 |
| |
| | Ее голова лежала между ног парня и чтобы наклониться к ней, он должен был бы лечь на него. Впрочем, именно этого она и добивалась, маня к себе и облизывая влажные губы красным языком. | | |
| |
|
| |
| | Целует меня с такой нежностью, что я ошарашен. После такого... никогда больше на проститутку не полезу... Там всё просто, бабки на бочку, станок взведён, вперёд-назад, вперёд-назад. Пшел вон, тариф исчерпан. Следующий. Фабрика. Тупизм. Дебилизм. И чего это кони - мужики на проституток ведутся? Мне в какой-то момент даже стало жаль Олесю. Но памятуя Шкрябину рожу, решился. Перекатываюсь на неё. Она раздвигает ноги, глубоко вздыхает. И в этом вздохе такое счастье чудится, такое блаженство. Ишь... Я тебя люблю... "Мне бы так она это сказала... не Шкрябе... " Осторожно вхожу в неё, боясь причинить ей малейшую боль. Она стонет. Замираю. Ещё. Потом ещё. Плавно и нежно. Плавно и нежно. Только так, как с любимой девушкой. И вдруг... она напряглась. | | |
| |
|
| |
| | И мне не было уже больно я только тихо стонал мне это нравилось тетя ира взяла мой член в рот и в этот момент я четь не кончил. она отпустила его и сказала ни сейчас родной ты это сделаешь как настоя щий мужчина в нас в кого выбирать тебе. и тут место пальчиков заменило что то больше было не так больно но по началу я испытывал мало удовольствия. затем тетя ира сменила темп и я уже подмахивал попой ей навстречу. мама отстегнула член и сказала полижи мою кису родной. рукой придавила меня к своему лобку как мне понравился тот аромат. второй рукой потянула мою и велела зазунуть себе во влгалище мои руки были как большой мужской член маоленькие аккуратные лодони. и я стал двигать рукой в так движения со своим языком после десяти минут как я думал этого безумного танца. мама сжала мою голову между ляжек и дико затряслась. | | |
| |
|
| |
| | - Ты представишься сам или мне угадать?! - громко и не колеблясь, спросил, приближаясь к ним Миленхирим Вадик. Он остановился, не доходя Александра на расстоянии удара его разделочного ножа. Его глаза сначала посмотрели на Александра и руки Александра, словно, окаменели и опустились вниз. И он их не мог поднять уже ни какими физическими усилиями. Его ноги тоже пригвоздились к полу коридора квартиры и он не мог ими даже пошевелить. Он дергался во все стороны, но безрезультатно. Он был парализован неведомой какой-то силой. И не мог ничем кому-либо помочь, даже самому себе. Он напугался за молодую девчонку за своей спиной. Но, Миленхирим Вадик опередил его мысли - Не стоит, бояться меня Александр! - он громко ему сказал, зная откуда-то его уже имя - И не стоит, бояться Алине! | | |
| |
|
Рассказ №24438
|
