 |
| |
| | Я очень хорошо видел, как из той маленькой дырочки, которую я только что с таким упоением целовал, бьет ручеек, раскрывая и оттопыривая ее миниатюрные стеночки. Катя долго ждала этого момента и просто кайфовала, оттого что он, наконец-то, наступил. И еще ей очень нравилось быть сейчас такой откровенной, так открыто писая при мне. Я взял руками ее за икры, склонил голову и начал целовать ее бедра сверху, постепенно перебираясь к их внутренним сторонам. Катя немного смутилась и попыталась сдвинуть ноги, но мои плечи, которые находились между ними, не дали ей такой возможности, и она быстро поняла, что это ее желание было неуместным. Ее ручеек журчал в нескольких сантиметрах от меня, а я целовал ее ножки совсем близко к его источнику и ощущал лицом колебания воздуха, вызванные его напором. Несколько маленьких теплых капель попали мне на щеку. Я практически лежал на ней своим торсом и обнимал ее руками за бедра и талию. Я так уютно чувствовал себя, что мне совершенно не хотелось, чтобы это заканчивалось, и я с радостью вспоминал то большое количество воды и разных напитков, которые были выпиты нами накануне. Катина струйка текла с бодрым журчанием все с той же силой. Я еще приблизился к ней и поцеловал ее живот. Мне даже казалась, что я чувствовал, как внутри нее берет начало этот гейзер, и я стал целовать ее гладенький животик еще более сильно и упоительно. Катя издала легкий стон.... Я медленно спустился губами к ее лобку, а потом кончиком языка прижался и легкими движениями начал ласкать клитор. Катя громко застонала. Никогда раньше ей - писающей девочке - не ласкали в этот момент клитор языком! Она на мгновенье замерла, и я почувствовал, что она еще сильнее раскрылась передо мной, желая моих ласк. Горячая струя текла из нее ровно и лишь изредка какая-то дерзкая капелька отскакивала и попадала на меня. Я сильнее впился губами в ее клитор и был просто без ума от всего происходящего. Катя писала прямо из под моих губ, а я в это время страстно лизал ей клитор. Ее напряжение стало стремительно возрастать, и она заерзала на сиденье унитаза, стараясь сильнее подставляться под мои ласки. Я лизал ее там не отрываясь. И тут она разразилась оргазмом, который заставил золотой ручеек выписывать вензеля по всему периметру унитаза. Досталось немного и мне. | | |
| |
|
| |
| | Член находится в полувозбужденном состоянии прямо перед моим лицом. Нежно беру его рукой у основания и чуть сжимаю. Реакция моментальна. Смотрю снизу вверх, облизываю губки, а в глазах уже все плывет. Медленно приближаюсь губами к Члену, чтобы ощутить его аромат. Мужчина молодец, совершенно не отвлекает от моей игры в получение удовольствия. Ведь здесь удовольствие получать буду я. Высовываю язычок и чуть касаюсь кончика головки, в то место, где уже выступила смазка. Член как будто просыпается - рвется мне в лицо. Но для начала попробую на вкус кту маленькую капельку. Ммммм... Чуть соленоватый привкус, размазываю язычком по губкам. Ну что же, Лала, пора приступить к десерту. Смыкаю губки на головке, чуть ощутимо и слегка провожу язычком. Только легкие касания вначале. Пусть потомится. Все это время моя рука находится на Члене. | | |
| |
|
| |
| | Андрей как то неуверенно прилег на кровать, а ласковая материнская рука заботливо укрыла молодое тело. Он как то по детски, но нежно и с едва заметным возбуждением прижался к горячему, такому вдруг податливому, непривычно возбуждающе пахнущему женщиной телу, его руки по детски непосредственно обняли тело матери, которая сама как то покорно прикорнула к сыну, не осознавая того что сейчас она для него была не матерью, а женщиной, такой взрослой и возбуждающей, её рука обняла сына, а жаркие, жадные губы прикоснулись к его щеке. И поцелуй этот был не совсем материнский, она сама, не осознавая того , чтот сейчас рядом с ней в постели находиться не просто молодой, горячий мужчина, мозг которого затуманен алкоголем, а её родной сын. Но усталость брала своё. И через какую то минуту он уже сладко засопел во сне, но не ослабляя своих не детских объятий. Вскоре заснула и она. Сон пришел сразу, и снилось ей то , что она так желала на яву. Кто то ласкал её оголенный зад, чьи то пальцы проникли в её уже успевшую потекти щелочку и вдруг, как то сразу она ощутила тяжесть мужского тела, такую желанную, такую нужную сейчас. Мужской поршень начал буравить её текущую вагину, а из полуоткрытого рта раздался стон наслаждения и покорности. Её имели. имел мужчина, лица которого во сне она не видела, и это ещё больше возбуждало её. И вдруг, когда пелена сна как то сразу спала с затуманенного мозга, Татьяна вздрогнула. на ней сверху находился собственный сын. Её кровинушка, который сам не осознавая во сне что он делает, действуя по воле влекущих его гормонов и раскрепощения под действием алкоголя, ёб собственную матушку со всем свойственным молодости пылом. Татьяна частенько была использована собственным мужем во сне, когда она ничего не подозревая спала в кровати, а он изголодавшийся по женщине, мужик, пробывший неделю в рейсе, приезжал домой ночью, тихо открывал входную дверь, наскоро обмывшись в ванной забирался под одеяло к молодой жене и брал её сонной. Поначалу она как то реагировала на это, но со временем так привыкла что могла несколько раз кончить во сне, практически не приходя в себя. Вот и сейчас, пока её сын, одержимый подростковым влечением к женщине, которое располагалось где то между ног, и отдавалось такой приятной тяжесть как только он видел обнажённую часть женского тела, и глубоко всё равно было, кто перед ним-картинка из мужского журнала, его молодая, глуповатая подружка, помешанная на поцелуях или его родная мать, женщина, взгляды на которую особенно щекотали его и без того возбужденное сознание. и вот сейчас, взобравшись на свою родную мать, правда во сне, и не встречая никакого сопротивления, он , даже уже проснувшись в процессе ебли, не мог заставить себя оторваться от такого роскошного тела, а член, набухший как бейсбольная бита, чувствовавщий себя в пизде матери как сыр в масле, готов был взорваться в любую минуту, и глубоко всё равно было в тот момент, что будет потом. И вдруг мать, сонно постанывавшая по началу, но гостеприимно и приглашающе раскинувшая ноги, ещё сонная, когда он только вогнал своего дружка, теперь наверно уже проснулась, но не окликнула, не обозвалась, только стоны стали немного глубже, да руки , безвольно лежавшие до этого на молодых, покатых плечах сына, вдруг с силой обхватили его, и сын понял, что кончать они будут вместе, и мать совсем не против этого. Оргазм был бурный. Молодое тело сына извивалось, стараясь поглубже вогнать фонтанирующий член поглубже в истекающую соками вагину собственной матери, а она, застонав, вдруг почти завыла, заплакав, но тихонько, осознавая что громкий крик может привлечь ненужное внимание дочери, спящей в соседней комнате. Минуту лежали, крепко обнявшись. каждый не знал, что можно сказать в этот момент, каждый чувствовал за собой вину, и каждый из них был просто без ума от этой сладкой вины. и вдруг Андрей почувствовал, как мамины губы впились долгим, совсем не материнским поцелуем. Она сосала его. Язык матери проник в открытый рот сына и вытворял там кульбиты. Истома расползлась по его молодому телу, а молодости усталость не знакома. Через несколько мгновений его член уже был готов к дальнейшей битве, а его собственная мать, обхватив сына за голову руками, шептала на ухо горячими, липкими от его же губ губами:"Мы наверно е сошли с ума?Что мы делаем?Ты наверно ненавидишь меня?"И в то же время голос её был с таким обвалакующим томным шепотом, что только это одно могло свести Андрея с ума. Дыхание перехватывало. В голове опять всё смешалось. "Я хочу тебя, я очень хочу тебя. Будь моей женщиной, это будет наша тайна, только наша тайна. Я постоянно хочу тебя. И утром, и днем, и ночьюВедь отца так часто нет дома. Я ведь могу приходить к тебе?Я с ума сойду, если ты оттолкнешь меня, мама"А руки его в этот момент буквально разорвали на груди у матери ночную рубашку и мяли такие манящие, мягкие, колдовские груди. Он интуитивно понимал что надо делать с ними, а мать, изнывающая под ним от похоти, жажды мужика и ласковых рук родного сына, совсем потеряв голову, уже не мучаясь мыслью как завтра они будут смотреть друг другу в лицо, опять развела ноги, и рукой, крепко сжав, будто боясь потерять, ввела член в своё опять текущее влагалище. . . | | |
| |
|
| |
| | Он дал Марату - подставил Марату зад, и теперь Марат... теперь этот парень даст ему - точно так же ляжет на спину, разведёт, раздвинет свои ноги, поднимет их вверх, и Артём... "педик" - мелькнула у Артёма короткая мысль, но теперь эта мысль его, Артёма, ничуть не смутила, ни капли не испугала, как будто то, что слово это означало, было одно, а то, что сейчас в этой комнате происходило, было совсем другое... странное у него, у Артёма, было состояние: ему нужно было б сейчас испытывать стыд, или смятение, или отчаяние, или ещё что-нибудь из этой же области, а он... он, глядя на Марата, испытывал совершенно внятное, конкретное, вполне осознаваемое желание, - болью прерванное, но никуда не девшееся, не исчезнувшее желание полыхало в теле Артёма с новой силой!"Педик", "не педик" - это были слова, всего лишь слова, и эти слова над нам, над Артёмом, сейчас не имели никакой власти... | | |
| |
|
Рассказ №22135
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Суббота, 17/08/2024
Прочитано раз: 14606 (за неделю: 17)
Рейтинг: 19% (за неделю: 0%)
Цитата: "До обеда развлекались фотографированием друг друга на фоне местных красот. А после еды и мытья посуды занятия как-то кончились. Друзья уже втянулись в походный ритм, когда днем шагаешь по маршруту, любуясь, если есть силы, окружающими красотами, и неожиданно свалившееся на них безделье выбило их из привычной колеи. Валяться на спальниках в палатке прискучило быстро. Извлеченная из кармана рюкзака карточная колода тоже положения не спасла. Ребята без особого энтузиазма перебрасывались то в "дурачка" , то в покер, пока Светка, наконец, не швырнула карты на одеяло...."
Страницы: [ 1 ]
Тянувшийся метров сто крутой склон наконец-то перешел в пологий, и Натка смогла, остановившись, поправить оттягивавший усталые плечи рюкзак и немного отдышаться.
Протопали они сегодня немало. Да не по ровной дороге, а в подъем. И не проторенной тропой туристского маршрута, а нехожеными дорожками по каменистым и порой скользким склонам. Поневоле хочется поскорей добраться до места ночевки, скинуть ставший к вечеру таким тяжелым рюкзак и вытянуть гудящие ноги.
Девушка оглянулась назад, туда где, заметно отстав от них с папой, пыхтя, карабкались вверх Светка с Андреем. Мысленно Натка посочувствовала друзьям. Даже ей сейчас тяжело, хотя и привыкла к нагрузкам. Который год подряд каждое лето с отцом в горах. А они совсем новички. Когда весной стали Натку подбивать, чтобы та, наконец, уговорила папу всю их компанию в поход взять, она и не надеялась на успех. Но отец неожиданно согласился. Сказал, что как раз приглядел подходящий маршрут. В меру сложный, зато виды гарантируются шикарные.
И папка не обманул. Места вокруг красивые - обалдеть! Ни у кого из девчонок таких классных фоток не будет. От зависти сдохнут, дайте только до интернета добраться. Правда, сейчас Натке было не до сногсшибательных селфи. Накопившаяся за день усталость брала свое, и девушка, вместо того чтобы глазеть по сторонам, все чаще посматривала на идущего в нескольких шагах впереди отца в надежде, что он вот-вот свернет на подходящую ровную площадку командуя остановку. Но тот продолжал размеренно шагать вперед, лишь изредка оглядываясь через плечо на идущую позади группу.
Опять начался крутой подъем, но над ним, чуть левее Натка разглядела ровную, поросшую пробившейся сквозь щели в камнях травой площадку, в которой даже без подсказки опознала место будущей ночевки. Добрались! Натка, дотопав последние метры, сбросила с плеч надоевшую ношу и с наслаждением вытянулась на нагретой солнцем каменной плите. Хорошо-то как! Сейчас друзья подойдут, рядом попадают.
Отец тоже скинул с плеч рюкзак и присел рядом с дочерью, дожидаясь отставших ребят.
- Умаялись? Ничего, самый трудный переход позади. Завтра уже к перевалу выйдем. А там дорога вниз пойдет.
- Лучшая новость за последний день. - Простонала Светка, падая возле подруги.
Остановившийся рядом Андрей тоже с видимым удовольствием избавился от груза за плечами, но, в отличие от девчат, на камни не рухнул.
- Командуйте, Николай Антонович. Что делать нужно?
Наткин отец одобрительно и даже с некоторым уважением глянул на готового, вопреки усталости, брать на себя работу парня.
- Вот эту флягу бери, и пойдем со мной. Там за скалой ручеек небольшой. Воды наберем.
- Андрюха-то, смотри, марку держит. - Толкнула Натку Света, едва мужчины отошли подальше. - Перед тобой не иначе старается.
- Почему передо мной? Может перед тобой. - Торопливо и чуть горячее чем следует парировала Натка. - И, кстати, молодец, что не киснет. Терпеть не могу нюнь беспомощных.
- И он это отлично знает. - В тон Натке продолжила Света, но, поймав сердитый взгляд подруги, торопливо свернула с темы. - А хорошо, что завтра переход короткий. Я сегодня так умаялась, если честно.
- Ничего, за ночь отдохнешь и утром потопаешь как новенькая. - Утешила подругу Натка.
- Потопаю, куда я денусь. - С куда меньшим оптимизмом вздохнула Светлана.
Но наступивший день в одночасье изменил все планы. За завтраком отец, как обычно, связался по рации с кордоном, сообщил, что у группы все в порядке, планируется переход к такой-то точке и собирался уже отключиться, но из черной коробочки вместо привычного "принято" неожиданно донеслось:
- Серегин, ты ведь недалеко от четвертого маршрута сейчас? От столбов?
- Часов пять ходу. - Прикинув в уме, отозвался отец. - А что такое, Димыч?
- Да беда у них. Стояли дневкой, Юрка Балашов желающих подняться на Кабанью голову повел. Пока на тропинке страховал, не заметил, как двух дур фотографироваться на осыпь вынесло.
- Вот же: - Отец, покосившись на девчат, сумел воздержаться от более определенного комментария. - Сильно побились?
- Меньше чем следовало. - Ворчливо отозвался невидимый Димыч. - Выволок их Юрка каким-то чудом. А вот сам здорово проехался. Ушибов много, голову разбил, рука похоже что сломана. До лагеря кое-как с помощью дошел. Думал отлежится, а ночью хуже стало. Сознание теряет, бредит. Эвакуировать надо.
- Так какого же, - в голосе отца появились жесткие, злые нотки, - второй инструктор там сопли жует? Пусть лепят носилки из подручных материалов и спускаются вниз. К "Светлому". Туда машина пройти может, раненого забрать.
- Да какой там второй. - Безнадежно вздохнула рация. - Колька Рязанов, пацан. Ему самому еще с инструктором ходить. Взяли помогать на пик сезона. А он только по маршруту ходил, напрямую дороги не знает. Не добраться ему до "Светлого". Выручи, Антоныч, проводи. А то, если ждать пока они всей группой обходом спустятся:
Димыч не закончил, да это и не требовалось. И так ясно. Минимум лишние сутки, которые могут стать роковыми для раненого.
- Я выхожу. - Кратко отозвался отец. - Сообщи группе, чтобы ждали на месте дневки.
- Спасибо, Антоныч. - Облегченно вздохнули в рации. - Будут ждать.
- Отбой.
Закончив разговор, отец повернулся к Натке и ребятам.
- Слышали? Все понятно? Объявляется стоянка до моего возвращения. Старшей остается Наташа. Ее приказы - мои приказы. Ясно?
- Ясно. - Отозвалась Света. - А вы долго проходите.
- Завтра к вечеру, думаю, вернусь. - Отец склонился, перебирая содержимое рюкзака. - Если что, Димыч сообщит. Ната, не забывай: утром связь с ним по рации. Справишься тут?
- Постараюсь. - Улыбнулась Натка.
- Ну держитесь.
Отец обнял девушку, забросил на спину рюкзак и быстрым шагом двинулся в сторону, откуда они вчера поднимались. Натка смотрела ему вслед, пока он не скрылся за поворотом, а потом развернулась и пошла исполнять обязанности начальника лагеря: распределять дежурство и мыть котелки, поскольку себя дежурить назначила первой.
До обеда развлекались фотографированием друг друга на фоне местных красот. А после еды и мытья посуды занятия как-то кончились. Друзья уже втянулись в походный ритм, когда днем шагаешь по маршруту, любуясь, если есть силы, окружающими красотами, и неожиданно свалившееся на них безделье выбило их из привычной колеи. Валяться на спальниках в палатке прискучило быстро. Извлеченная из кармана рюкзака карточная колода тоже положения не спасла. Ребята без особого энтузиазма перебрасывались то в "дурачка" , то в покер, пока Светка, наконец, не швырнула карты на одеяло.
- Да ну, надоело. Неинтересно.
- Это потому что стимула нет. - Авторитетно заявил Андрюха. - Все равно выиграешь или проиграешь.
- Не на деньги же играть.
- Зачем сразу на деньги? На что-нибудь забавно развлекательное.
- Стишок рассказать или залезть на камень и десять раз прокукарекать? - Презрительно фыркнула Натка. - Офигенно интересно.
- Ну это уж совсем детство. - Не смутился Андрюха. - Девушки и парни вроде нас могут себе позволить сыграть, допустим, на раздевание. Интерес более чем живой. Кстати, в процессе вполне можно выходить и делать пикантные фото на фоне окружающих красот.
Страницы: [ 1 ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 60%)
» (рейтинг: 67%)
» (рейтинг: 73%)
» (рейтинг: 71%)
» (рейтинг: 78%)
» (рейтинг: 80%)
» (рейтинг: 80%)
» (рейтинг: 84%)
» (рейтинг: 56%)
|
