя бабушка, когда решает мне делать клизму, а я умоляю обойтись без неё", Гена стал разбрасывать афоризмы. "Так тебе тоже клизмы делают?", слегка обрадовалась Оля.
"Да, иногда делают, когда сам покакать не могу!". "И часто это у тебя бывает?". "Ну... , примерно как и у тебя, раз в месяц", ответил мальчик. "Откуда ты знаешь, что у меня это так?", удивилась девочка. "Мне твоя мама говорила", был вынужден признаться Гена, сожалея, что сболтнул лишнего. "Ах так, ты у неё спрашивал?". "Ну да, спросил так, ради интереса". "Кстати, я тебе могу рассказать, что она сама себе тоже иногда делает клизму", ехидно произнесла Оля. "Ах так? И часто?". "Ну, не знаю... , может раз в два месяца", девочка пожала плечами. Тут в спальню снова вошла Олина мама. "Пять минут уже прошло", она сказала, "Оленька, выпрямляй ножки и медленно вставай на ноги. А ты, Гена, продолжай попа держать её ягодицы!". Маша извлекла испод кровати горшок и поставила на коврик. Оля медленно выпрямила ноги, положила на пол сначала правую, затем левую ногу и крикнула Гене: "Отпусти мою попу, мне ведь надо на горшок!". Мальчик вопросительно взглянул на тетю Машу, та мотнула головой, и Гена отпустил Олины ягодицы.
Девочка тут же села на горшок и обильно извергла в него содержание своего кишечника. Сначала вышли газы, затем вылилось часть воды, потом стал выходить размытый клизмой кал. Твёрдые куски испражнений медленно выползали из сраки девочки и падали в горшок, забрызгивая ранее вытекшей водой Олину попу. Горшочек для девочки Олиного возраста был маловат, полушария её попы свисали через его края, хорошо, что анальное отверстие всё-таки оказалось внутри его. Это заметила и тетя Маша. "Придется тебе купить другой горшок, по больше этого!", она сказала. "Не надо мне горшка, я могу ходить на унитаз!", отрезала какающая девочка. "А если заболеешь, как сейчас? На ведро тебя тоже нельзя еще садить, попка для этого слишком маленькая!", возразила её мама. Оля в ответ извергла из себя очередную порцию кала. Воздух в комнате стал невыносимо вонючим. "Следовало бы открыть окно, но ты простужена", сетовала Олина мама, "Гена, тебе может лучше выйти, не нюхать этот запах?". "Нет, тётя Маша, мне он не мешает, я могу тут постоять!", возразил мальчик.
"Ну, как сам знаешь!", женщина пожала плечами. Оля продолжала какать ещё минут пять, затем её живот окончательно опустошился. Тётя Маша принесла миску с тёплой водой, велела дочке встать с горшка, присесть над ней, обмыла своей ладонью промежность и задний проход больной девочки, вытерла затем всё сухими салфетками и сказала: "Надевай, доченька, трусики и ложись обратно в постель, ты ведь больна!". Оля послушно встала на ноги, надела трусы и залезла под одеяло. Её мама взяла горшок с калом девочки и понесла его в уборную. У бедной девочки снова возник приступ кашля. Когда он прошёл, она спросила Гену, сидящего на краю кроватки: "Ну, как, доволен тем, что увидел?". Мальчик молча кивнул головой. "Тогда прекрасно. Я сейчас посплю немного, а ты иди к себе домой, Вечером мне мама будет делать уколы в попу, можешь снова придти посмотреть". "Да, нет, спасибо, я уже достаточно видел", ответил Гена. Он попрощался с одноклассницей, также с её мамой, и пошел вон из квартиры соседки домой к своим родственникам.
Страницы: [ 1 ]
Читать из этой серии:»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 53%)
» (рейтинг: 77%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 83%)
» (рейтинг: 79%)
» (рейтинг: 63%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 70%)
|
