 |
| |
| | Вынужденный слушать, как мама обсуждает с 16-летней девчонкой такие интимные подробности, я не знал, куда деться от стыда. По крайней мере с приходом в первый класс мне разрешили пользоваться горшком. Малыши-дошкольники делали все на пеленальных столах - лежа на спине с задранными вверх ногами. Я покраснел, вспомнив, как меня заставляли в детском саду писать и какать на постеленную под попой марлю. Видать так взрослым было удобнее - учитывая какими манипуляциями и инструментами они обычно вызывали у малышей позывы по маленькому и по большому. | | |
| |
|
| |
| | До сих пор не могу поверить, но она ушла.. просто ушла. бросив меня там одну .. у меня тогда была мысль послать их подальше, но поскольку я была полной дурой, я решила, то смогу это сделать в любой момент, а тем более само по себе это приключение мне нравилось, но нормы приличия диктовали свои правила... но очередной бокал шампанского, музыка, ароматические свечи.... самое смешное, что в тот момент я подумала - как хорошо, что я в чулках, а не в колготках и на мне такое обалденное белье... потому что стриптиз мне пришлось танцевать сразу у двух шестов... причем я совсем не умела этого делать, но все это настолько возбуждало, что наверно я смотрелась все равно сногсшибательно....в процессе танца я раздела их обоих(плавки одного мы так и не нашли)... я ползала перед ними на коленках, раздвинув ноги, по зеркалу....и они пытались поймать мой рот своими членами...а я только слегка облизав их уворачивалась....конечно долго так продолжаться не могло, меня просто примотали за руки к шестам моим же собственным шейным платком и заставили сосать их одновременно и по очереди...ну заставили сильно сказано...преувеличенно... руками я же не могла себе помогать, или контролировать глубину, так что имели они меня в рот до самого конца... а может это я их имела...не известно кто получал больше удовольствия....по крайней мере оргазмов у меня тогда было два, а у них только по одному ... когда они взорвались мне в рот, в самую глубину, сразу в горло....по очереди... после всего этого я сказала, что все это прекрасно можно было проделать и с девственницей... и кто меня тянул за язык, ведь я уже оделась и собиралась домой... они решили, что действительно, ведь у меня день рождения и подарок маловат, всего то пара минетов... меня опять раздели и попросили возбудить их еще раз, одновременно, языком и руками.....они валялись на диване а я ласкала их с не меньшим удовольствием чем пол часа назад... а потом они меня имели во всех позах и положениях... везде, даже затащили меня на чердак, там было пусто, только огромное окно в крыше, через которое видно небо.... и если быть зажатой между ними и задрать голову, то можно было смотреть на звезды............. | | |
| |
|
| |
| | Ночные московские улицы, блёклый свет фонарей освещал дорогу. Мы возвращались домой, после хорошей прогулки. Моросил дождик, видимость была очень плохая и движение было затруднено. С тормозами у твоей серо-голубой восьмёрки что-то было не в порядке и ты всё своё внимание уделял лишь дороги. Поездка меня немного утомила и в ожидание, когда мы кажемся дома я задремала.
| | |
| |
|
| |
| | Штефи вскочила, и не попадая книжкой в сумочку попыталась выбежать. Но незнакомка поднялась одновременно с ней, неожиданно сильным толчком усадила ее назад. "Сидеть сучка" - прошипела она. Штефи постаралась вскочить вторично, но на этот раз она была усажена назад звонкой пощечиной. Она была настолько ошарашена, что посмотрела в сторону сидевшей через проход азиатки, как бы призывая ее в свидетели такой нелепости. Азиатка и вправду смотрела на них, но совершенно не предринимала попыток куда-либо бежать или спешить на помощь. Она лишь отложила в сторону свою косметичку. | | |
| |
|
Рассказ №21904
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Воскресенье, 17/08/2025
Прочитано раз: 27607 (за неделю: 15)
Рейтинг: 23% (за неделю: 0%)
Цитата: "Мама отбрасывает волосы, короткое каре, вздергивая голову. Ее грудь, не стесненная бюстгалтером, подпрыгивает под тонкой тканью. Мне отчетливо видны вставшие соски и моему перчику это почему-то очень, очень приятно. Я хочу его погладить, но понимаю, даже сквозь сон, что нарушу волшебство этих утренних часов и терплю. Мой взгляд скользит по маминой фигуре, от тонкой шеи, что кажется такой изящной под гривой русых волос, до места, где задравшаяся ночнушка почти показала мне ее попу, и я почти не слушаю, о чем она говорит. - Григорий Иваныч, если деньги срочно отдать надо - я на работе займу и в обед могу зайти, отдать вам - льется мамин голосок - Хорошо, тогда к часу заходите, я забегу. Я снова засыпаю, времени еще навалом...."
Страницы: [ 1 ]
Шел 94й год, в стране, еще недавно бывшей какой-никакой державой, давно наступила анархия. Мой отец, военный, умер в один день с началом очередной Олимпиады. Денег ему платили, как я сейчас понимаю, немного, но у нас хотя бы была служебная квартира, из которой нас почти сразу и выселили. Моя мама, до того преподававшая французский в одной из школ северной столицы, и содержать нас, и снимать жилье в Питере не могла. Какое-то время мы мыкались по знакомым, но это быстро закончилось - я отчетливо помню этот день, третье марта 1994го. Тогда, после очередного переезда, мы бросили свои невеликие пожитки в комнате коммуналки, которую нам сдал дед Гриша - вроде бы дальний родственник отца или, может, какой-то его знакомый.
Утро было туманным и, несмотря на начавшуюся вроде весну, здорово морозным. Меня, четырнадцатилетнего распиздяя, разбудил звонок пожелтевшего от времени дискового телефона - сквозь неразвеявшийся еще сон я увидел, как мама выбежала в из своего закутка за шкафом, подняла трубку. Все было так, словно сон продолжался, поэтому я не нашел ничего постыдного в том, что мой перчик приподнял трусы - конечно, маму я не хотел. Просто вся эта обстановка - сонное тепло, длинноногая, не старая еще блондинка в короткой ночной рубашке наклоняется над обшарпанной тумбочкой, снимая трубку. Черная ночнушка задирается, открывая крепкие белые бедра все выше и выше - еще чуть-чуть и покажутся трусики.
Мама отбрасывает волосы, короткое каре, вздергивая голову. Ее грудь, не стесненная бюстгалтером, подпрыгивает под тонкой тканью. Мне отчетливо видны вставшие соски и моему перчику это почему-то очень, очень приятно. Я хочу его погладить, но понимаю, даже сквозь сон, что нарушу волшебство этих утренних часов и терплю. Мой взгляд скользит по маминой фигуре, от тонкой шеи, что кажется такой изящной под гривой русых волос, до места, где задравшаяся ночнушка почти показала мне ее попу, и я почти не слушаю, о чем она говорит. - Григорий Иваныч, если деньги срочно отдать надо - я на работе займу и в обед могу зайти, отдать вам - льется мамин голосок - Хорошо, тогда к часу заходите, я забегу. Я снова засыпаю, времени еще навалом.
В восемь утра мама, уже собранная, накрашенная и пахнущая какими-то особенным, официально-отчужденными духами, будит меня. На ней уже не ночнушка, а все скрывающий пиджак с набитыми ватой плечами и юбка-карандаш из какой-то плотной, невзрачной ткани - учительская униформа. "Так, молодой чемодан, я на работу, а тебя ждет школа. Вставай-вставай, петушок пропел давно, - мама присаживается рядом на диванчик и надевает сапоги на каблучках. На миг ее юбка чуть отъезжает, показывая совсем немного стройных ног, чуть выше колена, и я снова, как вспышкой, вспоминаю утреннюю сцену. Мой маленький перчик подпрыгивает и в этот раз вполне осознанно. Я отвожу взгляд, испугавшись, что мама только по нему все поймет. И будет ужасненько стыдно. Ужасненько-ужасненько. "Ну, не вешай нос, гардемарин! - улыбается мне мама, вскочив с диванчика - увидимся вечером!"
Школа, где преподает мама - на другом конце Петербурга. Я же должен ходить в местную хмызню, поэтому и выходить из дома я могу позже. Хотя выходить я никуда и не собирался, ученик я был и так далеко не из первых, а в свете постоянных переездов и смен одной школы на другую - посещал родной седьмой класс не чаще двух раз в неделю. Тогда, во времена всеобщего упадка, это было не то, что бы у всех и всегда, но и редкостью тоже не было. Я вылез из постели часам к десяти, послонялся по нашим десяти квадратным метрам, сходил в туалет. Успел пообедать остатками вчерашних макарон, когда вдруг вспомнил, что к часу заявится дед Гриша, да и мама должна зайти с работы - утром они, похоже, о плате за комнату говорили. Взглянув за окно я расхотел шароебится по улице - за окном было от силы градусов десять. Недолго думая, я забрался в платяной шкаф, разделяющий нашу "гостинную" и "спальню", запасшись книжкой о Бешеном - шкаф шкафом только назывался, это было неказистое сооружение из гипсокартона и досок, щелястое и скрипучее, и света через те щели было вполне достаточно для чтения.
Страницы: [ 1 ]
Читать из этой серии:»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 45%)
» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 82%)
» (рейтинг: 81%)
» (рейтинг: 77%)
» (рейтинг: 32%)
» (рейтинг: 31%)
» (рейтинг: 61%)
» (рейтинг: 35%)
|
