Рассказ №5832 (страница 3)

     Я знал, что и моя помощница Люба в своё время сходила с ума от "Богинь Спорта", но у неё просто-напросто не хватило природных кондиций. До 16 лет девушка прозанималась в одном из самых престижных спортинтернатов, потом, поняв, что ей ничего не светит, стала искать работу где-нибудь в этой же сфере. Так она очутилась в Конторе и уже четвёртый год работала вместе со мной; но комплекс неудачницы остался с ней навсегда, и она вымещала его на ни в чём неповинных девочках.
     По широкому загородному шоссе мы направлялись в один из лагерей Конторы - там, где выдержавшие отбор воспитанницы проходили дальнейшую подготовку под руководством не кого-нибудь, а спортсменок-профессионалок, часто - всевозможных чемпионок и рекордсменок, ещё чаще - самих бывших "Богинь Спорта". Опытные наставницы нещадно муштровали девчонок, некоторые не выдерживали - покидали лагерь. Но такое считалось позором.
     Я спокойно, на хорошей скорости, вёл мощный "джип", изредка прислушиваясь к болтовне Любы - она развлекала девочек рассказами о том, что их ждёт, не говоря, впрочем всей правды; так, обходилась многозначительными намёками. Воспитанницы слушали её, раскрыв рты, словно действительно видели перед собой богиню; мне хорошо были видны в зеркальце лица девочек, и про себя я отмечал их различную реакцию на Любин трёп.
     Крамаренко, как самая одарённая и красивая, всё воспринимала спокойно, но в то же время с живейшим интересом; в широко распахнутых глазах Кривцовой застыло прямо-таки детское любопытство; а вот Артамонова, с которой я неласково обошёлся в кабинете Тамары Викторовны, слушала Любу с волнением и тревогой. Мне даже показалось, что в глубине её глаз я уловил затаённый страх, и мелькнула мысль: возможно, Артамонова - кандидатка на отчисление. Жаль будет, если так - значит, я ошибся; но уж больно девчонка хороша и станет ещё краше, когда подрастёт.
     -Любовь Петровна, а вы сами мастер спорта, да?-неожиданно спросила Кривцова.
     Моя помощница недовольно поморщилась, и я понял, что вопрос ей неприятен - никаких спортивных заслуг, кроме третьего разряда по плаванию, у Любы не было. Она всегда бесилась, когда ей об этом напоминали, вот и сейчас невинный вопрос девочки больно уколол её.
     -Нет, я не спортсменка, а администратор,-резко ответила она.-Я занимаюсь организационными вопросами, а тренировать вас будут наши инструктора.
     -Я думала, вы тоже инструктор,-смущённо промямлила Кривцова.-
     У вас очень спортивное сложение...
     Она явно пыталась сделать неумелый комплимент Любе, но вышло ещё хуже - собственное тело, действительно гармоничное и развитое, всегда служило девушке своего рода упрёком: с такими-то данными не смогла добиться ничего, кроме жалкого третьего разряда! Реплика Кривцовой разозлила мою помощницу окончательно.
     -Уж что Бог дал,-холодно сказала она и отвернулась, уставившись прямо перед собой на дорогу; вид у неё сделался высокомерный. В зеркале я увидел, как Крамаренко сердито толкнула Кривцову локтем в бок и что-то прошипела ей на ухо - что именно, я не мог разобрать за шумом двигателя. Артамонова же встревоженно хлопала глазами - она никак не могла понять, почему их новая наставница разозлилась.
     -Не бесись,-негромко сказал я Любе, наклонившись к ней - так, чтобы девочки не услышали.-Они новенькие, с твоими заскоками не знакомы.
     -Нет у меня никаких заскоков,-процедила девушка, упрямо продолжая смотреть вперёд.-Не выспалась я сегодня, вот и всё. Когда Люба пребывала в таком настроении, разговаривать с ней было бесполезно, и я лишь пожал плечами. Девочки тоже замолкли на заднем сиденье и сидели тихо, как мышки.
     Вскоре на горизонте показались аккуратные белые домики - мы приближались к лагерю. Вдоль обочин пошли оградки, коттеджи тех, кто работал на Контору, но имел право покидать территорию лагеря, а ещё метров через пятьсот дорогу перегородил шлагбаум.
     Я тормознул; из стоящей рядом будки неторопливо вышел молодой парень в камуфляжной форме, с автоматом на шее. Вразвалочку подойдя к "джипу", он заглянул внутрь - его взор скользнул по настороженным лицам девочек, затем задержался на круглых Любиных коленках. Только после этого парень протянул руку за документами. Взяв моё удостоверение и как следует вчитавшись в него, он поднял на меня изумлённые голубые глаза и проблеял:
     -Господин куратор... извините...
     -Что, новенький?-с усмешкой поинтересовался я, принимая документы назад.
     -Так точно!-парень вытянулся в струнку.-Позавчера первое дежурство было, виноват...
     -Ну-ну, учись. Начальство нужно узнавать в лицо и по номеру машины, понял?
     Охранник вытянулся ещё больше - хотя казалось, больше уже некуда,- затем подскочил к шлагбауму и торопливо поднял его. Я вновь нажал на акселератор, и в зеркальце мне была видна фигура парня - стоя на обочине по стойке "смирно", он пялился на машину оловянными глазами и отдавал честь; смех, да и только! "Джип" въехал на территорию лагеря.
     
     ГЛАВА ТРЕТЬЯ
     
     Я остановил машину возле длинного административного корпуса и, обернувшись назад, бросил девочкам:
     -Приехали, вылезайте.
     Они тут же суетливо подхватили свои чемоданчики и стали выбираться из "джипа"; мне нравилось наблюдать за сменой выражений на их лицах. Только что, пока мы ехали по территории, на них было написано откровенное девчоночье любопытство, воспитанницы крутили головами туда-сюда, пытаясь всё увидеть и рассмотреть. Теперь же, когда они были на месте, любопытство вновь сменилось волнением и тревогой; приоткрыв рты, девочки озирались, как бы заново разглядывая то место, где им предстояло провести без малого год.
     Люба тоже вальяжно выбралась из машины, хлопнула дверцей. Настроение у неё, судя по всему, несколько улучшилось, и её вновь обуревала жажда деятельности, а именно - ввести новеньких в курс дела и заодно указать им их место, чтобы поменьше выпендривались. Желание унижать других было в Любе неистребимо, но как раз это желание и служило для пользы дела - многие девочки, впервые прибывающие сюда, были о себе чересчур высокого мнения и нуждались в хорошей встряске.
     Я направился в высокие двери, и трое воспитанниц во главе с Любой последовали за мной. Мы шагали по светлым, почти что стерильно чистым коридорам, навстречу нам изредка попадались молодые мужчины и женщины - из административной обслуги лагеря. Я не оборачивался, но хорошо знал, как ведут себя девочки - точно так же, как и их многочисленные предшественницы: то есть вертят головой по сторонам, восхищённо толкают подружек и сдавленно, еле слышно, охают. Реакция всех новых воспитанниц была одинаковой - сладостное замирание пополам с не менее сладким страхом.
     Мы вошли в кабинет главного администратора, и он тут же поднялся нам навстречу - руководство лагеря, в отличие от незадачливого охранника, хорошо знало меня в лицо и понимало, что боссы Конторы смотрят на лагерь моими глазами.
     -Добрый день, господин куратор!-расплылся в улыбке хозяин кабинета, низенький толстячок с большой лысиной.-Новенькие?
     -Как видите, Иван Михайлович,-я остановился, подталкивая девочек вперёд, и они внезапно засмущались.-Их трое, посмотрите, где есть вакантные места.
     -Всех троих вместе или по раздельности?-поинтересовался услужливый администратор, тут же утыкаясь в свои бумаги.-Если вместе, то надо поискать...
     Я бросил быстрый взгляд на воспитанниц - робость мешала им заговорить, но выражение лиц было очень красноречивым - конечно же, им хотелось и дальше оставаться втроём.
     -Вместе,-кивнул я, и Люба за моей спиной недовольно кашлянула - ей-то, несомненно, хотелось, чтобы девочек разделили, так намного легче их обрабатывать; но я пока решил подождать с этим, а расселить их всегда успееется.
     -Ага... ага...-бормотал администратор, водя пальцем по спискам.- Вот, нашёл! Три вакантных места у Филатовой, в пятом отряде. И возраст как раз подходящий.
     -Ну и хорошо,-сказал я.-Запишите фамилии - Артамонова, Кривцова и Крамаренко, подробные данные вам потом принесут из здравпункта. Любовь Петровна, займитесь девочками.
     Девушка сразу же оживилась - теперь она чувствовала себя в своей стихии. Повернувшись к воспитанницам, она заговорила всё тем же слащавым голосом, в котором, тем не менее, проскальзывали стальные нотки:
     -Значит так, дорогие, сейчас получите на складе одежду - здесь в своём не ходят, привыкайте. Потом в душ, а оттуда - в здравпункт, на медкомиссию. Ну а после я вас отведу в жилой корпус, покажу вам, где вы будете жить.
     -Любовь Петровна, а зачем медкомиссия?-робко поинтересовалась Артамонова, заглядывая моей помощнице в глаза.-Нас проверяли в интернате, мы все здоровы, так и в наших документах написано...
     -Ваша интернатовская комиссия - детский сад,-безапелляционно заявила Люба, тряхнув головой.-Здесь вас проверят по-настоящему, у нас лучшие специалисты. Всё, разговоры окончены, идёмте получать одежду.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ]

Читать также в данной категории: