 |
| |
| | ...Я не знаю, зачем мысленно повторяю себе все это снова и снова. Вообще-то, я уже все для себя решил. Сегодня же меня не будет. Как водится, оставлю записку, что, мол, в смерти прошу никого не винить и все такое. Во втором ящике моего стола еще с прошлого воскресенья лежит почти полстакана таблеток димедрола - сам выколупывал из почти семи пачек. Пусть ей будет кисло, когда узнает. Я, конечно, понимаю, что вообще-то ей по плечо, да еще этот прыщ на подбородке - ну так ведь я скоро вырасту! А он | | |
| |
|
| |
| | Вторую руку Димка, словно нечаянно, опускает ей на колено, потом потихоньку взбирается от колена вверх. Если она позволит ему забраться ей под трусики, значит она согласна. Достигнув края трусиков, он замирает, но Алюня решительно отбрасывает его руку. Через некоторое время он начинает все сначала - волнующий подъем по ее ноге по уже завоеванной территории до кромки трусиков, ее защита на этой границе. Так повторяется несколько раз, ему никак не удается пробраться к заветной цели под ее трусиками, зато он гладит ее ноги: гладкие, упругие, теплые. Наконец Алюня прерывает эту бесконечную игру, пора домой. Красные, горячечно возбужденные, они еще немного помялись перед дверью, словно колеблясь, не вернуться ли и продолжить игру. Он нежно сжимает ее руку, последний раз нетерпеливо трогает ее тело. Лежа в постели, он думает, что завтра непременно должен уговорить Алюню, ведь вечером он уже уедет. Нежность и любовь к Алюне переполняют его. | | |
| |
|
| |
| | Прямо через плавчёнки я вмазал её последний раз всей этой горяченькой влагой себе в яйца (и даже не в яйца, а именно вот прямо сразу же в мозги) до невыносимо сладкой - присладкой такой боли, аж прямо чуть ли не до хруста и почувствовал во всём этом непостижимом сладострастии, как мой дьявольски могучий хуина, подготавливаясь к очередному своему семяизверженью, уже знающий, что его расп-лавленная сперма пойдёт сейчас в недра невыносимо юной самочки, причём в самые-самые наисокровеннейшие её недра, просто, ну вот невообразимо как глубоко, он принялся набухать, поднатуживаться с радостью у этой безумно юной такой самочки, у своей будущей жены, аж прямо вот именно опять же где-то вглубине самой её матки!!! | | |
| |
|
| |
| | Остановившись, я вынул член из Женечкиной пизденки, стал на колени и привлек Евгению Александровну к себе. Она оказалась сидящей верхом на моем хуе. Крепко обняв меня Евгения Александровна начала активно резвиться, скакать на мне, лихо вгоняя мой хуй в себя. Приостановив ее я лег на спину и Женька оказалась сидящей на мне. Выпрямившись, она продемонстрировала мне всю красоту своих сисичек и снова начала скакать на моем хуе. Сисечки аппетитно поскакивали вместе со всоей хозяйкой, шевелились, болтались, звали к поцелуям и я периодически приподнимаясь страстно целовал их. Сильно вспотев и устав от такой физкультуры, она остановилась. Потненькой она была прекрасна, все тело было румяным и блестящим от пота. | | |
| |
|
Рассказ №5002 (страница 5)
Название:
Автор:
Категории:
Dата опубликования: Понедельник, 25/04/2022
Прочитано раз: 59565 (за неделю: 28)
Рейтинг: 87% (за неделю: 0%)
Цитата: "Три сестрицы под окном
..."
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ ] [ 5 ]
-А сама, как есть ликует!
Гладкий зад её бликует,
Отражая солнца луч,
Белы ноги, круп могуч.
Между бёдер шалопутных
Губки влажные, как будто,
Улыбаются ему...
Князь промолвил... "Ну и ну..."
Лебедь задницей виляет,
Платье белое снимает,
Повернулась пред купцом,
Показать товар лицом...
Треугольник всклокоченный,
Будто в Эдеме взращенный,
(Был такой библейский сад,
Там, где Еву, говорят
Сам Адам имел, как-будто...)
А пупок её!..А грудки!..
(Что напрасно говорить,
У меня и то стоить...)
Князь Гвидон забыл как звался,
К животу её прижался...
Помнил, как куснул разок
Твёрдопламенный сосок,
Помнил, как колени милой
По ушам шуршали мило,
Яркий свет в её очах,
Тяжесть ляжек на плечах...
Не любовь, а наказанье!
Превеликое старанье
Приложить пришлось ему,
Чтоб порвать её плеву.
Так природа захотела.
Почему? Не наше дело,
Что девица честь дарит,
А мужик конец тупит,
Разделяя с ней страданье...
Дальше обморок... Кончанье...
Их тела сплелись кольцом...
Князь очнулся под венцом!
Видит - вся его семья
Собралась у алтаря;
Царь Салтан, глаза накрасив,
Голову фатой украсив,
Густо брови насурьмив,
Сильно плечи оголив,
Повенчался он с арабом
По заморскому обряду,
Постройнел, помолодел
И мириться прилетел!
Тут жена его прощает,
Черномора предъявляет.
Говорит... "Ну, милый друг,
Он теперя мой супруг"
Князь Гвидон бредёт уныло
Со своею леблядиной.
(Понимает молодец -
Доигрался, наконец!)
Еле ноги он волочит
С ужасом ждёт брачной ночи.
Все вокруг поют и пляшут!
(Лишь тихонько, у параши,
Две сестры сидьмя сидят,
На двоих одной сопят!)
Словом, свадьба, так уж свадьба!
Всё, чем уэкэнда ради,
Классик сказки завершал.
И частенько восклицал,
Позабыв надеть трусы,
"Ай да Пушкин! Сукин сын!!!"
Сказку публика читала,
Веселилась, хохотала...
Ну, а коли нет, так нет...
Я, простите, не поэт!
Хочется порой заняться
Над машинкой подразмяться
И, окончив, отстучать...
"Ай да Фечин! Твою мать!!!"
Многие меня поносят,
Многие сурово спросят...
"Глупо там зачем шучу?"
Что за дело им? Хочу!
Страницы: [ ] [ ] [ ] [ ] [ 5 ]
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 87%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 56%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 88%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 86%)
» (рейтинг: 89%)
|
