 |
 |
 |  | Архип, не спрашивая, что именно Баклан просит ему дать, молча уступил младшему сержанту место... Они ещё дважды сменяли друг друга, подставляя Зайцу свои члены, и каждый раз Заяц, пользуясь возникающей паузой-передышкой, обильно сплёвывал то справа, то слева от себя, - кафельный пол по бокам сидящего на корточках Зайца был заплёван так, словно здесь проплевался целый взвод... . Наконец, Баклан почувствовал, как откуда-то из глубины промежности, устремляясь наружу, начинает стремительно нарастать-шириться обжигающее чувство неизбежно подступающего оргазма, - младший сержант Бакланов непроизвольно сделал судорожное движение бёдрами вперёд, вгоняя член рядовому Зайцу в рот почти что до самого основания, но в то же мгновение - точнее, в доли мгновения! - Заяц, то ли каким-то образом почувствовав, что Баклан сейчас будет кончать, то ли невольно отреагировав на резкий толчок, от которого головка члена оказалась у самой гортани, молниеносным рывком оттолкнул-отдёрнул Баклана от себя, одновременно с этим стремительно дёрнув головой в сторону, и... перламутровая струя, извергаясь из багровой головки, пулей преодолев расстояние сантиметров в сорок - никак не меньше! - шмякающим звуком впечаталась в кафельную стенку, и следом за этой струей тут же выскользнула-изверглась из члена ещё одна струйка, но уже слабее и тоньше, которая, до стенки не долетев, ляпнулась Зайцу на ногу - на штанину... кажется, разрядившись в воздух, Баклан сам на какой-то миг то ли растерялся, то ли слегка офигел-офонарел от силы и яркости накатившего оргазма: это, бля, было что-то... что-то совершенно фантастическое, - лет с двенадцати Саня Бакланов регулярно занимался мастурбацией, но никогда еще не было ему так щемяще - до ощущения нестерпимой боли в яйцах - сладко и хорошо... |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Отпросился у другого вожатого и повел мою писаршу в палату к мальчикам. Девочка была вся такая тихая, послушная, милая. Просто прелесть. Завожу в пустую палату. Мозг в нужном направлении работает лихорадочно. Раскладываю стенгазету на кровати. Сажусь на стул, девочке предлагаю сесть мне на колени. Садится! Диктую текст. Этого мне мало. Делаю ей строгое замечание, чтоб не мяла коленями газету. Моя девочка РАЗДВИГАЕТ НОГИ. Забыл сказать: на ней юбочка и толстые колготки. Пишет. Обнаглев, я начинаю гладить ее ноги и с трепетом дохожу до промежности. Чувствую выпуклость. Глажу. Она не сопротивляется! Я, задыхаясь, диктую. Ей трудно сидеть широко раздвинув ноги. Но стоит ей хоть немножко их сдвинуть, как я грозно командую- Ноги раздвинь! Так повторяется много раз. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Запах этой женщины сводил меня с ума. она медленно раздвинула ноги, отодвинула краешек трусиков и сдернула приклеенную ежедневную прокладку. я стоял на коленях и смотрел на такое откровенное поведения начальницы. она провела прокладку снизу в верх по киске как бы вытирая и я увидел как ее влагалище раскрылось, половые губы были приличных размеров. . клитор тоже не маленький, видимо уже возбужденный... она двумя пальцами раскрыла киску и другой рукой подтолкнула мою голову... я впился медленно в ее раскрытое влагалище и стал лизал ей, старался, ведь это моя начальница да и так сильно я ее хотел всегда! она смотрела сверху на процесс, я чувствовал это, но сам в глаза не смотрел. странно но не издовала ни звука, просто дышала глубоко. постоянно направляла меня сосать клитор, это ей нравилось больше всего. |  |  |
| |
 |
 |
 |  | Лида стоя так же в одной майке и голой задницей стонала под напором друга стонала Галя же уперлась о дерево руками трахалась как кошка так как мужа не было два месяца. Кончив нас не одевая подвели к столу протянули еще водки выпив и сказав чтоб мы постелили покрывало мы так же сделали и тут подошли к нам и наши и еще по одному и только начав нас наши трогать и эти руки потянули а мы уже отказать не можем и я легла на спину и раздвинув ноги я стала ему сосать Галю развезло совсем что она без чувств и закрытыми глазами расставив ноги лежала не двигаясь и парень гладил членом о ее киску Лида же во всю сосала и тут стали они подходить все скажу за каждую в отдельности. |  |  |
| |
|
Рассказ №11290 (страница 2)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Понедельник, 11/01/2010
Прочитано раз: 35790 (за неделю: 13)
Рейтинг: 84% (за неделю: 0%)
Цитата: "В таком виде её и застала группа студентов, пришедших к Иван Иванычу по своим делам. Они все прямо остолбенели, увидев голую Дашку на полу, растопырившую ноги волосатой киской вперед. Она, правда, тут же поднялась, вышла им навстречу непринужденно, как в вечернем платье, насмешливо так здоровается со всеми, и рассказывает, что позирует Ивану Иванычу "вот в таком интересном наряде". Пацаны пялились на неё так, будто никогда не видели голого женского тела... впрочем, правда - такого, как у Дашуньки, не видели. А она совсем рядом с ними стала - так непринуденно, будто они на переменке общаются - и спрашивает у Иван Иваныча: "Иван Иваныч, можно я отдохну - поболтаю с ребятами минутку?" Иван Иваныч опешил, да и я, признаться, тоже. Он ответил "можно, Даша, только недолго"... Я думал - неужели она пойдет голой в коридор? Но она взяла курточку, свесив грудки, когда наклонялась (я щелкнул ее в этот момент) , накинула прямо на голое тело, и вышла босая в коридор, сверкая голыми загорелыми ножками. Куртка прикрывала ее чуть ниже бедер, и я представлял, что делалось с пацанами, когда они смотрели на нее...."
Страницы: [ ] [ 2 ]
И Дашка вынуждена была оставаться в той же позе, пока Петр Петрович, косясь на нее, обсуждал что-то с Иван Иванычем, не прекращавшим работать. Чувак не закрыл за собой дверь, и в комнату заглянула ещё какая-то тетя. Увидев голую Дашку, она ойкнула и закрыла дверь, но Иван Иваныч крикнул - "Да, Ольга Ивановна, что вы хотели?".
В общем, в кабинет постепенно набивалась куча народу. Голая Дашка сидела естественно и, казалось, ничего не стеснялась. Ольга Ивановна, тактичная женщина, чтоб её кто-то в ванной раком заснял, повернулась к Дашеньке и говорит: "О, да ведь это Дарья ***, наша надежда! Что, Дашенька, решила попробовать себя и в роли натурщицы? Очень красиво сидишь, молодчинка".
И чувак повернулся к Дашке - "Та самая Дарья ***? Видел, видел работы - очень хороши. Вот уж не думал, что познакомимся в такой обстановке" - и прячет сальную улыбку в усы. Ух, художники! - думаю я. Дашенька всем улыбается, говорит - "Здравствуйте, извините, что не встаю - мне Иван Иваныч не разрешает шевелиться". Нечего делать - Иван Иванычу приходится рассказывать о нашем проекте, представить меня... "Вы Дашин муж? Вам повезло, у вас такая талантливая и очаровательная жена" - говорит мне усатый Петр Петрович. Я несу всякую вежливую околесицу, как заправский светский лев. А Дашка-то моя сидит голая во время всего этого! Да уж - покруче, чем в Крыму...
Скоро чуваки сообразили, что мешают Ивану Иванычу, и удалились. "Иван Иваныч, может, дверь на защелку закрыть, чтоб вам не мешали?" - спрашиваю я. "Что вы - не понимаете, что я всем постоянно нужен?" - отвечает старый хрен, будто у него мобилки нет.
К нам заглядывали каждые 5 минут. И в этот день, и во все следующие (Дашка позировала 4 дня) . Её видел голышом, по-моему, весь институт - и преподы, и однокурсники, и даже слесарь. Ну, Иван Иваныч, удружил! А Дашка, казалось, совершенно не смущалась, и во время перерыва, не одеваясь, делала гимнастику безо всякого стеснения - вытягивалась, садилась на шпагат, выгибалась голышом в самых невозможных позах, мотая сисями.
В таком виде её и застала группа студентов, пришедших к Иван Иванычу по своим делам. Они все прямо остолбенели, увидев голую Дашку на полу, растопырившую ноги волосатой киской вперед. Она, правда, тут же поднялась, вышла им навстречу непринужденно, как в вечернем платье, насмешливо так здоровается со всеми, и рассказывает, что позирует Ивану Иванычу "вот в таком интересном наряде". Пацаны пялились на неё так, будто никогда не видели голого женского тела... впрочем, правда - такого, как у Дашуньки, не видели. А она совсем рядом с ними стала - так непринуденно, будто они на переменке общаются - и спрашивает у Иван Иваныча: "Иван Иваныч, можно я отдохну - поболтаю с ребятами минутку?" Иван Иваныч опешил, да и я, признаться, тоже. Он ответил "можно, Даша, только недолго"... Я думал - неужели она пойдет голой в коридор? Но она взяла курточку, свесив грудки, когда наклонялась (я щелкнул ее в этот момент) , накинула прямо на голое тело, и вышла босая в коридор, сверкая голыми загорелыми ножками. Куртка прикрывала ее чуть ниже бедер, и я представлял, что делалось с пацанами, когда они смотрели на нее.
Сам я постоял в нерешительности, а потом говорю старому хрену: "Иван Иваныч, я тоже выйду". "Выходите, выходите, верный пес" - говорит этот гений, перекладывая свои краски и не глядя на меня. "Вы, видимо, перепутали: я верный муж, а не пес" - говорю я ему и выхожу в коридор.
Точно: Дашка стоит среди ребят, у тех - лица обалдевшие, в красных пятнах, - а она что-то говорит, хохочет, двигается непринужденно - вошла во вкус! Из под куртки виднелся низ её попки. Увидев меня, она повернулась ко мне, говорит "Вить, я так устаааала сидеть там..." , и сладко так потягивается всем телом - куртка поползла вверх, выше пояса, и я увидел её пушистый лобок, а ребята - всю её роскошную попку сверху донизу. Ах ты, моя скромница-бесстыдница, думаю я, ну погоди, дома я с тобой разберусь. Сама смеется, а глазки отчаянные, озорные, чертячьи.
... В общем, вот так вот это было. Через пару дней весь институт, конечно, знал, что профессор *** рисует Дашу голой. В этом, вроде, ничего такого не было - художники привыкли иметь дело с обнаженной натурой, и в институте был даже специальный штат натурщиков, да и друг друга студенты периодически рисовали и выставляли всем напоказ - все это я знаю с Дашкиных слов. И все же... на нее оборачивались, общались с ней как-то по-новому, двусмысленно - и она тоже стала себя вести раскованнее и насмешливее. Не знаю, о чем там шептались "в кулуарах" и поползла ли за ней репутация шлюшки - но ухаживаниям Иван Иваныча все это, конечно, не способствовало, и он потом вел себя по отношению к ней совершенно обычно и нормально.
А нарисовал он ее, кстати, обалденно - очень красочно, чувственно и эротично. Сказалась атмосфера работы - если б он её, упаси Господи, трахал вместо того, чтоб рисовать - можно представить, какие бы получились картины:) . А тут - и искусству выгода, и мы довольны... А вот что будет на выставке и после нее, и как Дашке там вести себя - даже и подумать страшно. Когда пройдет - отпишусь.
А когда мы возвращались с Дашкой после сеанса домой - вначале она молчала, и только глазенки горели. Я ненавязчиво говорил о всякой ерунде, а в машине обнял её, гляну в глаза и спрашиваю откровенно: "ты возбуждена?" Она молчит секунду, краснеет, а потом говорит: "а ты как думаешь?" "Я - говорю, - думаю вот что" - и массирую ей грудь. "Заяц, стонет она, я ведь не дотерплю, уже и так внутри все горит..." Вешается мне на шею, трется об меня и шепчет: "я уже давно теку, как авторучка..."
Что было дома - можно не продолжать. И так - все четыре раза. Для моей чувственной девочки эти сеансы были хоть и большим испытанием, но и большим удовольствием. Я знаю, что это называется эксгибиционизмом, и вроде как считается извращением - ну и что? Какая разница, как это называется, главное, что мы любим друг друга и нам хорошо:)
Если вы узнали в Даше свою знакомую, большая просьба - не надо трезвонить об этом по "народному телеграфу" :)
Страницы: [ ] [ 2 ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 56%)
» (рейтинг: 73%)
» (рейтинг: 75%)
» (рейтинг: 57%)
» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 29%)
» (рейтинг: 82%)
» (рейтинг: 44%)
» (рейтинг: 54%)
» (рейтинг: 74%)
|