Рассказ №7446

     В истоме Ленка терлась щекой по моей груди. Попыталась достать язычком до соска, но тянуться было лень, и она просто захватила зубами кожу на трицепсе.
     - Тебя на проказы потянуло? - проворчал я и шлепнул ее по голой заднице.
     - Какие там проказы, - ответила она, - вот раньше я была настоящая дрянь.
     - С этого момента поподробнее, - я поднял Ленкину голову и заглянул в глаза. Та щурилась как сытый котенок и опять прижалась к груди.
     - Ой, много чего было. Ты драться не будешь, если я расскажу?
     - Вообще-то тебя давно пора поколотить, одной проделкой больше одной меньше, какая попе разница.
     Ленка захихикала, потом устроилась на мне поудобнее и начала рассказ.
     * * *
     Микроавтобус, въехал на стоянку пансионата, из него тотчас выскочила девчонка и принялась прыгать перед машиной, поджимая ноги. Я вышла на крыльцо и хорошо слышала, как та умоляла: "Мама, пошли быстрее! Мне надо в туалет!" Женщина напротив же деловито продолжала разгружать сумки, периодически скрываясь в салоне.
     - Мамочка, давай скорее, а то я описаюсь прямо здесь! - Крикнула девочка в глубь фургона. Что ей ответила мать, я не слышала, но та замолчала.
     Высокая женщина с грохотом закрыла дверь микроавтобуса, подняла с асфальта сумки, и широкими шагами направилась к административному крыльцу. Я, спрятавшись за дверью, пристально следила за этой интересной парой. Глядя на мамины ноги в тонких бежевых брюках, мне почему-то казалось, что женщина после долгой дороги сама очень хочет в туалет. И теперь вопли дочери сильно раздражали ее и привлекали к ней совсем не нужное внимание.
     Я тоже разрывалась от желания пописать, но, видя чужие страдания, меня охватило приятное возбуждение. Пансионат я знала как свой дом, и в любой момент могла забежать в укромный уголок и облегчиться. Вместо этого, зажав себя под юбочкой, я чувствовала тревожные ощущения близкой сырости.
     Быстро проскочив автомобильную стоянку, знакомая пара прошла в вестибюль. Мать принялась о чем-то беседовать с администратором, нетерпеливо притоптывая ногами, а девочка: девочка была просто в панике. Одной рукой она придерживала свой раздутый живот, а другой стремилась зажать отверстие, о котором мы обе сейчас думали. Странно, на первый взгляд мы были ровесницами, мой пузырь был раздут не меньше, но я бы ни за что на свете не стала бы так демонстрировать свое отчаянье. Вот и сейчас, я смирно сидела на лавочке, аккуратно зажимая пальцем уретру и разглядывала новых отдыхающих.
     Девочка была очень симпатичная, тоненькая, спортивная. Вероятно, перешла в восьмой класс, а может быть в девятый, кто знает, я то была старше, просто мне ни кто не давал больше 14 лет. Так или иначе, она была блондинкой, с маленькой грудью, меньше первого размера. Наверное, она еще ни разу не пользовалась лифчиком, нося лишь короткую спортивную майку, сквозь которую сейчас проступали маленькие грудки. Девчонка действительно была хорошенькая.
     Наконец администратор закончила оформление и выдала ключи от номера. Нагибаясь за вещами, женщина сильно сжала колени. Она стояла так приблизительно секунду, и я с восторгом наблюдала, как она боролась с огромным давлением мочи, ударившим в ее промежность. Я чувствовала себя виноватой за наслаждение, которое принесло мне наблюдении чужих страданий, но возбуждение толкало мои фантазии гораздо дальше. Глядя на удаляющуюся пару, я желала им не успеть добежать до туалета, или еще круче, я хотела видеть, как они будут бороться за унитаз один на двоих.
     Мама и дочка, быстро стуча каблуками, направились в левое крыло пансионата, в сторону самых дешевых номеров. Шальная мысль посетила меня, а что если: От восторга я неосторожно упустила струйку мочи и трусики моментально осырели, но сейчас меня мало волновали такие мелочи. Тем более на моих черных лосинах малая утечка была совсем не заметна. Я пулей выскочила во двор, обежала корпус и опять попала в коридор через пожарную дверь. Мои старания увенчались успехом, мама и дочка только что поднялись на второй этаж и остановились у двери своего номера. Из-за угла я могла видеть, как обе женщины, нетерпеливо приседая, ругаясь и вырывая друг у друга ключи, пытались открыть дверь. Наконец замок был побежден и обе несчастные ввалились в номер. Я тенью проскочила мимо и на цыпочках побежала в конец коридора. Мой раздутый пузырь отчаянно протестовал против такого обращения, небольшие порции мочи выстреливали наружу и оседали в трусах. Но сейчас я боялась только одного, как бы от возбуждения не на капать на пол, и тем самым раньше времени выдать свое присутствие. Дело в том, что в номерах третьего класса туалетов не было. Все удобства для проживающих располагались в конце коридора, там в торце был маленький предбанник, из которого выходили четыре двери, в туалетные комнаты, совмещенные с умывальниками. Вот сюда я и спешила. Быстро открыв три двери, я щелкнула собачками замков, и закрыла их обратно. Теперь замки можно было открыть только специальным ключом, что хранился у администратора, была такая дурость у дешевых турецких агрегатов. Четвертую дверью я не трогала, за ней уборщица хранила свои ведра - тряпки.
     Не прошло и двух минут, как девочка промчалась мимо меня к туалету и принялась отчаянно дергать запертые двери. Я замерла в углу, почти поливая в свои штанишки от восторга, "Мне удалось! Мне полностью удался коварный план! - кричала я мысленно. - Сейчас девчонка будет танцевать и стонать в отчаянном желании пописать, а потом, обмочив штаны и закрыв мокрые пятна руками побежит обратно в номер".
     Девочка не верила своему невезению, еще раз подергав все двери, только тогда заметила меня.
     - Вы, тоже туда? - спросила она. - Все занято? - Я кивнула.
     - О боже! - простонала она и зажала руку между ног.
     Постояла немножко и принялась осторожно стучаться в дверь: - Пожалуйста поторопитесь! Мне очень нужно в туалет! Дверь ответила тишиной. Девочка умоляла вторую и третью дверь с тем же результатом. Мое собственное желание пописать все увеличивалось. Я смотрела, как передо мной в страданиях корчится подросток и ждала когда же на ее джинсах появятся первые признаки поражения перед мочевым пузырем.
     - О, пожалуйста, поторопитесь, я сейчас описаюсь прямо здесь! - девочка уже вопила в закрытые двери. Я не верила своим ушам: эта дурочка собиралась обоссаться и кричала об этом на пол этажа.
     - Что происходит? Чего ты орешь? - раздался голос за моей спиной. В дверях стояла мама девочки.
     - Мамочка, все занято! Вот девочка тоже ждет.
     Женщина перевела взгляд на меня, - Черт, как не вовремя, - выругалась она и скрестила в нетерпении ноги, потом выпрямилась, резко провела рукой себя по промежности и посмотрела на ладонь. Я замерла от восторга. Согласись, одно дело подловить маленькую дурочку-соплюшку, и совсем другое - взрослую красивую женщину. Я думала, что у меня сердце выпрыгнет из груди, в ушах стучали молоточки, а по бедру коварно потекла первая струйка.
     - Мамочка, я вот-вот описаюсь! - заныла девочка, пихая обе ручки между тонкими ногами.
     - Замолчи! - зло бросила мамаша, она прошла к другой двери и подергала за ручку. Потом шагнула к третьей, охнула, резко согнулась, с силой сжав ноги. Хорошо было слышно, как затрещали по швам ее бежевые брюки. Женщина начала стучать в дверь: "Откройте немедленно! Что вы себе позволяете? Тут дети, они не могут больше терпеть!". Мне стало весело, тетка отчаянно ломилась в каморку со швабрами. Что бы не рассмеяться, я перевела взгляд на дочку.
     Девочка прислонилась спиной к стене, пересекла ноги, зажав между ними правую руку, а левой вытирала слезы, проступившие на ее симпатичном лице. Внезапно она повернулась к двери и начала тоже стучать кулаком. Я наслаждалась зрелищем. Руки мои под юбкой продолжали мять киску, лосины промокли насквозь, скоро теплая струйка мочи дотечет до левого ботинка. Не представляю, что бы мать с дочкой со мной сделали, если бы узнали, что все двери заперла я. Наверное, ударили бы по лицу, повалили на пол и принялись пинать ногами. Пинали бы до тех пор пока не обоссались. Куда им теперь деваться? И когда моча потекла бы по штанам на кафель, то они встали бы на до мной и поливали бы меня с ног до головы. А я лежала бы побитая в луже свого и чужого ссанья.
     Тут женщина перестала стучать, и я повернулась к ней. Мать девочки замерла в нелепой позе, она наклонилась вперед, выставив круглый зад так что, под брюками проступили контуры дорогого белья. Засунув руку между ног, она пальцы пытались продавить тонкую ткань напротив многострадального отверстия. Сейчас она напоминала качающийся камень на вершине горы, легкий толчок, и лавина не управляемой мочи из обессиленной письки устремится вниз. Мне, до жути, захотелось подойти к женщине, мягко погладить ее зад, почувствовать пальцами линии нижнего белья, отвести руки зажимающие вагину и прошептав на ушко, чтоб прекратила бороться с естественным ходом природы, надавить на раздутый живот.
     - О, нет! - раздалось с другой стороны. Девочка, все так же опираясь о стену, сползала на корточки. Я поняла, что чудо свершилось и уставилась на ее промежность. Джинсы еще были сухие, а потом, без предупреждения на них появился темный влажный участок. Девочка задыхаясь, резко и громко вскрикнула. Она сжала колени, ища глазами помощи, и прошептала: "Я описалась, мамочка!" Попка, под ее неловко сведенными коленями, быстро потемнела, со штанов на пол устремились первые струйки мочи.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]

Читать также в данной категории: